16+
Понедельник, 5 декабря 2016
  • BRENT $ 55.02 / ₽ 3509
  • RTS1061.58
18 ноября 2016, 21:16 Компании

Марат Шайдаев: «Санкции и контрсанкции — плохой механизм»

О проблемах, связанных с высоким урожаем, и не только на полях Второго всемирного зернового форума в Сочи обозреватель Business FM Иван Медведев поговорил с генеральным директором Объединенной зерновой компании Маратом Шайдаевым

Генеральный директор Объединенной зерновой компании Марат Шайдаев.
Генеральный директор Объединенной зерновой компании Марат Шайдаев. Фото: Донат Сорокин/ТАСС

Через пять лет Россия сможет полностью себя прокормить, заявил министр сельского хозяйства Александр Ткачев, выступая на Втором всемирном зерновом форуме в Сочи. В этом году урожай зерна достиг рекордных показателей за несколько десятилетий — собрано 117 миллионов тонн. Россия выходит на лидирующие позиции по экспорту на мировом рынке. Но все ли так безоблачно? На вопросы обозревателя Business FM отвечает гендиректор Объединенной зерновой компании Марат Шайдаев.

На втором зерновом форуме очень много говорилось об успехах России, о рекордном урожае в этом году — 117 млн тонн — о том, что мы сейчас уже выходим в лидеры по экспорту. Но по экспорту в лидеры мы выходим в момент, когда цены на зерно минимальны. На ваш взгляд, правы ли те, кто говорит: неурожай плохо, но сверхурожай, высокий урожай при низких ценах — мало чего хорошего?
Марат Шайдаев: Нехорошо как то, так и другое. Хорош баланс, хороша гармония. И в данном случае гармонизатором этого процесса в каждой отдельной стране и в нашей стране должна выступать государственная структура, либо структуры, которым это поручено. Например, «Объединенная зерновая компания», которой, собственно, и поручено. И основной задачей этой компании является регулирование рынка. Высокая цена, как и низкая цена — это мы все покупатели и все продавцы и знаем, что должна быть справедливая цена. Справедливая цена — это та, которую диктует рынок. Государство должно помочь и в пике, и в падении сельхозпроизводителю для того, чтобы его бизнес, его деятельность оставалась прибыльной, чтобы он в следующем году тоже вырастил такой же или лучший урожай. Кроме интервенции, кроме вмешательства государства одним из серьезных факторов, корректирующих цену на зерно, является экспорт. На мой взгляд, экспортеры должны иметь больший, возможно, предельно большой инструментарий для экспорта зерна.
А чем сейчас располагают экспортеры, каким набором инструментов, и чего не хватает?
Марат Шайдаев: Прежде всего, это инфраструктура. Инфраструктура хранения зерна достаточная. Это технологии хранения зерна, увеличивающие срок и сохранение качества, это транспортная инфраструктура, это тарифы на перевозку зерна, тарифы на перевалку зерна и т.д. Я не могу сказать, что они плохие или хорошие, они такие, какие есть, они достаточные, и всегда их можно улучшить. И работа государства, работа государственных компаний именно в том, чтобы постоянно продолжать работу в улучшении и расширении инструментария экспортера на рынке зерна.
Цены, насколько я понимаю, падают, начиная с 2012 года. Как вы считаете, дно уже пройдено, или есть еще перспективы дальнейшего снижения? Каков ваш прогноз на ближайшее время? Министр Ткачев говорил, что в ближайшие 2-3 года цены могут пойти вверх. Вы согласны, или у вас более скептический взгляд?
Марат Шайдаев: Прогнозы — вещь неблагодарная, как прогнозы погоды. Скажу азбучные истины, что все зависит от спроса и предложения. Спрос гигантский, предложение растет. Я опять же говорю, вот на пленарном заседании очень здравые и совершенно разумные вещи говорил бывший министр сельского хозяйства Канады, что нужно гармонизировать процесс, нужно слушать производителя, нужно слушать потребителя, нужно строить гармоничные связи между странами, которые производят, экспортерами зерна и странами, которые являются импортерами зерна. Есть регионы, где огромные урожаи, два урожая в год, как нам сообщили, соседствуют с просто клиническим голодом. И гармония этих процессов и приведет к разумной цене. Мы не должны гнаться ни за высокими ценами, ни за низкими. Мы должны гнаться за разумными ценами.
Сегодня производитель, с учетом того объема предложения и объема спроса, он находится на какой грани? То есть, правы ли те, кто говорит о том, что еще немножко цены упадут и все, проще уйти из бизнеса, чем продолжать?
Марат Шайдаев: Производитель, на самом деле, находится в очень сложном положении. На самом деле, цена низкая. И тут я могу сказать как руководитель ОЗК, что та политика, которой придерживается государство, выделяя достаточно серьезные средства для поддержания цены на рынке — они, действительно, влияют на рынок. Им могут быть недовольны, но, тем не менее, этот механизм есть, он существует, и цена на сегодняшний день, которая является предельной, от которой торгуется зерно — 10,5 тысяч рублей за тонну — она справедлива, она хорошая на сегодняшний день. Непростая ситуация сейчас у нашего сельхозпроизводителя, и наша задача, чтобы такой же урожай был в следующем году.
Бизнесу от государства сегодня нужно что? Деньги, льготы или просто, чтобы не трогали?
Марат Шайдаев: Стабильность.
Правила игры, все те же пресловутые правила игры.
Марат Шайдаев: Да, правила игры. Деньги, как и бизнес, любят тишину и спокойствие.
И еще, если позволите, ваша компания стоит в трехлетнем плане на приватизацию. Не могли бы вы в двух словах рассказать о том, как компания готовится к этому процессу?
Марат Шайдаев: Я являюсь генеральным директором компании и представляю менеджмент компании, который работает одинаково на всех акционеров. Акционера у меня два. Поэтому этот вопрос скорее адресован к акционерам, а не ко мне. Вместе с тем, очевидно, что миноритарный акционер, частный акционер заинтересован в приватизации компании, наверное, это было его идеей. От себя как от менеджмента могу сказать, что предприятию достаточно сложно находиться в некоторых сферах деятельности этого предприятия, одновременно государственным предприятием и коммерческим. Например, находясь в рамках госрегулирования трудно вести трейд. Это есть некое ограничение. В основном, есть подобные сложности, которые могут возникнуть, это мнение менеджмента. А приватизировать или не приватизировать — это решение государства в конечном счете, это интерес акционеров.
Последний вопрос, этой темы коснулись частично. Очень коротко, наверное, блиц-ответ. Санкции и контрсанкции, за или против, плюс или минус?
Марат Шайдаев: Санкции, как и контрсанкции являются плохим механизмом и крайним механизмом.
Но они помогли?
Марат Шайдаев: Я плохо отношусь к этим механизмам, как к самим санкциям, так и к вынужденным контрсанкциям, это плохие механизмы, недостойные рынка и цивилизованного общества. Но, к сожалению, мир несовершенен, это плохо. Помогли или нет? Возможно, помогли каким-то отдельным отраслям. Но если мы — государственные люди, мы должны думать об экономике в целом. Это больно, это неприятно и от этих механизмов нужно отходить.
Будущее за рынком.
Марат Шайдаев: Я уверен в этом.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории