«Время лечения травками прошло»

Евгению Чичваркину после продажи им «Евросети» в родной компании пока не придумали должность. Однако он и без должности продолжает выдвигать нестандартные идеи развития как сотового ритейла, так и страны.

— Некоторое время назад вы покинули должность председателя совета директоров компании «Евросеть», но из компании не ушли. Акционеры уже придумали для вас новую должность?

— Пока нет. Но, может быть, она будет называться «Почетный председатель совета директоров». Знаете, как бывает: собираются люди и не могут решить какой-то вопрос. Тогда они идут к старцу, который им рассказывает, куда двигаться дальше. Вот примерно такая роль будет и у меня.

— А кто войдет в совет директоров компании?

— Будет или не будет совет директоров, решится чуть позже. Сейчас все заняты проблемами предновогодних продаж.

— Нет ли у вас опасений, что та корпоративная культура, которую вы в компании создали, может быть разрушена? Если новые владельцы решат что-то поменять, как это может отразиться на работе «Евросети»?

— Зачем менять то, из-за чего компанию покупали? «Евросеть» — это самая эффективная сбытовая система в стране, которая создана именно людьми. За ними не надо стоять сзади с палкой. Сегодня мы открыли новый магазин. Площадь под него была найдена, он заполнен товаром, выбраны люди, которые будут здесь работать. Все это было сделано уже после того, как компания была продана. Руководит этой точкой продаж лучший продавец «Евросети». Получается, что принцип, который я всегда популяризировал в компании, работает. С чего бы вся структура должна порушиться? Все основано на зарплатных формулах и системе мотивации. В «Евросети» созданы механизмы карьерного лифта, лучших эта система выталкивает наверх. Почему они должны не работать?

— Акционеры «Евросети» озвучивали планы по развитию финансовой розницы? Что это за планы?

— На сегодняшний день есть потребление мобильных телефонов, и поэтому планы по развитию этого направления есть. А вот финансового ритейла нет. К сожалению, этот механизм замер. Планы строить можно, но только если начнется какое-то движение в этом направлении. У новых акционеров есть функционал, и силы, и средства на реализацию этой идеи. И если будет возможность, в ближайшие полгода они этим займутся. Но, повторюсь, все зависит от развития, не только мирового, но в основном российского финансового и потребительского кризиса.

— То есть в нынешней ситуации развитие банковской розницы на базе «Евросети», равно как и продажа пакета компании финансовому ритейлеру временно откладывается. В этом случае есть ли смысл привлекать в акционеры кого-то из федеральных операторов — МТС или «МегаФон»?

— Вы можете себе представить, чтобы одной компанией во время войны владела бы Россия и Германия? Это же нереально. Хотя с другой стороны, мы оказались в такой экономической ситуации, в какой никогда не были. Речь идет о выживании, поэтому всякое возможно, но решение в любом случае за акционерами.

— Рынок сотового ритейла неминуемо движется к тому, чтобы превратится в операторский. Но, может быть, у «Евросети» все же есть планы по поглощению других розничных сетей, которые находятся в нелегком положении?

— Есть сети, от миллиардного величия которых осталось около семи магазинов. По адресам этих магазинов, когда у них закончатся деньги на аренду, нужно открыть салоны «Евросети». Большей ценности для нас другие розничные сети продаж сотовых телефонов не представляют.

В итоге, останутся только «Связной» и «Евросеть». Они как были двумя центрами интеллекта и принятия решений, так ими и остались. Для всех остальных места не будет. При этом есть всего три центра прибыли — три сотовых оператора, которые даже в самых тяжелых кризисных условиях продолжат зарабатывать. Вокруг них и будут формироваться сбытовые центры.

Конфигурация рынка меняется. Это, безусловно, ударит и по конкуренции, и по качеству услуг, и по качеству магазинов. Тот восьмилетний период свободной конкуренции среди салонов связи, когда появилось много творческих людей на рынке, было сделано много карьер, можно помянуть, не чокаясь.

— Деление сотового ритейла на три — неоспоримый факт. А вот то, что вы не определившимся покупателям приобретать контракты «Билайна» предлагаете, стало быть следствие этого деления? Федеральная антимонопольная служба (ФАС), кстати, этой ситуацией очень интересуется.

— А где раньше был ФАС? До этого у «Евросети» был контракт с МТС. Дело в том, что мы с продавцами делимся частью прибыли. Они зарабатывают на каждом операторском контракте и на каждом телефоне. Если есть маркетинговый контракт с оператором и прибыль от него больше, то и доля продавцов от его реализации выше. Где здесь нарушение закона?

Если какая-либо компания хочет специальное промо, то ей надо за это заплатить. Поверьте, если человек всю жизнь пользовался «Билайном», то он придет и скажет, я хочу «Билайн». У нас есть отношения со всеми операторами, но самая большая доля продаж по контрактам сейчас «Билайн». Если МТС предложит такой же бонус, мы только «за».

Мы рады любому баблу, в нынешнее время оно имеет особенную ценность. Кстати, если мне не изменяет память, то более 50% всех продаваемых в «Связном» (сейчас заключил соглашение с МТС на развитие своей монобрендовой сети – BFM.ru) контрактов — это «Билайн».

— Какие-нибудь производители сотовых телефонов уйдут с рынка?

— Конечно. Особенно те, которые себя плохо чувствуют. Например, один вендор сильно ошибся с дистрибуторской политикой в России. С рынка он не уйдет, но с пьедестала подвинуться уже пришлось. Ошибка была следующая: чтобы не отдавать товар в «Евросеть», этот производитель его раздал всем остальным, которые должны были в сентябре-октябре уже умереть. То есть, таким образом им сделали электросудорожную терапию. Получилось, что в конце сентября были сделаны вливания чуть ли не двух миллионов телефонов в те сети, которые никогда не смогут за них заплатить. И сейчас мы наблюдаем тотальные неплатежи всех франачайзи своим материнским компаниям (франчайзорам), неплатежи банкам и поставщикам. Полученный в сентябре товар просто проели, ожидая будущего.

А еще из-за желания выйти в кэш у более-менее крупных игроков началась ценовая война. Они в течение 45 дней почти ежедневно снижаются цены. Маржи нет, доходности нет.

— С арендодателями вы пытаетесь улучшить условия работы, снижаете арендные ставки. А с производителями сотовых телефонов подобные меры по улучшению сотрудничества вы планируете?

— На текущий момент у нас лучшие условия на рынке по всем производителям, кроме, пожалуй, компании Apple iPhone. К огромному сожалению, гордыня, заносчивость и мания величия не позволили Apple работать с компанией «Евросеть».

Я звонил в августе Майклу Фендеру, который работал в Motorola, а сейчас в Apple. Предлагал сотрудничать. А он говорит: «Для нас iPhone — это имидж. И это вообще самое главное. А вы сеть грязных, вонючих уродов. Операторы, их великие салоны — вот для нас имидж». Кстати, на этой неделе Apple заключил договор с WalMart. Для имиджа, наверное. Всем операторам «большой тройки» сказали: «Евросети» — нет. Антимонетизация за счет мании величия произошла в классическом варианте. Поэтому в России вся эта история с iPhone ничем не закончится. Есть такие рыбаки, которые ходят рыбачить ради спорта, а весь улов отдают кошке.

— Что будет в следующем году на рынке сотового ритейла? Намечается ли спад продаж? Ведь даже в продуктовой рознице к этому готовятся?

— Понятно, что по итогам года объем продаж будет корректироваться, но что будет дальше, совсем не понятно. Спад в сотовом ритейле год к году, непременно, будет. И весьма существенный (по прогнозам Mobile Research Group по итогам 2008 года в России будет продано 36 млн сотовых телефонов на сумму около 6,9 млрд долларов, а по итогам 2009-го — 26 млн штук на сумму 4,03 млрд долларов — BFM.ru).

Вообще, в следующем году будет два критических момента: первый —11 января, второй — 9 марта. Все будет зависеть от решимости властей сделать какие-то радикальные шаги по выводу страны из кризиса. Время, когда можно было лечить травками и уговорами — прошло. Сейчас, к сожалению, пришло время хирургического вмешательства. Нужны резкие и радикальные шаги.

Самый главный враг нашей страны — себестоимость. Себестоимость всего — процессов, топлива, еды, стройматериала, людского труда. И единственный способ ее бескровного понижения — это свободная конкуренция во всех отраслях, где это только возможно. Сейчас многие отрасли, например, снабжение продовольствием, строительство, производство и продажа топлива — зарегулированы. Их необходимо разрегулировать. Это позволит снизить потребительскую и продуктовую корзину, появятся средства на развитие ипотеки и многого другого.

После этого можно будет провести такие непопулярные вещи, как снижение зарплат. Сейчас деньги только допечатывают, в связи с этим растет продуктовая корзина: то есть человек получает деньги, но покупает мясо все дороже и дороже. Каждую неделю бивалютную корзину увеличивают на 30 копеек, то есть допечатывают еженедельно 1% денег. Когда дело дойдет до психологической отметки в 30 рублей за доллар, а это должно случиться уже в декабре, то народ может очень сильно занервничать.

— А какие еще антикризисные меры необходимо предпринять, чтобы нынешнее слово из четырех букв не превратилось в слово из шести?

— Налог на прибыль уже снизили на 4%, но в нынешних условиях его вообще лучше убрать, НДС до 12% снизить. Это поможет вернуть инвесторов на рынок, у компаний перестанут звонить margin callы, высвободятся залоги. Все начнет шевелиться. Можно будет начать что-то восстанавливать. Печи стынут несколько дней после остановки, и их можно снова разогреть и запустить. Договоры с людьми еще заключены, люди находятся около этих предприятий. С потерей 30 банков из 1200 можно преодолеть ситуацию. Но пока признаков воли государства на это я не вижу. Например, Кудрин не верит, что снижение налогов вызовет приток инвестиций и увеличит собираемость. Но ведь когда финансисты управляют компанией, они стараются сохранить все, залить формалином, чтобы бизнес как можно медленнее терял цвет, вкус и запах. То есть работа на сохранение.