Сайт Московской Хельсинкской группы атакован. Это произошло вскоре после того, как на нем появилось объявление о начале сбора средств. Причина: правозащитная организация не хочет вешать на себя ярлык «иностранный агент», как этого требует недавно вступивший в силу закон об НКО, и решила отказаться от зарубежных грантов. Средства она просит у соотечественников.

Многие аспекты деятельности организации теперь придётся поменять. Собирать деньги, а во многом они уходят на составление все той же отчетности для государства, будет непросто. Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, прекрасно это понимает. Но деятельность организации продолжится.

«У нас до мая месяца деньги будут, потому что мы получили из президентского фонда 4 млн рублей. Неожиданно получили, — рассказала Людмила Алексеева Business FM. — У меня и у членов Московской Хельсинкской группы есть намерение найти деньги внутри страны, не зарубежные гранты. Из фондов богатых людей мы не рассчитываем получить что-то — люди понимают, что если они будут давать деньги организации, которую не любят власти, это может повредить их бизнесу, а то и лишить свободы, как было с Ходорковским. Собирать на содержание организации — в нашей стране такой привычки нет. Мы рассчитываем больше на благотворительные концерты, благотворительные аукционы. Я много лет собирала Гжель, у меня большая коллекция. Есть довольно дорогие вещи. Если их продавать с такого аукциона, это может на несколько месяцев поддержать организацию».

Кроме того, что в России не существует традиции жертвовать на некоммерческие организации, есть и другая проблема — сложности с законодательством и бухгалтерией.

Об этих проблемах Business FM рассказала руководитель Фонда открытых проектов Алена Попова: «У нас система так называемого краутфандинга [народного финансирования] имеет ряд очень больших вопросов. Они никак не регулируются, если вы делаете пожертвования через, например, «Яндекс.Кошелек». У нас по законодательству, у человека или той организации, которым вы перевели пожертвования, возникает доход. И с него надо платить налог. В принципе, через любые банки с переводов, если вы пишете, что на благотворительный взнос или на пожертвование, налог не взимается, то есть вы можете это делать. Ограничения есть только по суммам. С точки зрения прозрачности обычно используют именно эту схему. Любой прием пожертвования, конечно, для налоговой службы крайне приятен, потому что тут есть очень много зацепок. Я переводила, например, Чириковой две тысячи рублей на избирательную кампанию, Сбербанк принял, а через какое-то время он мне деньги вернул. Потому что там что-то не то было в формулировке. Понятно, что если бы была налоговая проверка, эти деньги бы зависли и с ними возник бы ряд серьезных вопросов».

Одно из направлений деятельности, от которого правозащитникам Московской Хельсинкской группы, наверняка, придётся отказаться, — образовательные программы. Слишком дорого. Значительная часть бюджета уходила на оплату билетов и проживание приезжающих на семинары. Теперь семинаров больше не будет.