Постоянные представители стран Евросоюза согласовали новый пакет санкций против российского руководства и крупнейших бизнесменов страны, сообщило французское председательство в Совете ЕС. «Одобрение новых санкций против российских руководителей и олигархов, членов их семей. Также согласованы санкции с тем, чтобы дополнить и приспособить наши меры к уже принятым санкциям», — сообщило французское председательство. Ранее глава МИД Венгрии Петер Сийярто сообщил, что Венгрия отказалась присоединяться к санкциям, несущим ущерб венгерским гражданам, и не станет принимать меры, направленные против энергетического сектора России. С 10 марта также перестанут работать в Apple Pay и Google Pay карты Visa и Mastercard, выпущенные российскими банками. Со своей стороны российское правительство подготовило новые меры поддержки экономики.

По словам премьера Михаила Мишустина, предлагается освобождение граждан от уплаты подоходного налога с процентов по банковским вкладам более 1 млн рублей за 2021-2022 годы; правительство наделяется правом запрещать или ограничивать ввоз и вывоз продукции, оборудования, комплектующих и материалов; правительство будет помогать авиакомпаниям сохранить парк иностранных самолетов; стоимость авто, с которого берется налог на роскошь, будет поднята с 3 млн до 10 млн рублей; дополнительное финансирование дорожной инфраструктуры в размере 163 млрд рублей; поддержка гостиничного бизнеса через снижение ряда платежей государству; выделение дополнительных 25 млрд рублей на программу льготного кредитования сельхозпроизводителей; введение ответных ограничений для стран, которые запрещают российским морским судам заходить в их порты. По словам премьера, план поддержки экономики будет дополняться. В какой точке санкционной войны мы сейчас находимся?

Два главных вопроса сейчас беспокоят как российских предпринимателей, так и простых обывателей: когда и на каком уровне закончится тотальное обрушение связей с коллективным Западом и как, соответственно, будет выглядеть наша жизнь через месяц, полгода, год? Где то самое «дно»? Точного ответа пока еще нет. Мое личное ощущение, что санкционный потенциал уже реализован на 70-80%. Пыль не осела, массовый исход зарубежных компаний и технологий продолжается, каждый день приносит новые демарши. Как, оказывается, их тут много было! Некоторые, такие как Pepsi-Cola, пришли еще при Леониде Ильиче Брежневе.

До конца непонятно также, какие из уходящих компаний уходят насовсем и с концами, а какие, говоря сейчас лишь о приостановке бизнеса, могут потом вернуться. И снова вопрос — когда и что для этого должно произойти? У меня лично стойкое ощущение, что если бы спецоперация на Украине закончилась за неделю-дней десять, то многих зарубежных предпринимателей это вполне бы удовлетворило, и они не стали бы, выдержав паузу, хлопать дверью. Теперь же все большое значение играют эмоции, нагнетаемые массмедиа, в результате чего целая огромная страна и ее граждане попали под каток так называемой cancel culture, согласно которой ни с какими русскими и их бизнесами дело иметь не надо. Поэтому некая ясность по части деталей будущей жизни появится, лишь когда эта кампания несколько сбавит обороты. И политики начнут изучать вопрос, на каком уровне и в каких масштабах мы все же сможем взаимодействовать. Пока кажется, что уже ни в каких масштабах. Отраслей и направлений, защищенных от полного разрыва и полного запрета, кажется, уже не осталось, и под удар может попасть все, что угодно, и все, кто угодно.

По числу введенных антироссийских санкций — более 5 тысяч — мы уже «переплюнули» Иран с его примерно 3 тысячами и Северную Корею с чуть меньшим, чем Иран, числом. «Это уже все или еще что-то может быть», — каждый день заинтересованный обыватель пытается узнать в новостях. По части транспортной блокады с запретом полетов и запретом для российских судов обслуживаться в портах Европы и Америки — это будет уже куда «круче», чем «континентальная блокада» Англии в начале ХIХ века. Кстати, тогда это дало сильный толчок развитию русской мануфактуры, которая была отгорожена от Англии еще и высокими таможенными барьерами.

Сейчас в России тоже немало бизнесов, в основном мелких и средних, которые смотрят на кризис как на возможность, мечтая занять место всяких там «макдональдсов». Правительство пока, надо отдать ему должное, между вариантами «военного коммунизма» и карточной системы, с одной стороны, и какого-никакого рынка выбирает второй вариант. Хотя и со всякими «оговорками» насчет не платить по обязательствам или патентам. Даже блокировка валютных счетов, на которых, на минуточку, на момент начала операции на Украине лежало никак не меньше 90 млрд долларов, прошла не по варианту Венесуэлы или Аргентины. Пока во всяком случае.

Насчет будущей жизни можно с некоторой уверенностью говорить лишь то, что голода в стране не будет: самообеспечение основными продуктами высоко, а по многим направлениям — полное. Номенклатура товаров супермаркетов, конечно, изменится сильно. Как и магазинов электроники, спортивных товаров, товаров для животных и одежды. В последнем случае менее критично даже.

Не вполне ясна ситуация с медициной. По лекарствам ранее западные санкционеры били в последнюю очередь, но в отношении России все будет намного жестче, тут сомнений нет. В медицинской технике, давайте будем честными, импортозамещение если и было, то чисто символическим. Некоторая надежда на азиатские компании, но не оказались бы они завышенными. Ведь по части соблюдения западных санкций в области всяких-разных высоких технологий пока наши азиатские, в том числе китайские друзья, были очень дисциплинированными.

Самое тревожное и уязвимое потенциально направление — это, помимо высоких технологий в самых разных областях — от нефтедобычи и авиации до локомотивов и электроэнергетики и вообще машиностроения, — всякое современное компьютерное обеспечение. Обновлять его вроде не собираются, поэтому непонятно, где, когда и как именно начнет «сбоить» и справятся ли с этим легендарные «русские хакеры».

Также российское правительство собирается запретить экспорт целого ряда приносящих стране валюту, но важных для западной экономики товаров и видов сырья. Понятно, что в сложившейся обстановке ответ будет именно с акцентом на политику, а не на коммерчески-прагматические соображения. Главное, если говорить, опять же, об экономике, чтобы выбор между каким-никаким рынком и вариантом «военного коммунизма» не стал обратимым.