«Нынешняя монетарная система — это болезнь»

Линдон ЛаРуш. Фото: EIRNS/Stuart Lewis

Единственный пусть спасения мировой экономики — возвращение к Бреттонвудской системе. Косметические изменения, предлагаемые G-8 и G-20, мир не спасут. Такую точку зрения в интервью BFM.ru отстаивает американский экономист Линдон ЛаРуш.

Американский экономист Линдон ЛаРуш (Lyndon H. LaRouche) прошел путь от троцкиста до консерватора. Он называет себя автором концепции Стратегической оборонной инициативы (СОИ, известной также под названием «Звездные войны»), выдвинутой администрацией Рональда Рейгана. В конце 1980-х он становится антиглобалистом и проповедником идей «возврата к корням» — к «изначальной чистоте американской системы», заложенной в конце XVIII века (отчасти это объясняется тем, что предки ЛаРуша сошли на американский берег с легендарного корабля «Мэйфлауэр», т.е. они изначально принадлежали к американскому истэблишменту).

В 1988 году против ЛаРуша было возбуждено уголовное дело по обвинению в мошенничестве и уклонении от уплаты налогов, он получил 15 лет тюрьмы, но в 1994 году был выпущен из тюрьмы по УДО – за него ходатайствовали как бывшие высокопоставленные чиновники американской администрации, так и сразу несколько нобелевских лауреатов.

Сегодня ЛаРуш призывает мир вернуться к экономическим рецептам Рузвельта и к кредитной, а не монетаристской глобальной финансовой системе.

— Многие политики говорят, что назрела реформа мировых финансовых институтов. На ваш взгляд, новое мировое устройство — это создание каких-то новых регулирующих институтов или реформа ныне действующих (МВФ, Всемирный Банк) с изменением их профильной деятельности? Что возможно и необходимо реализовать в ближайшее время?

— Все предлагаемые реформы, если они будут реализованы в контексте существующей монетарной системы, с треском провалятся. Болезнью является сама нынешняя монетарная модель. Ее нельзя оздоровить, ее можно только полностью заменить. Любые попытки реформирования станут только быстрым движением к грандиозной катастрофе.

Что требуется — так это заменить нынешний монетаризм кредитной системой, построенной так, как было предусмотрено Федеральной Конституцией США, как задумывал эту реформу президент Франклин Рузвельт в своем понимании Бреттонвудской системы.

Путаница возникла из-за того, что МВФ, сформированный британцами и Америкой Трумэна, является монетаристской структурой, а не кредитной. Источником этого в перспективе фатального недоразумения у правительств большинства стран является то, что президент Рузвельт был антиколониалистом и задумывал реформу — создание МВФ, чтобы искоренить колониальную систему и другие подобные несправедливые режимы. Трумэн, президент правого толка и союзник Черчилля, воспользовался возможностью после смерти Рузвельта, чтобы защитить ранее утвердившийся британский империализм и другие колониальные структуры. Миром правит Британская империя, по крайней мере временно.

После введения плавающего валютного курса президентом Никсоном в 1971 году, доллар перестал быть самостоятельной валютой и шаг за шагом превратился в игрушку англо-голландской либеральной монетарной модели. Сама монетаристская система, на сегодня абсолютно несостоятельная, переходит в стадию окончательного коллапса. Все страны, которые продолжают попытки реформирования существующей валютно-финансовой системы, ожидает крушение в скором времени, возможно, уже в ближайшие несколько месяцев.

Россию можно было бы назвать первым возможным кандидатом на роль инициатора реформы, если бы США вместе с Россией приняли участие в осуществлении этих мер. Затем Китай, остро нуждающийся в решении проблем, и Индия, где ситуация пока не столь критическая на сегодня, — эта четверка могла бы стать ядром, вокруг которого объединились бы другие страны. Такие действия почти наверняка стали бы успешными, а альтернативы им пока не предвидится.

— Насколько, на ваш взгляд, сегодня назрела необходимость более жесткого контроля за деятельностью глобальных корпораций и, в частности, проведения мониторинга движения спекулятивных капиталов?

— Любой стране, которая хотела бы пережить стремительно приближающийся крах всех существующих монетаристских систем, необходимы безжалостные меры принуждения против свободы спекулятивного движения финансового капитала.

У денег нет собственной внутренней ценности. Вот почему все экономисты, придерживающиеся традиционной теории, терпят полную неудачу в попытках долгосрочного экономико-статистического прогнозирования. Денежная стоимость никогда не будет функционально соответствовать человеческим ценностям в результате какого-нибудь кинематического процесса. Прогнозирование должно осуществляться исходя из факторов физического капитала и научно-технических аспектов, а не статистических теорий. Денежная стоимость должна регулироваться в диапазоне разумных оценок, такие модели называются «протекционистскими». Те, кто думает только исходя из покупки и продажи сегодня, не учитывают решающую роль роста и совершенствования производственного капитала и базовой экономической инфраструктуры в долгосрочном периоде.

Протекционистские меры должны не только защищать долгосрочные капитальные потребности, они также должны предусматривать все более высокие темпы технологического роста фактической производительности физического капитала в пересчете на душу населения и квадратный километр территории. Такие капиталовложения охватывают горизонты от четверти века до 50 лет и более. Необходимое формирование физического капитала в долгосрочном периоде и увеличение плотности потока энергии на душу населения и на квадратный километр территории должно быть «встроено» в экономическую политику. Например, увеличение плотности потока энергоносителей (что подразумевает плотность при расщеплении ядра и ядерном синтезе) становится неотъемлемым требованием, если мы хотим обеспечить нормальные условия жизни при текущей численности населения планеты. Без системы фиксированных валютных курсов невозможен успех ни одной современной экономики.

— «Большая семерка» сегодня — это своеобразный репрезентативный клуб, не принимающий решений. Ваше мнение — стоит ли расширить количество участников элитного клуба с дальнейшим изменением принципов его деятельности? Стоит ли создать новый орган глобального регулирования с принятием решений, обязательных для исполнения его членами?

— Забудьте о «Большой семерке» и подобных организациях. Это всего лишь гробы, в которых уже скоро будет похоронена память о разрушенных национальных системах стран-участниц. Необходимо создать новую модель. Единственным действенным шагом на начальном этапе будет создание ядра новой мировой кредитной системы (не монетарной) в той форме, которую на самом деле предусматривал президент Франклин Рузвельт. Это должна быть кредитная модель фиксированных валютных курсов, не монетаризм.

— Сейчас идеи о реорганизации мировой финансовой системы озвучивают многие европейские политики. Есть ли сегодня реальная политическая фигура, имеющая достаточный вес и авторитет, которая может объединить все мнения и идеи и начать эту революцию?

— Сегодня все правительства действуют очень безграмотно. Мы должны надеяться, что абсолютный страх исправит их мышление. Причиной такого страха станет неконтролируемая гиперинфляция в мировом масштабе, сравнимая с той, которую пережила Германия в октябре-ноябре 1923 года. В настоящий момент эта динамика в глобальной экономике уже наметилась. Банковские системы по всему миру уже наращивают инфляцию в направлении полного краха в ближайшем будущем. Следует надеяться, что какие-то государства в отдаленном будущем — после продолжительного темного средневековья в планетарных масштабах — будут мудрее, чем нынешние.