16+
Четверг, 27 июля 2017
  • BRENT $ 51.61 / ₽ 3071
  • RTS1030.95
29 июня 2017, 17:07 Право

«Виновны»: присяжные вынесли вердикт по «делу Немцова»

Лента новостей

Присяжные признали пятерых уроженцев Чечни виновными в убийстве оппозиционера Бориса Немцова, застреленного в 2015 году недалека от Кремля. Они также сочли, что подсудимые не заслуживают снисхождения

Фигуранты по делу об убийстве политика Б.Немцова Хамзат Бахаев, Тамерлан Эскерханов, Шадид Губашев и Анзор Губашев (слева направо).
Фигуранты по делу об убийстве политика Б.Немцова Хамзат Бахаев, Тамерлан Эскерханов, Шадид Губашев и Анзор Губашев (слева направо). Фото: Михаил Почуев/ТАСС

Обновлено 18:24

Коллегия присяжных Московского окружного военного суда 29 июня вынесла вердикт по громкому делу об убийстве оппозиционера Бориса Немцова, застреленного 27 февраля 2015 года на Большом Москворецком мосту. Они сочли доказанной вину всех пятерых исполнителей преступления — уроженцев Чечни. При этом жюри решило, что подсудимые не заслуживают снисхождения ни по обвинению в убийстве, ни по обвинению в незаконном обороте оружия и боеприпасов.

Ожидается, что 4 июля в суде пройдут прения сторон. В этот день прокуратура запросит наказание, которое она считает справедливым для подсудимых, и суд удалится на вынесение приговора.

Вынесение вердикта по одному из самых резонансных дел последних лет приковало внимание огромного количества российских и зарубежных СМИ: освещать процесс приехали более полусотни репортеров, в том числе корреспонденты более десяти телеканалов. Волнения, вызванного участием сторонников оппозиции, не наблюдалось. Из соратников Бориса Немцова в суд приехал Илья Яшин. Напротив здания суда с другой стороны дороги около десятка пикетчиков по очереди разворачивали плакаты с критикой расследования и требованием найти заказчиков убийства Бориса Немцова. Впрочем, долго им там пробыть не удавалось: полицейские просили граждан прекратить одиночные пикеты, и уже через час никого не было.

Три дня на вердикт

Для того чтобы принять решение, присяжным понадобилось три дня. В совещательную комнату коллегия удалилась днем во вторник, 27 июня. Вердикт был вынесен около 16:00 в четверг. Когда присяжные вышли из совещательной комнаты, они не выглядели уставшими. Дело в том, что хотя они и выносили вердикт три дня, однако суд отпускал их в районе шести часов вечера. Они не покидали суд на обед, еду приносили с собой, а жили в гостиничном комплексе «Измайлово». Присяжные согласились с доводами обвинения о том, что к преступлению были причастны все пятеро фигурантов: Заур Дадаев, его родственники братья Анзор и Шадид Губашевы, Хамзат Бахаев и Темирлан Эскерханов. Первый исполнил роль киллера, остальные помогли ему осуществить план. Также народные судьи пришли к выводу о том, что подсудимые незаконно приобрели, перевозили и хранили девятимиллиметровый пистолет неустановленного образца и боеприпасы, которые использовались для убийства политика и были куплены «в неустановленном месте у неустановленных лиц».

Пока старшина присяжных зачитывала вердикт, отвечая на 26 вопросов, руководитель группы гособвинителей Мария Семененко держала телефонную трубку, по всей видимости, находясь на связи с руководством прокуратуры. За виновность главного обвиняемого, предполагаемого исполнителя убийства Заура Дадаева, проголосовали десять из 12 присяжных. Большинство из них, восемь против четырех, решили, что он не заслуживает снисхождения. Решение же о виновности Анзора Губашева, который помог убийце скрыться с места преступления, присяжные, судя по всему, вынесли единодушно. Они не назвали расклад голосов по нему. Вину остальных они установили подавляющим большинством голосов.

Цена жизни

Согласно фабуле уголовного дела, с предложением убить Бориса Немцова к заместителю командира батальона «Север» Внутренних войск МВД Чечни (ныне Росгвардия) Зауру Дадаеву в конце сентября 2014 года обратился водитель его командира Руслана Геремеева Руслан Мухудинов (скрылся от следствия). На операцию было выделено не менее 15 млн рублей.

Дадаев и соучастники из числа его родственников и знакомых, «не имевшие постоянного источника дохода», приняли предложение. Они изучили образ жизни политика, выяснили его место жительства и где он часто бывал и установили за ним скрытое наблюдение. Для связи друг с другом соучастники использовали четыре так называемые боевые трубки и четыре автомобиля, в том числе ZAZ Sens серебристого цвета, который специально купили в автосалоне и оформили на постороннее лицо — жителя Дагестана Гаджимурата Алиева.

27 февраля 2015 года Заур Дадаев около 11:00 на автомобиле под управлением Анзора Губашева прибыл к дому жертвы на улице Малая Ордынка. Вместе с ними за Немцовым следил Беслан Шаванов, который 6 марта 2015 года погиб в Чечне при задержании. Заехав вечером домой, Немцов отправился в ГУМ, где в ресторане Bosco Сafe встретился с подругой — украинской моделью Анной Дурицкой. Соучастники отправились за ним. В 23:31 по дороге домой на Большом Москворецком мосту, недалеко от Кремля, его настигли пули киллера. Дадаев выстрелил не менее шести раз ему в спину из пистолета с глушителем. Пять пуль достигли цели, четыре оказались смертельными. Киллер скрылся с места преступления на машине, в которой его ждали соучастники. Автомобиль подельники бросили во дворах в районе Трубниковского переулка, а через полтора часа встретились в квартире на Веерной улице, дом 46 корпус 1, которая принадлежала родственнику Руслана Геремеева Артуру Геремееву. Уже на следующий день Анзор Губашев и Беслан Шаванов вылетели в Грозный, а 1 марта за ними последовал Заур Дадаев и Руслан Геремеев. Их отвозил в аэропорт Мухудинов.

Руслана и Артура Геремеевых суд пытался вызвать для допроса в качестве свидетелей, однако те проигнорировали повестки. Руслан Геремеев родился во влиятельной чеченской семье: он родственник сенатора Султана Геремеева и депутата Госдумы Адама Делимханова. Последнего считают вторым человеком в Чечне после Рамзана Кадырова и даже называют предполагаемым преемником главы республики. Впрочем, несмотря на заявления представителей потерпевших (ими признаны четверо детей Немцова) о том, что следы преступления ведут к «руководству Чечни», официально заказчик преступления установлен не был.

Спустя неделю после убийства пятеро предполагаемых исполнителей были задержаны. Двое из них, Заур Дадаев и Анзор Губашев, сначала сознались в совершении преступления. Причем Анзор Губашев в конце следствия изменил показания, сказав, что в Немцова стрелял не Дадаев, а Беслан Шаванов. Шадид Губашев дал показания против старшего брата и Дадаева. Он сообщил, как те признались ему в убийстве оппозиционера: Немцова они называли «американской мразью и тварью». Впрочем, позже все трое отказались от признательных показаний, заявив, что дали их под давлением. В суде все пятеро подсудимых настаивали на своей невиновности.

Следы ДНК, «боевые трубки» и биллинг

Доказывая причастность подсудимых к совершению преступления, прокуратура, в частности, ссылалась на cледы ДНК Анзора и Шадида Губашевых, Заура Дадаева и Беслана Шаванова в автомобиле ZAZ Sens, который отследили по системе «Поток» и нашли в Трубниковском переулке. В автомобиле обнаружили также бутылку из-под киселя с биологическими следами Анзора Губашева. ДНК братьев Губашевых, Заура Дадаева и Темирлана Эскерханова также наши в квартире на Веерной, 46. На теле же Заура Дадаева обнаружили микрочастицы продуктов выстрела. Еще одно доказательство причастности фигурантов к преступлению — найденная в квартире на Веерной коробка из-под боевой трубки.

Следователи смогли раскрыть преступление во многом благодаря биллингу. Они проанализировали номера, которые использовали соучастники на Большом Москворецком мосту для связи друг с другом. Изучив IMEI (уникальный номер мобильного аппарата) одного из телефонов, они выяснили, что 6 декабря 2014 года и 24 февраля 2015 года в него вставляли симку, зарегистрированную на Шадида Губашева, которой пользовался его брат Анзор. Изучив его окружение, следователи вышли на остальных.

Следующий аргумент обвинения сводился к тому, что мобильные телефоны большинства фигурантов не работали, в то время как «боевые трубки», согласно биллингу, включали в районе дома или офиса Немцова. Кроме того, в мобильном телефоне Эскерханова нашли скриншоты с камер видеонаблюдения в помещениях гостиницы «Украина». Согласно биллингу, вечером 27 февраля его телефон, а также номер Руслана Мухудинова зафиксировали в этом районе.

Обвинение утверждало, что бывший сотрудник полиции должен был реализовать план «Б», застрелив Немцова в гостинице «Украина» в случае, если бы политик и его подруга отправились ужинать не в кафе Bosco в ГУМе, а в другое заведение — Mercedes Bar отеля Radisson Royal (гостиница «Украина»). Заура Дадаева и Беслана Шаванова на записях камер в ГУМе опознала домработница с Веерной улицы Зарина Исоева. Работник «Автостайла» Артем Трапезин подтвердил, что именно Дадаев купил ZAZ Sens.

На следствии мать братьев Губашевых рассказывала, что когда сыновья в марте 2015 года вернулись домой в Малгобек (Ингушетия), они сообщили, что хотят купить участок земли за 600 тысяч рублей у знакомого в селе Пригородное под Грозным. Впрочем, в суде она уточнила, что сыновья говорили ей об этом и раньше, а денег у них она не видела.

Сомнения в виновности

Единственный, чья причастность к преступлению вызывала сомнения, — это Хамзат Бахаев. По версии обвинения, он также собирал информацию о Немцове в интернете, возил соучастников на своем автомобиле Lada Priora, после убийства предоставил им дом в подмосковной деревне Козино, а позже отвез Дадаева и Руслана Геремеева в аэропорт «Внуково».

Однако следы Бахаева не нашли в квартирах, где собирались соучастники, в момент убийства политика он встречал свою жену в метро, а из всех фигурантов созванивался только с Шадидом Губашевым (Бахаев и братья втроем снимали дом в Подмосковье). Впрочем, прокуратура объясняла это тем, что Бахаев, являясь «специалистом по связи», был осторожен: он предпочитал «не звонки, а личные встречи».

Сам подсудимый уверял, что узнал об убийстве политика лишь 1 марта по телевизору. Нахождение в районе аэропорта «Внуково», откуда в Грозный вылетели Заур Дадаев и Руслан Геремеев, он объяснил тем, в тот день отвозил клиента в деревню Абабурово, расположенную неподалеку. Между тем обвинение указывало на то, что Бахаев находился в паре километров от аэропорта: согласно его телефонным соединениям, он был в деревне Изварино, куда ему не нужно было заезжать, если бы он действительно вез клиента в Абабурово. Прокуратура утверждала, что Бахаев подстраховывал соучастников на случай, если бы самолет развернули.

Обвинение привлекало внимание присяжных к тому, что довольно часто мобильный телефон Бахаева включался и выключался в районе улицы Ивана Франко одновременно с сотовым телефоном предполагаемого организатора убийства Русланом Мухудиновым. Бахаев же выступал связующим звеном между соучастниками.

Стоит отметить, что четверых из 12 присяжных Бахаев смог убедить в своей невиновности, но восемь из них сочли доказанной его причастность к преступлению. Вердикт присяжных подсудимые встретили возмущенными криками, а кто-то из жен фигурантов в зале суда расплакался.

Лишний лист в вердикте?

Адвокаты подсудимых заявили, что не согласны с вердиктом суда и намерены обжаловать приговор, какие бы сроки суд ни назначил их подзащитным. «По делу было допущено очень большое количество процессуальных нарушений, на которые мы обращали внимание по ходу процесса судье, но он их не принял», — заявил Business FM защитник Заура Дадаева Марк Каверзин. Он считает, что суд нарушил право на состязательность сторон, отклонив ходатайства защиты о назначении экспертиз по ряду доказательств и отказав в постановке защитой вопросов по уже назначенным экспертизам.

Уже после оглашения вердикта всплыл скандальный момент. Судья Юрий Житников объявил, что получил вердикт на 20 листах, а адвокатам выдали документ на 21 странице. Впрочем, секретарь судьи объяснила им, что отксерокопировала один лист, который был заполнен присяжными с двух сторон, и обещала защите показать оригинал в понедельник. Однако защита расценила это как фальсификацию документа.

Также претензии адвокатов сводились к тому, что присяжные не указали в ответе на вопрос о причастности Анзора Губашева к убийству количество проголосовавших в пользу его виновности. «Это не технический момент, а основания для отмены вердикта», — заявил Business FM Марк Каверзин. По его словам, исправление в вердикте и добавление новых листов, согласно Уголовно-процессуальному кодексу, недопустимо. «Старшина присяжных должна указать любые исправления и заверить их своей подписью», — отметил защитник.

Поиск заказчиков

Адвокаты заявили, что намерены добиваться отмены обвинительного приговора и по необходимости дойти до Европейского суда по правам человека. Там уже находится жалоба четверых из пяти фигурантов на пытки после задержания.

Представлявший интересы родных Бориса Немцова адвокат Вадим Прохоров заявил Business FM, что потерпевшие «с уважением относятся к вердикту присяжных». Впрочем, он не исключил возможности, что потерпевшие поддержат в апелляции жалобу защиты Хамзата Бахаева. Он отметил, что в деле об убийстве Немцова до сих пор не установлены организатор и заказчик преступления (потерпевшие не верят в организацию преступления Русланом Мухудиновым — Business FM). «После того, как был вынесен обвинительный вердикт в отношении исполнителей, я не знаю, как Следственный комитет сможет дальше уклоняться от поиска организатора и заказчиков преступления, которых следует искать в ближнем окружении Рамзана Кадырова. Мы будет пытаться сделать так, чтобы СК взял себя в руки и начал реальную работу в этом направлении», — заявил представитель потерпевших.

В свою очередь прокурор Мария Семененко заявила Business FM, что гособвинение полностью удовлетворено принятым решением. Она назвала вердикт присяжных «взвешенным», отметив, что коллегия досконально проанализировала все доказательства, которые ей представляли на протяжении девяти месяцев процесса. «Поэтому вердикт абсолютно ясен, законен», — сказала Семененко.

Подсудимым вменяется совершение убийства по найму в составе организованной группы, а также незаконное приобретение, ношение, перевозка и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов (п.п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 222 УК РФ). За убийство им грозит от восьми до 15 либо пожизненное лишение свободы, а за незаконный оборот оружия и боеприпасов — от пяти до восьми лет. При отсутствии снисхождения суд имеет право назначить подсудимым максимальные сроки.

Рекомендуем:

  • Фотоистории

    Актуальные темы: