Nord Stream вбивает клин между европейцами

Прокладка газопровода. Фото: AFP

Реализуя амбициозные планы прокладки газопровода по дну Балтийского моря, Газпром вбивает политический клин между Восточной и Западной Европой, пишет The New York Times.

В то время как российско-германский трубопроводный проект дает очевидные преимущества Западной Европе, лидеры восточноевропейских государств опасаются, что это начало новой эпохи «газового» господства России над странами бывшего советского блока.

До сих пор Россия поставляла газ через Восточную Европу в Западную. Если Россия перекрывает поставки, чтобы надавить на своего соседа в Восточной Европе, это отражается и на более сильных и богатых западноевропейских государствах.

Новый газопровод Nord Stream изменит текущий расклад. Магистраль протяженностью 750 миль по морскому дну от российского Выборга до немецкого Грайфсвальда, минуя бывшие советские государства-сателлиты, обеспечит России самостоятельный канал сбыта на Запад.

В результате, полагают многие эксперты в сфере безопасности и лидеры восточноевропейских стран, Россия чаще сможет проводить «политику газовой трубы» с соседями.

«Вчера танки, сегодня нефть», — заявил Збигнев Семятковский, бывший начальник службы безопасности Польши.

«Газпром», который поставляет 28% потребляемого Европой газа, заявляет, что этот проект стоимостью 10,7 млрд долларов — коммерческий, а не стратегический.

Исполнительный директор Nord Stream Маттиас Варниг (Matthias Warnig) заявляет, что опасения Восточной Европы необоснованны. «(Берлинская) стена была разрушена 20 лет назад. Европе необходим дополнительный газ, чтобы компенсировать снижение добычи в Северном море, и Россия — лучшее место, где можно этот газ получить».

Но представители Центральной и Восточной Европы опасаются, что в то время как прибыли от совместного проекта «Газпрома» и немецко-голландского трио компаний потекут к российским поставщикам сырья и немецких компаниям коммунального сектора, бывшие страны Советского Союза будут более уязвимы для энергетического шантажа.

Такие тактики вряд ли можно назвать беспрецедентными, пишет The New York Times. Согласно данным исследования служб шведского министерства обороны, со времени распада СССР было 55 случаев срыва поставок, связанных с политическими причинами.

Возможность перекрыть ту или иную трубу «по своей прихоти» повышает вероятность отключения Восточной Европы, комментирует в интервью The New York Times Збигнев Бжезинский (Zbigniew Brzezinski), советник по национальной безопасности администрации президента Картера. Он охарактеризовал газопроводы как грандиозную российскую инициативу «разделения Центральной и Западной Европы в отношении зависимости от российских энергоносителей».

Недавно в открытом письме президенту США Бараку Обаме 23 бывших восточноевропейских лидера и ученых, в том числе бывший президент Чехии Вацлав Гавел и бывший президент Польши Лех Валенса, подчеркнули, что после войны в Грузии в прошлом году Россия заявила о «сфере особых интересов», которая может включать и их страны.

Имея контроль над газопроводами, написали они, Россия вновь вернулась на мировую арену как «ревизионистская держава, решающая задачи XIX века тактическими методами XXI века».

Министр иностранных дел Польши Радек Сикорский сравнил договор о строительстве газопровода между Германией и Россией с пактом Молотова-Риббентропа 1939 года с секретным протоколом о разграничении сфер влияния Германии и СССР.

«Россия и «Газпром» очень хорошо договариваются с отдельными странами», — комментирует Анджела Стент (Angela E. Stent), директор Центра евразийских, российских и восточно-европейских исследований Университета Джорджтауна в Вашингтоне. По ее мнению, с Россией связан один из главных вопросов, которые больше всего разделяют ЕС.
 

Герхард Шредер использовал коммерческие аспекты как средство интеграции России и Европы. Он был влиятельной фигурой в данном проекте, комментирует в интервью The New York Times Зейно Баран (Zeyno Baran), представитель Хадсонского института по вопросам евразийской энергетики. Без него это соглашение не было бы пущено в ход.

Правительство Шредера утвердило проект, в том числе условие о гарантиях Германии по кредиту в объеме 1,46 млрд долларов, всего за несколько недель до поражения Шредера на выборах в 2005 году.

Спустя несколько недель он стал главой (комитета акционеров) NordStream. Шредер заявил, что принял назначение после ухода с государственного поста и что он не знал о кредитных гарантиях.

Исполнительный директор Nord Stream Варниг в 1980-е служил в восточногерманской тайной полиции Штази, пишет The New York Times. В то время будущий российский президент и премьер-министр Владимир Путин служил в Дрездене.

Другие связи более отчетливы: Nord Stream заплатил бывшему премьер-министру Финляндии Пааво Липпонену (Paavo Lipponen) за содействие в получении необходимых разрешений для проекта, пишет газета.

В 2008 году «Газпром» предлагал премьер-министру Италии Романо Проди (Romano Prodi) пост председателя в проекте «Южный поток», Проди отказался.

Теперь, когда прокладка газопровода представляется неизбежной, французы также стремятся примкнуть к лидерам, пытаясь присоединиться к консорциуму через участие компании Gaz de France, пишет The New York Times. Иначе им придется покупать газ у немецкого посредника.

Пост-коммунистическая Россия умело использует возможности капитализма в условиях свободного рынка, комментирует в интервью американской газете Пьер Ноэль (Pierre Noël), профессор Кембриджского университета и сотрудник Европейского совета по международным отношениям.

«Это открытая, конкурентная, капиталистическая экономика, — заявил он. — И трубопроводы строят так, как хотят».