16+
Воскресенье, 4 декабря 2016
  • BRENT $ 54.19 / ₽ 3462
  • RTS1050.21
18 апреля 2016, 12:27 ФинансыРынки

Нефтяное пятно переговоров в Дохе: заморожена не добыча, а совместная работа

Во многом соглашения достичь не удалось из-за требований Саудовской Аравии, которая внезапно объявила о том, что участие должны принимать не выходящие в ОПЕК крупные экспортеры

Фото: Julian Stratenschulte/DPA/TASS

Не договорились: попытка нефтедобывающих стран сформировать общую политику контроля за поставками нефти на мировой рынок провалилась. Саудовская Аравия в последний момент выдвинула невыполнимые требования. Как рассказал министр энергетики России Александр Новак, Эр-Рияд внезапно заявил, что в соглашении о заморозке должны участвовать не только все члены ОПЕК, но также крупные экспортеры, не входящие в эту организацию. Дополнительные требования на встрече выдвинули также ОАЭ, Катар и страны Персидского залива.

Из числа крупных мировых производителей нефти в Дохе не были представлены США, Иран и Норвегия. Иран, кстати, изначально заявлял, что если и присоединятся к какому либо ограничительному соглашению, то лишь после того, как выйдет на досанкционный уровень добычи нефти — около 4 млн баррелей в день. О непростых переговорах в Дохе Игорь Ломакин поговорил с ведущим экспертом союза нефтегазопромышленников РФ Рустамом Танкаевым:

Рустам Танкаев: Я думаю, что падение цен, которое мы сейчас видим, оно, конечно, спровоцировано неудачными переговорами в Дохе, и то, что происходит сейчас, видимо, достаточно кратковременное явление, потому что в мире продолжается падение добычи нефти, обвально падает добыча сланцевой нефти в США. На прошлой неделе было сообщение о том, что крупнейшие компании, добывающие нефть из сланцевых месторождений, находятся на грани банкротства. Обанкротились уже более сотни компаний, которые работают в этом направлении в США, и, по всей видимости, эта нефть с рынка уйдет. Конечно, в этой ситуации предложение нефти на мировом рынке сокращается, особенно потому, что деньги уходят из нефтедобычи. В прошлом году было закрыто проектов на 400 млрд долларов, в этом году ожидается закрытие проектов еще на такую же сумму. Поэтому кратковременное падение цен на нефть вполне очевидно, возможно и неизбежно, но в целом тренд будет такой, что цены будут держаться на уровне порядка 40-45 долларов за баррель. Этот уровень гарантирует уход с рынка сланцевой нефти и всех других видов дорогой нефти, и гарантирует свободную работу на рынке таким странам, как Саудовская Аравия, Россия, Иран и другие ближневосточные страны, там, где операционные расходы на добычу нефти низки.
В таком случае возникает вопрос — а зачем вообще в Дохе собирались-то?
Рустам Танкаев: Ну, во-первых, есть достаточно большое количество стран, в том числе и стран ОПЕК, которые заинтересованы в стабилизации нефтяного рынка и по возможности в росте цен нефть. Эту группировку возглавляет Венесуэла, туда входит Эквадор, туда входит Алжир и они, конечно, сделали все для того, чтобы такую встречу провести. К тому же для России эта встреча тоже была достаточно интересна, потому что Россия является лидером мирового нефтяного рынка. 10 лет уже Россия добывает нефти больше всех. В прошлом году Россия и по экспорту нефти и нефтепродуктов вышла на первое место в мире, и если бы удалось выступить в качестве такой стабилизирующей силы, то Россия могла бы закрепиться как мировой лидер нефтяного рынка.
По большому счету, если я правильно понимаю, из ваших слов мы ничего особо не теряем?
Рустам Танкаев: Нет, мы ничего особенно не теряем. Тут политические всякие дивиденды могли бы быть, а что касается всего остального, мы ничего не теряем. Вы знаете, в течение 30 лет, до 2005 года, цены на нефть на мировом рынке держались на уровне 20 долларов за баррель. Конечно, были моменты, когда цены падали очень сильно, это перед распадом Советского Союза, но в целом средняя цена была такая. Она всех устраивала.

Какими могут быть последствия встречи в Дохе для России, предположил генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов: «Последствия неоднозначны. Почему? Потому что, с одной стороны, негатив ясен, он уже происходит. То есть была надежда, что мы создадим ОПЕК-2, и это позволит нам участвовать в манипуляции рынком. Почему? Потому что на самом деле все прекрасно понимают — почему надеялись, что это соглашение будет подписано? Потому что оно ни к чему особо никого не обязывало. Мы фиксировали добычу на уровне 11 января 2016 года, что являлось страновым рекордом для России и очень высоким показателем для саудитов. То есть никто, на самом деле, ничего не должен был делать, там даже добычу не надо было ограничивать. Это такое было соглашение, ни к чему не обязывающее, но уже повлиявшее на рынок. То есть цены разогнались, как я уже сказал, на 50%. Поэтому мы и думали, что саудиты как люди, считающие деньги, которых им сейчас решительно не хватает, пойдут на это соглашение. Значит, соответственно, сейчас мы лишились возможности манипулировать рынком через эту придуманную историю, ОПЕК-2, конечно, не будет, про июнь говорить нечего. Потому что в июне будет уже не собрание Россия плюс ОПЕК. На самом деле, это будет заседание ОПЕК в Вене, заранее запланированное, куда, я думаю, Россия вообще не поедет после того, что в Катаре случилось. Ну и понятно, что за этим последует снижение цен на нефть, то есть мы финансово проиграем. Правда, не забывайте, что мы сначала два месяца выигрывали, теперь будем проигрывать. Что касается позитивных моментов, ну, сейчас надо просто понять, сделать выводы банальные, что с арабскими странами, видимо, у нас никакого партнерства в принципе быть не может, причем не важно, мне кажется, с суннитами, с шиитами. У нас те же грабли были с Ираном. То есть надо арабские грабли поставить в кладовку и думать, как мы самостоятельно будем из этой истории выбираться. Все-таки, я думаю, что варианты здесь есть. Просто, ну, с арабами поиграли, наигрались, и еще раз говорю: надо понять, что это за люди и, соответственно, исходя из этого выстраивать дальше свою стратегию».

Глава российского Минэнерго полагает, что страны, не входящие в ОПЕК, в том числе Россия, готовы будут рассмотреть возможность участия в очередной встрече, если такие договоренности будут достигнуты. Но «мы уже не будем так оптимистично смотреть на такие договоренности», отметил Новак. Он также высказал мнение, согласно которому отсутствие соглашения не будет иметь последствий для России — «рыночная ситуация должна выровнять баланс спроса и предложения» к середине 2017 года.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории