16+
Вторник, 6 декабря 2016
  • BRENT $ 53.93 / ₽ 3441
  • RTS1059.97
12 октября 2016, 18:57 Политика

Путин: мы Франции «не навязывались»

Выступление президента на инвестфоруме «ВТБ Капитала» «Россия зовет!» — самое масштабное с тех пор, как отношения РФ с западными странами обострились на фоне конфликта в Сирии

Президент РФ Владимир Путин во время выступления на пленарной сессии «Сохраняя ответственность. Расширяя возможности» на VIII инвестиционном форуме ВТБ Капитал «Россия зовет!».
Президент РФ Владимир Путин во время выступления на пленарной сессии «Сохраняя ответственность. Расширяя возможности» на VIII инвестиционном форуме ВТБ Капитал «Россия зовет!». Фото: Михаил Метцель/ТАСС

Владимир Путин на инвестиционном форуме «Россия зовет!», организованного «ВТБ Капиталом», прокомментировал отмену своего визита во Францию после голосования в Совбезе ООН по Сирии.

Отвечая на вопрос представителя французской машиностроительной компании Alstom о ситуации вокруг французского проекта резолюции, российский президент заявил: негоже своими действиями просто обслуживать интересы союзников. Вместе с тем, по словам Путина, Франция остается одним из приоритетных партнеров России в Европе.

Владимир ПутинВладимир Путин президент Российской Федерации «У меня вообще, я считаю, сложилась очень устойчивая химия с рядовым российским гражданином. Я уже достаточно долго исполняю обязанности президента, но даже я не могу сказать, что от имени каждого российского гражданина могу выступить, потому что не уверен, что знаю настроение каждого человек. Alstom — компания большая, наверное, может говорить от имени всего французского народа, во всяком случае, вопросы задавать. Вы сейчас сказали, что наша реакция была слишком жесткой на французский проект резолюции в Совете Безопасности ООН по Сирии, и это вызвало реакцию со стороны наших французских партнеров и друзей. Во-первых, мы очень дорожим отношениями с Францией и считаем Францию одним из приоритетных партнеров в Европе. Это сложилось исторически, это и сегодня так. А что касается этого конкретного случая, мы не любим ковыряться в дипломатическом белье, оно только внешне все красиво, иногда запах не очень приличный от этого. Но если мы вынуждены, то мы тогда должны что-то говорить. И я вам отвечу: не наши партнеры должны обижаться на эту ситуацию по поводу нашего вето на французскую резолюцию, это, скорее всего, мы должны обижаться, и скажу почему. Наш уважаемый друг и коллега — министр иностранных дел Франции — приехал в Москву, изложил резолюцию французской стороны, на что наш министр иностранных заявил: мы не будем голосовать против, если вы учтете наши поправки и наши соображения по этому вопросу, но мы очень глубоко вовлечены в этот кризис, в эту проблему, мы знаем детали. На что французский коллега ответил: да, конечно, мы и не хотим нарываться ни на какое вето. То же самое было изложено нашему представителю в ООН в Нью-Йорке. И мы ждали дальше совместной конструктивной работы и с Францией, и с другими членами Совета Безопасности. Что произошло дальше? Министр иностранных дел Франции улетел из Москвы в Вашингтон, на следующий день вышли с господином Керри, обвинили Россию во всех смертных грехах, никто вообще не стал с нами ни о чем разговаривать и ничего обсуждать, и вбросили эту резолюцию в Совет Безопасности, явно ожидая нашего вето. Зачем? Не для того, чтобы резолюция прошла, ее вбросили, зная нашу позицию и не обсуждая даже с нами наши предложения, а чтобы получить это вето. А зачем? Чтобы обострить ситуацию и раскрутить антироссийскую истерику в подконтрольных средствах массовой информации, обманывая, на самом деле, свое население и своих граждан. Я имею в виду сейчас не только Францию, но многие европейские страны и США, особенно это ценно, видимо, в условиях предвыборной борьбы. Но я не знаю, соответствует это интересам европейских стран или не соответствует. Но вот так просто обслуживать внешнеполитические интересы, может быть, даже внутриполитические интересы своих союзников, в данном случае Соединенных Штатов, не знаю, разве это роль такой серьезной политики и серьезных стран, которые претендуют на то, чтобы проводить независимую внешнюю политику и называться великими державами? Я не знаю».

Позже глава ВТБ Андрей Костин вновь попросил президента вернуться к теме отмены визита во Францию:

«В отношениях и с Францией, и с французским народом, тем более с французскими инвесторами у нас ничего не поменялось. Мой пресс-секретарь сказал, что мы отменили, но так, чтобы, видимо, наша позиция была такой сильной. На самом деле мы даже и визит-то не отменяли, просто нам французская сторона дала понять, что сейчас нам там открывать официально наш культурный центр, на эти гуманитарные темы разговаривать не время, надо как-то перенести эти мероприятия. Мы сказали: ладно, хорошо, пожалуйста. Мы, собственно говоря, не навязывались, я много раз говорил партнерам, что если сейчас не время, давайте перенесем. Но отношения с французами, с французским народом, с французским бизнесом никак не поменялись, и надеюсь, ничего серьезного не произойдет в наших отношениях с Францией как с государством и с нашими партнерами на политическом уровне. С президентом Олландом у меня очень добрые личные отношения, я этим очень дорожу. Надеюсь, что это нам поможет преодолеть любые текущие сложности».

Путин также заявил, что Россия будет работать с любым новым президентом США, если он этого захочет. Российский президент ответил и на другой вопрос — об ухудшении отношений с США, который касался, в частности, барьеров на пути реализации минских соглашений и сроков их полной реализации.

Владимир ПутинВладимир Путин президент Российской Федерации «Мы тоже озабочены ухудшением российско-американских отношений. Это не наш выбор, мы к этому никогда не стремились, наоборот, мы хотим иметь дружеские отношения с такой огромной великой страной, с ведущей экономикой мира, как американская. Вы сейчас упомянули кризис на Украине, но это же не мы довели до государственного переворота. Разве мы это сделали? Нет. Наши американские партнеры и не скрывают, что в значительной степени они стояли за этим, финансировали радикальную оппозицию, довели до неконституционного способа смены власти, хотя можно было сделать совсем по-другому. Бывший президент Янукович все требования подписал и был готов провести досрочные выборы, вместо этого способствовали госперевороту. Зачем? Когда мы вынуждены, хочу подчеркнуть, вынуждены были защищать русскоязычное население на Донбассе, вынуждены были отреагировать на стремления людей, живущих в Крыму, вернуться в состав Российской Федерации, тут же начали раскручивать новый маховик антироссийской политики и введение санкций. Не мы же их саботируем невыполнением минских соглашений. Я же уже сто раз сказал, мы же не можем за сегодняшние киевские власти внести изменения в конституцию, что является ключевым фактором, не можем киевские власти имплементировать уже принятый Радой закон об особом статусе управления на Донбассе. Он же не реализуется до сих пор, хотя в минских соглашениях было написано, что в самые кратчайшие сроки нужно было это сделать. Я же не могу подписать за президента Украины принятый Радой закон об амнистии. Все время ссылаются на то, что это все нельзя сделать, поскольку в зоне конфликта на Донбассе идут перестрелки. Но вот 9 сентября ополчение Донбасса в одностороннем порядке заявило о том, что они даже отвечать не будут на обстрелы со стороны украинских вооруженных сил. Ну и чего? Нам все время говорили, что за этим сразу последуют какие-то действия в политической сфере, но ничего не происходит, даже прямых контактов между представителями Донбасса и официальными властями киевскими нет до сих пор. Поэтому если кто-то действительно хочет выполнения этих соглашений, нужно влиять на все стороны этого конфликта, прежде всего, в данном случае на киевские власти. Что мешает это сделать, я не понимаю. Без выхода на политические договоренности ничего не будет продвигаться — это первое. Теперь в глобальном плане. С действующей администрацией очень сложно вести диалог. Я не знаю, всегда ли так было, но диалога практически нет. Как он выглядит? Администрация формулирует, что ей нужно, а потом настаивает на том, чтобы это было исполнено. Но это не диалог, это диктат какой-то, и так почти по каждому вопросу. Мы-то готовы к диалогу, но диалог — это поиск компромиссов. Теперь я отвечу на главное: что нужно сделать для того, чтобы ситуация нормализовалась? Нужно вести себя по-партнерски и учитывать интересы друг друга. Мы к этому готовы».

Забавный диалог произошел между Путиным и главой ВТБ Андреем Костиным, когда президент отвечал на первый вопрос из зала — о засилье госбанков на российском финансовом рынке.

Путин: Здесь нужно не столько, мне кажется, говорить о количестве банков, сколько о качестве регулирования и контроля.

Костин: Можно два слова добавить?

Путин: Ну конечно, вы начальник.

Костин: Нет, начальник вы, Владимир Владимирович.

Выступление Путина на форуме Business FM прокомментировал вице-президент РСПП Игорь Юргенс.

Игорь ЮргенсИгорь Юргенс президент Всероссийского союза страховщиков «Для нас, для РСПП важен инвестиционный климат, и насколько я понимаю, аудитория задавала президенту вопросы в основном, связанные не со ставкой кредита, не с налогами, а с тем — выходим мы из холодной войны или мы не выходим? Поэтому для инвестиционного климата нашей страны сейчас важно понять, в каком состоянии находятся умы в первую очередь дипломатов, разведчиков и армии. А во вторую очередь мы уж как-нибудь наладимся и пристроимся. Если проводить аналогии с такими форумами, как Давосский, то очень трудно провести грань. Политика и экономика очень плотно связаны, если мы, как марксисты в свое время учили в университете, что базис определяет надстройку, то и надстройка очень сильно влияет на базис, как определили потом кейнсианцы, предположим. В этом смысле форум все больше и больше, так как он хочет быть представительным, красивым, интересным, привлекает иностранцев, несмотря на ту обстановку, которая складывается вокруг России, он будет по определению становиться все более политическим, потому что риск-менеджеры, люди, которые отвечают за риски инвестиций в РФ, будь то отечественный бизнес, будь то иностранный, они в первую очередь смотрят на политическую составляющую, где находимся. Уже не количество углеводородов в нашей земле, а позиция России в мире — от этого будет зависеть глобальное отношение к России, соответственно, вложение крупнейших иностранных компаний, банков, финансовых учреждений в нашу экономику. В одиночку сгенерировать то, что нам нужно для постоянного и устойчивого роста, мы не сможем, в изоляции жить нельзя. За последнее время капиталы пришли, в том числе из Казахстана, очень немного из Китая или из других юрисдикций, они никак не заменяют глобальную экономику, которая до кризиса доходила в нашей стране до 150 млрд прямых инвестиций, и все больше и больше шла на наши рынки косвенными инвестициями, не прямыми. Поэтому пока я не стал бы говорить о том, что тенденции переломлены. Нет таких юрисдикций, которые полностью удовлетворены тем, как развивается наше внешнеполитическое позиционирование. Будь то Эмираты с большим количеством денег, будь то Китай, который обещает много, а делает не так много, и будь то западный мир, который находится в санкциях. В заключение отмечу, что я не был прямым участником форума, я слушал это и смотрел по телевидению, слушал отрывками по радио, безусловно, прозвучало то, что мы не хотим окончательной конфронтации, такой финальной конфронтации, которая бы означала возобновление холодной войны. Это очень приятно слышать от президента, потому что в прошлый уик-энд я переключал программы телевидения, и когда мне сообщили, что мы все уже в атомных бомбоубежищах, что наш плутоний лучший в мире, мне показалось, что некая грань, по крайней мере, пропагандистская перейдена. Путин от этого удерживает, это приятно слышать, это слышать комфортно. И тот факт, что он ведет диалог на этом форуме с представителями крупнейших мировых компаний, которые понимают, что такое глобальное противостояние или глобальное сотрудничество, это внушает комфорт. Я, конечно, мог бы слышать и что-то другое».

Ранее на форуме «Россия зовет!» выступили министр финансов Антон Силуанов, глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев и другие руководители экономического блока.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории