16+
Пятница, 9 декабря 2016
  • BRENT $ 53.72 / ₽ 3400
  • RTS1097.39
15 июля 2016, 18:39 ОбществоПроисшествия
Актуальная тема: ЧП

Федор Лукьянов: впечатление, что происходит полная дисфункция спецслужб Франции

Злоумышленник на грузовике убил более 80 человек в Ницце. Business FM обсудила обстоятельства и методы теракта с главой президиума Совета по внешней и оборонной политике, политологом Федором Лукьяновым

Полиция на месте теракта в Ницце, 15 июля 2016.
Полиция на месте теракта в Ницце, 15 июля 2016. Фото: Eric Gaillard/Reuters

В квартире террориста, протаранившего толпу в Ницце, проходят обыски. Ранее стало известно о том, что следователи окончательно установили его личность. Правда, кроме того, что это был 31-летний житель Ниццы с двойным франко-тунисским гражданством и что он был известен полицейским, но не службам разведки, других данных нет.

В результате теракта погибла одна россиянка — это студентка 4-го курса Финансового университета Виктория Савченко. Еще одна гражданка России — ее подруга, также студентка Финансового университета — Полина Серебрянникова — ранена и находится в больнице. Об этом говорится на сайте учебного заведения. Однако французская полиция не смогла подтвердить родителям девушки информацию о ее гибели, сообщил РИА Новости генконсул России во Франции Сергей Молчанов. Он добавил, что в больнице в Ницце находятся еще две девушки из России. Как сообщил позже российский МИД, двое граждан России считаются пропавшими без вести после теракта в Ницце, двое находятся в госпиталях.

Террористу удалось прорваться на закрытую в честь Дня взятия Бастилии набережную и проехать почти 2 километра прямо через толпу отдыхающих. Всего при теракте в Ницце погибли 84 человека, около 20 находятся в критическом состоянии, более 100 пострадавших. 54 ребенка доставлены в больницу, пишет газета Nice-Matin.

По данным полиции, Мухаммед Булель жил в Ницце и работал водителем службы доставки. Сотрудники правоохранительных органов обыскали квартиру преступника. Его бывшая супруга задержана.

МВД Туниса подтвердило имя террориста. Мухаммед Булель не был известен спецслужбам этой страны как сторонник радикальных исламистских взглядов. Об этом сообщили агентству Reuters источники в службах безопасности Туниса.

По словам прокурора Парижа, водитель грузовика, протаранивший в четверг вечером толпу прохожих в Ницце, имеет недавнюю судимость за насильственные действия. Но этот человек не числился в списках французских правоохранительных органов. «Он был совершенно неизвестен спецслужбам ни на национальном уровне, ни на местном», — сказал прокурор.

По информации телеканала BFM TV, террорист оставил в кабине водительское удостоверение и банковскую карту. Водитель грузовика не был набожным и страдал от депрессии после разрыва с женой. К такому выводу пришел журналист французского телеканала BFM после общения с его соседями.

Пострадавший при теракте в Ницце москвич рассказал «Известиям», что на самом деле, террористов было двое. «Один за рулем, второй — на пассажирском сиденье, это он стрелял», — утверждает он.

Business FM обсудила обстоятельства и методы теракта в Ницце с председателем президиума Совета по внешней и оборонной политике, политологом и главным редактором журнала «Россия в глобальной политике» Федором Лукьяновым. С ним беседовал Игорь Ломакин.

Такое ощущение, что когда сегодня все узнали, что в Ницце случился теракт, никто особо не удивился, что это снова Франция. Почему все-таки опять Франция?
Федор Лукьянов: Террористы — это нечто аморфное, тут явно нет мощной организации с централизованным управлением, есть некое сообщество, которое реализует свою идеологию. Террористами Франция воспринимается как слабое звено, хотя, казалось бы, это очень странно, потому что французские спецслужбы накопили огромные навыки, опыт, знания, как бороться с терроризмом, но такое впечатление, что сейчас происходит полная дисфункция этих служб, и это очень чувствуется. То, что мы видим последние два года — несколько очень крупных, очень громких терактов, а до этого были более мелкие — это можно назвать гражданской войной в определенном смысле, потому что как сейчас, судя по предварительным данным, так и предыдущие разы все эти жуткие акты производят не приехавшие с волной беженцев из Сирии или откуда угодно, а французы, и эти французы готовы убивать своих сограждан, видимо, любыми способами. Конечно, то, что произошло сегодня ночью, показывает полную безнадежность. Как выясняется, орудием массового убийства может служить практически все что угодно.
А почему сейчас все это происходит?
Федор Лукьянов: Почему это произошло вечером 14 июля? Думаю, что это совершенно сознательный выбор. Это главный французский праздник вне зависимости от того, что на самом деле произошло в 1789 году. Это такая мифология про Бастилию, но тем не менее это воспринимается как символ рождения свободной республиканской Франции. Как раз ударяют по этому символу. В плане символизма атак террористы очень точно выбирают цель. Ницца — это олицетворение такого сытого, расслабленного довольства. Появилось много иностранцев, но вообще это символ богатства, благополучия, спокойствия. Действительно, удар наносится туда, где психологический эффект будет максимальным.
Как вам кажется, вообще есть значение, имел прямое отношение террорист к этой группировке или не имел? Стоит ли сейчас рассуждать в таких категориях? Завербовали его или нет? Или, может быть, все-таки стоит признать, что терроризм несколько шире, чем четыре буквы в привычной аббревиатуре?
Федор Лукьянов: Конечно, это важно, потому что для спецслужб очень важно хотя бы задним числом, если не удалось предотвратить, выявлять все-таки каналы распространения. ИГ, запрещенное в России, сейчас есть. Может быть, через год-полгода или три года его не будет. Его уничтожат потому, что сама по себе структура привязана, как следует из ее названия, к некой территории, к Месопотамии. Но ИГ как совокупность тех, кто принципиально и убежденно ненавидит Запад, может быть, даже шире, чем Запад, ненавидит все то, что они воспринимают как врагов ислама, никуда не денется. Беда, трагедия, кошмар Франции и других европейских стран, той же Бельгии, где тоже был теракт, заключается в том, что это внутренняя война: можно посылать авианосцы к берегам Сирии, как делали после парижских терактов прошлой осенью, можно наносить удары, как мы это делаем, стратегическими бомбардировщиками по объектам. Это, наверное, нужно делать, потому что уничтожать на местах необходимо, но это не решает проблему, это уже совершенно очевидно. Проблему могут решить только структурные изменения образа жизни обществ, а общество в Европе пока на это совершенно не готово.
Этой ночью встречались Путин с Керри. Они уж знали о том, что происходило в Ницце. Этот случай как-то может подвинуть диалог между Москвой и Вашингтоном?
Федор Лукьянов: Я думаю, что этот случай никуда диалог не подвинет, потому что он идет не о том. Когда звучат дежурные слова о необходимости совместной борьбы с терроризмом, с этим, в общем, никто не спорит, но еще 15 лет назад, когда случились теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне, первое большое событие XXI века, уже тогда быстро стало понятно, что реальная борьба с терроризмом — дело каждого правительства. Если расшифровать разговоры Керри и Путина, строго говоря, они не касаются борьбы с терроризмом вообще, они касаются конкретно уничтожения группировки террористической, но локализованной в Сирии и Ираке. Это, конечно, имеет некое отношение к тому, что происходит в Европе, но это отнюдь не решает те проблемы, которые накопились.
Идею не уничтожить.
Федор Лукьянов: Идею не уничтожить. Помимо идеи есть некие методики, которые появились очень давно. Сейчас вспоминают, что начиненные взрывчаткой грузовики или грузовики, которые давят всех подряд, появились в Ливане в начале 1980-х. Казалось, что Ближний Восток не так далеко, но все-таки это совершенно другой мир. А вот теперь все то же самое пришло туда, где, как думали, этого никогда уже не будет.
И взрывчатка уже даже не нужна, как оказалось.
Федор Лукьянов: Абсолютно. В том-то и дело, что орудием убийства может быть практически все что угодно.

Судя по снимкам, полицейские выпустили большое число патронов по лобовому стеклу грузовика, однако основная их часть попала в левую часть кабины, а не по водительскому месту. Во французской прессе задаются вопросом, почему власти не смогли защитить столь очевидную цель — большое скопление народа в центре крупного города в день главного национального праздника. Действия служб безопасности Франции оценивает эксперт по кризисным ситуациям, полковник в отставке, ветеран службы внешней разведки Лев Корольков: «Движение у него было не прямолинейное, а французские полицейские действовали, как полицейские: это обычные сотрудники органов правопорядка, не сотрудники спецслужб, снайперы, сотрудники спецподразделений, подготовленные к такого рода вещам, поэтому они могли спокойно куда угодно стрелять, чтобы остановить водителя. Это в кино хорошо получается, в жизни все сложнее. Достаточно постоянно маневрировать, почти непрерывно, точного прицела никогда не будет. Когда действует одиночка, ни с кем не посоветовавшийся, не высказывавший до этого свои взгляды и намерения, которые не попали в итоге в агентурные сообщения, практически невозможно предотвратить. Во-первых, существует бюджет, и увеличивать спецслужбы, чтобы один стажер стоил половину бюджета страны, — страна перестанет существовать. Тут нужны два фактора: во-первых, большой опыт, во-вторых, хорошая позиция в этой среде, я имею в виду исламистское подполье во Франции, где они собираются — в молельных, мечетях — там и надо работать. Видимо, работы не совсем достаточно. Хуже сделать, чем сделали органы правопорядка в Ницце, нельзя, просто они были сами беспомощны. Блокировать ход грузовика вполне реально и возможно — его остановили бы любой полицейской или обычной машиной, компенсировали бы все, заблокировать можно, сработали отвратительно».

Сам грузовик, возможно, остановила женщина-полицейский. По неподтвержденным данным, она смогла запрыгнуть на подножку таранящей людей фуры и замедлить ее ход, сообщают французские СМИ.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории