16+
Пятница, 2 декабря 2016
  • BRENT $ 54.15 / ₽ 3456
  • RTS1050.21
3 ноября 2016, 22:06 Право

«Где $5 млн?» Полковник Захарченко подметил исчезновение денег в деле о 8,5 млрд

«Я готов жить в кабинете у следователя», — заявил полковник Захарченко, фигурант дела о рекордном изъятии при обыске 8,5 млрд рублей. Во время продления ареста он сетовал на то, что сыщики не задают ему вопросы о происхождении денег и не проводят допросов. Между тем, он «тихонько умирает в Лефортово»

Бывший заместитель начальника управления «Т» Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России полковник Дмитрий Захарченко, обвиняемый в получении взятки и злоупотреблении должностными полномочиями, перед началом рассмотрения ходатайства о продлении срока его ареста в Пресненском суде. Москва, 3 ноября 2016.
Бывший заместитель начальника управления «Т» Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России полковник Дмитрий Захарченко, обвиняемый в получении взятки и злоупотреблении должностными полномочиями, перед началом рассмотрения ходатайства о продлении срока его ареста в Пресненском суде. Москва, 3 ноября 2016. Фото: Антон Новодережкин/ТАСС

Полковнику МВД Дмитрию Захарченко, у которого при обыске нашли 8,5 млрд рублей, могут быть предъявлены новые обвинения. Об этом заявил в четверг следователь СКР по Москве при рассмотрении судом ходатайства о его аресте. Сам Захарченко просил перевести его под домашний арест, утверждая, что «тихонько умирает в «Лефортово». При этом подследственный предположил, что в ближайшее время ему могут быть предъявлены новые обвинения — в незаконной банковской деятельности и руководстве преступным сообществом.

В суд бывшего заместителя начальника управления «Т» антикоррупционного главка (ГУЭБиПК) МВД Дмитрия Захарченко доставили сотрудники спецназа в камуфляже и шапках-масках. Когда его вели в зал суда, полковник успел выкрикнуть, что найденные в квартире его сестры на Ломоносовском проспекте астрономические суммы денег ему не принадлежат. «У меня нет денег, это не мои деньги», — заявил арестованный и добавил: «Я готов все рассказать».

В суде Захарченко, который за 38 лет успел получить три высших образования, но не успел защитить кандидатскую, обвинял следователей в волоките, говорил об отсутствии доказательств его вины, давлении на других фигурантов, а также о резком ухудшении состоянии здоровья.

Сердечные дела полковника Захарченко

«Я сижу в СИЗО, гнию, мое состояние резко ухудшилось почему-то», — выступал обвиняемый, отмечая, что буквально через 10 дней после того, как он очутился в «Лефортово», у него начались проблемы с сердцем. В изоляторе же кроме успокоительного ему ничего предложить не могут. Он направил следователю письмо с просьбой назначить медицинское обследование в любой больнице, но так и не получил ответ. При этом фигурант сам удивлялся своему состоянию, отмечая, что «заехал» в СИЗО в «нормальной физической форме», но после карантина «еле ходил».

«В СИЗО «Лефортово» у меня ухудшается состояние здоровья с каждым днем. В санчасти нет ни кардиолога, ни уролога. Мне каких-то таблеток дали, я ели дошел до комнаты допроса. Сегодня я выпил таблетки и пошел на суд, чтобы все видели, что я не сдаюсь», — говорил Захарченко.

Он был категорически не согласен с тем, что из него «сделали коррупционера и негодяя». «Я патриот, у меня двое малолетних детей. А меня обвиняют в том, чего я не совершал и даже не совершу», — настаивал полковник, но так и не пролил свет на то, чьи же были деньги.

Полковник Захарченко стал известен на всю страну после того, как в квартире его сестры на Ломоносовском проспекте в Москве нашли сумму, сравнимую с бюджетом маленькой африканской страны. Как уточнил в четверг следователь, там хранились 124 млн долларов, 340 млн рублей и 1 млн 400 тысяч евро (в рублях порядка 8,5 млрд рублей — Business FM).

10 сентября суд санкционировал арест. ГСУ СКР по Москве предъявило Захарченко обвинение в злоупотреблении должностными полномочиями, воспрепятствовании производству предварительного расследования и получении взятки в особо крупном размере (ч. 1 ст. 285, ч. 3 ст. 294 и ч. 5 ст. 290 УК РФ). Согласно фабуле дела, в январе этого года он предупредил Ларису Марчукову, фигурантку дела о хищениях 26 млрд в «Нота-банке», о готовящихся обысках и других оперативных мероприятиях. Также Захарченко вменяется получение взятки в размере 7 млн рублей от Анатолия Пшегорницкого, совладельца компании «Русинжиниринг» «за общее покровительство».

В суде Захарченко утверждал, что за два месяца его ареста следователи так и не допросили Пшегорницкого, Марчукову или Нонну Михай. Эта женщина стала последней фигуранткой дела о выводе средств «Нота-банка» и была арестована 1 октября. Захарченко отметил, что следствие не назначили ни одной очной ставки с этими людьми, хотя он об этом неоднократно просил.

«Где в материалах дела есть подтверждение того, что я предупредил Марчукову? Кто это показал: Марчукова, Михай?», —негодовал полковник. Он был уверен, что на женщин давят в СИЗО и заставляют его оговорить. «Как можно арестовывать человека только после слов, что был какой-то Димка, который их предупредил. В Москве 12 млн человек проживает», — привел Захарченко контраргумент.

Он удивился словам следователя про найденные в квартире его сестры $124 млн: «А в прессе я читал про $129 млн. Это что, во время следствия нестыковка пошла? Где $5 млн?», — удивился обвиняемый. Он заявил об отсутствии доказательств того, что он использовал квартиру, где нашли миллионы.

В свою очередь, следователь просил оставить Захарченко в СИЗО до 8 марта, мотивируя просьбу тем, что сыщикам необходимо дождаться результатов ранее назначенных фоноскопических экспертиз, назначить лингвистическую экспертизу, осмотреть изъятые предметы и получить ответ на ранее данные поручения и запросы на проведение ОРМ.

«Иные» преступления полковника

«Также необходимо дать юридическую оценку действиям Захарченко и других лиц по факту совершения иных преступлений», — сказал он.

Представитель СКР по Москве сообщил, что полковник может быть причастен к совершению иных преступлений коррупционной направленности в виде взяточничества, посредничества во взяточничестве, злоупотреблении своими должностными полномочиями и воспрепятствованию предварительному следствию по уголовным делам в сфере экономической деятельности, «совершенными совместно с иными лицами».

Он добавил, что сведения о причастности Захарченко к совершению других преступлений подтверждается как раз найденными в «фактически используемой» им квартире денег, которые «имеют явно незаконное происхождение» и были получены явно не им одним, а с участием «пока неустановленных следствием лиц».

Следователь утверждал, что выпускать на свободу обвиняемого нельзя. Дело в том, что он «обладает обширными связям в правоохранительных органах и госвласти, осведомлен о всех алгоритмах проведения оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий», а потому сбежит и будет давить на свидетелей. Просьбу о продлении ареста поддержал прокурор.

«Если так пойдет, то на мне весь уголовный кодекс примерят»

В свою очередь, Захарченко уверял, что не скроется: «Куда я скроюсь? У меня двое малолетних детей».

Захарченко утверждал, что заинтересован в «установлении истины» и заявил, что «готов жить в кабинете у следователя». «Я хочу, чтобы мое имя, которое опорочили, было при жизни реабилитировано, а не когда я умру, через 4 месяца…», — сделал он снова акцент на своем здоровье.

Его адвокаты Юрий Новиков и Александр Лебедевич предложили суд перевести их подзащитного под домашний арест в 176-метровой квартире в Якиманском переулке. Она оформлена на его 8-летнюю дочь Ульяну, с матерью которой Захарченко разведен. Сам полковник воспринял эту идею с воодушевлением.

«Я готов круче, чем в «Доме-2» жить за стеклом. Пусть мне три браслета повесят. Пусть на каждой руке, на шею повесят. Я прошу только, чтобы мне сохранили здоровье», — обратился он к суду. Захарченко заверил, что, если бы он находился на свободе, то нашел бы «фактического хозяина денег». «Вместо этого я тихонько умираю в Лефортово», — сказал он.

Фигурант признался: он знает, почему его дальше держат в неволе. По мнению высокопоставленного сотрудника полиции, ему готовятся предъявить новые обвинения. Прежде всего, в незаконной банковской деятельности (ст. 172 УК РФ) и, возможно, в организации преступного сообщества с использованием служебного положения. «Сейчас следователи будут примерять мне статью 172 УК и ст. 210 по части 3-й», — сказал он. «Если так пойдет, то на мне весь уголовный кодекс примерят», — добавил фигурант.

Также Захарченко сообщил, что следователи не задают ему вопросы о найденных миллиардах, хотя он сам не раз просил провести дополнительный допрос, в ходе которого собирался сделать ряд заявлений. «По деньгам мне следствие вопросы не задает и не задавало», — сказал он. Однако, проведя в совещательной комнате 15 минут, судья Татьяна Васюченко отклонила просьбу защиты и оставила Захарченко в СИЗО до 8 марта 2017 года.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории