ВЭБ не обыграл пенсионеров

Впервые у ВЭБа доходность инвестирования пенсионных накоплений за 2008 год оказалась отрицательной — минус 0,5%. Другие итоги работы банка за прошедший год, в частности размер прибыли в 9,5 млрд рублей, также не впечатлили опрошенных BFM.ru экспертов

Впервые у ВЭБа доходность инвестирования пенсионных накоплений граждан за 2008 год оказалась отрицательной — минус 0,5%. Другие итоги работы банка за прошедший год, в частности размер прибыли в 9,5 млрд рублей также не впечатлили опрошенных BFM.ru экспертов.

«На протяжении всего IV квартала 2008 года ВЭБ стремился
обезопасить свой портфель, увеличив долю госбумаг в нем с 95% до 97%. Но это не помогло: проценты в 8,7 млрд рублей оказались съедены результатами переоценки активов, убыток от которой был равен 10 млрд рублей. Доходность инвестирования за 2008 год оказалась отрицательной (минус 0,5%)», — заявил 5 февраля председатель ВЭБа Владимир Дмитриев.

Напомним, что в 2005 году пенсионные вклады «молчунов» приросли на 12,18% при инфляции в 10,9%. Больше обогнать инфляцию ВЭБу не удавалось. В 2006 году при росте потребительских цен в 9% его доходность была 5,67%. В 2007 году доходность банка (5,9%) была вдвое ниже инфляции (11,9%).

У частных УК дела обстоят гораздо хуже, чем у ВЭБа. На 5 февраля результаты деятельности обнародованы по 17 частным портфелям, и только один из них — «консервативный» под управлением УК «Тринфико» — показал доходность выше ВЭБа — минус 0,45%.

Александр Баранов, главный стратег ИК «Норд-Капитал», напоминает BFM.ru, что во второй половине 2008 года падали не только акции, волатильны были и гособлигации. «По некоторым позициям они снижались на 10-15%, и в ближайшие полгода перспективы у гособлигаций с долгим сроком погашения нерадужные. Насколько я знаю, ВЭБ вкладывался в «длинные» госбумаги и вряд ли мог успеть диверсифицировать портфель», — пояснил он.

«ВЭБ вкладывался в госбумаги, которые стоили дорого еще в начале кризиса. Эти бумаги длинные, при относительно небольшом росте доходности, что привело к отрицательной доходности по итогам года», — говорит BFM.ru аналитик ИГ «Капитал» Федор Наумов.

Денис Мухин, аналитик БКС, говорит BFM.ru, что ВЭБ — это не коммерческий банк, который подчинен ЦБ, а госкорпорация, поэтому о его деятельности не стоит судить по тому, насколько она эффективна с коммерческой точки зрения. «Однако инвесторы с очень консервативным портфелем получили по итогам IV квартала 2008 года, а некоторые уже и по итогам III квартала, отрицательную доходность, — считает Денис Мухин. — При этом если бы доля госбумаг была в портфеле меньше, то и потери были бы более существенными».

«Сложно сказать в какие госбумаги и в какой пропорции вложился ВЭБ. И облигации США и российские суверенные бумаги считаются низкорисковыми инструментами. Но при переоценке американских бумаг из долларов в рубли доходность в рублях при такой конвертации имела бы положительное значение», — дополняет Мухин.

«Вероятно это были рублевые облигации российских государственных компаний. Их доходность в IV квартале 2008 года заметно выросла ; на доходности таких вложений сказалась и девальвация рубля, — предположил главный экономист ИК «Финам» Александр Осин. — Идея «вложиться» в госбумаги была правильной. Только актуальными оказались вложения в суверенный долг развитых стран, прежде всего – США. А покупатели суверенного долга развивающихся стран потеряли на расширении кредитных спрэдов. Возможно, ВЭБ играл в данном случае роль рыночного регулятора».

Дмитрий Пушкарев, директор департамента финансово-экономической экспертизы 2trade.ru, в интервью BFM.ru указывает, что ВЭБ сыграл неплохо. «Учитывая, что корпоративный рынок акций потерял до 80% своей капитализации, увеличение ВЭБом доли в своем портфеле государственных ценных бумаг, которые в итоге упали не так сильно, мы рассматриваем как грамотную стратегию в условиях кризиса. Конечно, в переоценке портфеля также позитивную роль сыграл дефлятор, коэффициент, который приукрасил реальную доходность портфеля ВЭБа, но в целом, могло быть и хуже», — полагает он.

«ВЭБ выполняет функции агента государства на рынке. То что он в кризисный год не потерял средств — уже хорошо», — согласен с коллегой Александр Осин.

Как сообщил Дмитриев, ВЭБ заработал по итогам 2008 года 9,5 млрд рублей чистой прибыли. «Основные балансовые показатели не соответствуют тому, что мы планировали в стратегии на 2008-2012 годы с учетом участия в реализации целого ряда антикризисных мер (рефинансирование внешних долгов компаний, выдача субординированных кредитов, управление частью средств ФНБ, работа на фондовом рынке)», — сокрушается председатель ВЭБа.

«ВЭБ — это не коммерческий банк, а институт развития, основной целью которого является не получение прибыли, а помощь банкам и другим институтам. И исходя из этого критерия, если бы не помощь ВЭБа им, то мы имели бы сейчас совершенно иную, более худшую ситуацию и в банковском секторе и во многих отраслях экономики», — заключил Денис Мухин.

Кредитный портфель ВЭБа по итогам 2008 года составил 270 млрд рублей, его прирост составил на 102 млрд рублей. Однако в начале февраля 2009 гола, по словам Дмитриева, банк приостановил прием заявок на предоставление кредитов для рефинансирования внешних займов российских компаний и банков. «Среди первых получателей кредитов ВЭБа были РусАл, «Альфа-групп», Evraz Group», — признался он. Дмитриев не стал разглашать информацию, на каких условиях эти кредиты были выданы. Однако 5 февраля на форуме «Россия-2009» глава продуктовой сети «Магнит» Сергей Галицкий сообщил, что «госбанки сейчас выдают кредиты под 18% годовых».

«Три-четыре года назад, когда валютный курс к рублю был примерно такой же, как сегодня, то и кредитные ставки были на уровне 18-20%. Поэтому мы ожидаем, что ВЭБ возобновит такую практику, а проценты по выдаче кредитов выйдет как раз на уровни 18-20%»,– надеется Пушкарев.

«Меры, принятые в конце прошлого года, принимались «с колес» и были связаны с тем обстоятельством, что клиенты банка, получившие рефинансирование, брали кредит у иностранных финансовых институтов под залоги, утрата которых угрожала стратегическим активам, и других инструментов не было», — сообщил Дмитриев. По его мнению, сейчас российские банки имеют избыточную валютную ликвидность, которая оценивается не менее чем в 25 млрд долларов, а потому те компании, которые хотят рефинансировать долг, могут смело обращаться в коммерческие банки.

По словам Александра Осина, ставки по валютным кредитам сейчас составляют у российских банков порядка 19% в среднем. «Предложение ВЭБа — это сравнительно высокий, рыночный уровень. ВЭБ как бы говорит таким образом компаниям: занимайте на открытом рынке, там есть деньги, государство будет помогать только в случае нового витка кризиса», — отметил аналитик.

Аналитик ИГ «Капитал» Федор Наумов напоминает, что уже на стадии подачи заявок в ВЭБ, отмечалось, что средств на всех не хватит. «Сейчас государство решило более осторожно и экономно расходовать средства, особенно после того, как более 100 млрд долларов было выкуплено компаниями на валютном рынке», — говорит он.

Однако, как считает Осин, значительная часть истраченных золотовалютных резервов, объем которых снизился с августа 2008 года на 210 млрд долларов, осталась в России. Риски вложений на внешних рынках вряд ли недооценивались банками, равно как и та сравнительно низкая потенциальная доходность, которую показывали в последние месяцы практически все мировые рынки. Довольно характерно в этой связи недавнее замечание директора департамента операций на финансовых рынках ЦБ РФ С. Швецова: «Из тех резервов, которые мы как бы потеряли, значительная часть находится в российской банковской системе, она не ушла за границу, не вложена частными инвесторами в иностранные ценные бумаги. Это средства, которых достаточно, чтобы предоставлять компаниям средства для оплаты внешнего долга, для покрытия оттока капитала, и в этом смысле мы сегодня находимся в существенно лучшем положении, чем были до начала поэтапной девальвации рубля». По мнению аналитика, следующий «ход» ЦБР будет заключаться в том, чтобы начать административное регулирование средств, полученных банками в ходе, по всей видимости, завершившегося сейчас периода борьбы с кризисом ликвидности. Поэтому ЦБ РФ и рекомендовал российским коммерческим банкам не кредитовать иностранные проекты, от выполнения этой рекомендации зависит лимит на рефинансирование Банком России каждого конкретного банка.

Кроме того, как сообщил Дмитриев, невостребованная часть средств фонда национального благосостояния, направленных в ВЭБ для предоставления субординированных кредитов коммерческим банкам, может быть передана в виде аналогичного кредита самому ВЭБу. «Из 225 млрд рублей мы имеем заявки от коммерческих банков на 90 млрд. Если их вычесть, остается 135 млрд. Остаток может быть направлен в том числе на субординированный кредит ВЭБу», — считает он.

Сейчас уставный капитал ВЭБа составляет около 260 млрд рублей. Ранее в четверг премьер-министр РФ Владимир Путин сообщил, что Внешэкономбанк получит дополнительно 100 млрд рублей в уставный капитал и, возможно, еще 100 млрд рублей в виде субординированного кредита. «Да, это необходимо для увеличения ВЭБом объема кредитования, в том числе - реального сектора, которое в ближайшие годы будет во все большей мере «ложиться на плечи» госбанков. Кроме того такая политика способствует сокращению стоимости привлечения данным банком заемных средств», — заявил Александр Осин.