16+
Четверг, 8 декабря 2016
  • BRENT $ 53.72 / ₽ 3400
  • RTS1097.39
28 октября 2016, 12:26 Технологии

О SAMоуправлении программными активами

Расходы российских компаний на ПО составляют в среднем 30% от всего IT-бюджета. Но менеджмент лишь в редких случаях знает, за что именно он платит: сколько куплено лицензий и насколько эффективно они используются. Эту проблему помогает решить практика управления программными активами (SAM)

Максим Качёлкин, вице-президент, руководитель группы централизованного контроля систем и сервисов Райффайзенбанка
Максим Качёлкин, вице-президент, руководитель группы централизованного контроля систем и сервисов Райффайзенбанка Фото: CNEWS

SAM — на эту аббревиатуру стоит обратить внимание тем, кто хочет навести порядок в своем софтверном хозяйстве. Можно ли перераспределить вычислительные мощности внутри ЦОД так, чтобы отказаться от лишних серверных лицензий? Нужен ли сотрудникам полный пакет специального ПО или достаточно купить облачную подписку на 2–3 реально используемые программы? Нет ли в компании ПО с неправильно используемыми, а то и взломанными лицензиями, за что могут быть наложены серьезные санкции, вплоть до уголовной ответственности?

SAM — это не просто IT-проект, а перестройка бизнес-процессов IT-службы, бухгалтерии, экономистов, юристов и даже служб контроля и безопасности. Она начинается с полной инвентаризации софта, внесения его в базу системы класса Asset Management. После этого все имеющие к ней доступ службы видят, где, сколько и какое ПО используется, когда нужно продлевать лицензии и оплачивать техподдержку, могут обоснованно планировать закупки.

Говорят, что SAM — это способ сэкономить. Правда ли это? В определенном смысле, да. В ходе развития или диверсификации бизнеса решение задач оптимизации не отходит на второй план, а вопросы эффективности по-прежнему заботят менеджмент компании, и он инициирует SAM-проект. В организациях, где раньше царил хаос и присутствовал «зоопарк систем», часто отмечается приличный эффект: по данным Gartner, экономятся 5–30% IT-бюджета в первый год и около 5% — в последующие.

Вторая причина перейти на практику SAM — обеспечение юридической чистоты использования ПО и постоянной готовности к аудитам. Кроме того, ручная обработка данных — это не только долго, но и ненадежно. И даже если все ПО лицензировано должным образом, но из-за пресловутого человеческого фактора аудиторам предоставят ошибочные данные, у компании могут быть неприятности.

Яркий пример решения этих проблем — внедрение системы HPE Asset Manager в Райффайзенбанке. Банк владеет десятками тысяч лицензий, и до перехода к SAM его IT-департамент каждый раз вручную собирал информацию об имеющемся ПО для аудиторов и для собственного бизнес-руководства. Это занимало недели и отвлекало сотрудников сразу нескольких подразделений.

Проект SAM был инициирован совместно бизнес-руководством и IT-дирекцией, то есть все видели проблему и хотели ее решить. Для этого была выбрана система Asset Manager от Hewlett Packard Enterprise. Совместно с интегратором «Ай-Теко» она была установлена, настроена для учета всех особенностей IT-инфраструктуры и успешно работает уже полтора года.

Максим Качёлкин, вице-президент, руководитель группы централизованного контроля систем и сервисов Райффайзенбанка, рассказал BFM.ru об особенностях SAM.

С какой проблемой столкнулся банк в области управления ПО, и почему ею занялось бизнес-руководство?
Максим Качёлкин: Наш банк тратит довольно значительные суммы на программное обеспечение, и при утверждении статей расходов IT-дирекции требовались понятные не только ей аргументы, зачем платить такие деньги, почему мы покупаем именно такие программы, можно ли взять более дешевые варианты лицензий… Требовались усилия большого числа сотрудников и время, чтобы собрать информацию по разным источникам. Это в какой-то момент перестало устраивать бизнес и непосредственно IT-дирекцию, и было решено систематизировать данные по лицензиям.

Окончательное решение было принято после серьезного аудита, который мы проходили как банк, входящий в европейскую группу Raiffeisen. Аудиторы проверили все наши лицензии — мы были полностью чисты с юридической точки зрения, но сбор данных потребовал таких усилий, что мы решились на автоматизацию учета программных активов.

Как вы искали решение? Почему выбрали дорогой продукт класса Enterprise?
Максим Качёлкин: Мы провели целое исследование вопроса, убедились сами и убедили бизнес, что своими силами эту задачу не решить: слишком много лицензий и различных условий, влияющих на возможности управления активами.

Поэтому мы начали искать тиражные решения от известных поставщиков. Из всех вариантов выбрали HPE Asset Manager, наименее бюджетный только на первый взгляд. Мы искали возможность сократить издержки, а когда изучили стоимость лицензии на него для наших условий, увидели, что НРЕ АМ ничуть не дороже других продуктов, а функциональные возможности у него наиболее подходящие.

Насколько сложным было внедрение?
Максим Качёлкин: В Райффайзенбанке, как мы выяснили уже в ходе реализации проекта, сложилась уникальная инфраструктура: таких сочетаний программных продуктов не встречали у других заказчиков, несмотря на их богатый опыт, ни интегратор «Ай-Теко», ни HP Enterprise. И эта функциональность не была отражена в коробочной версии продукта — не только HPE Asset Manager, но и у его конкурентов.

Поэтому пришлось серьезно дорабатывать систему под наши условия. Было нелегко, но партнеры пошли нам навстречу, несмотря на то, что ряд задачи требований отсутствовал в техническом задании. Да и сотрудники других подразделений банка охотно нам помогали, как только начинали понимать, что мы пытаемся решить проблему, которая им тоже не давала спокойно работать.

К чести партнеров могу заметить, что мы увидели с их стороны просто эталонное отношение к работе. Вместе со специалистами «Ай-Теко» мы разбирали очередную нестандартную задачу, находили пути решения, передавали в НРЕ запрос, и разработчики вендора вносили изменения уже в свой готовый продукт. То есть если подобные задачи возникнут у новых заказчиков НРЕ, они получат их решение уже в коробочной версии.

Какой результат вы получили?
Максим Качёлкин: Главный результат SAM-проекта — автоматизация сбора данных об имеющемся ПО, причем теперь это прозрачные данные. Раньше мы тратили много сил, чтобы собрать информацию о лицензиях, что требовалось и для аудиторов, и для внутреннего процесса бюджетирования. Помимо этого, мы оптимизировали закупки, потому что в ответ на запросы мощностей сразу видим неиспользуемые ресурсы и можем их перераспределить вместо того, чтобы покупать новые. И, поскольку мы отвечаем на запросы бизнеса быстро, значит, тем самым помогаем ему опережать конкурентов.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории