16+
Вторник, 26 марта 2019
  • BRENT $ 67.96 / ₽ 4368
  • RTS1231.97
5 марта 2019, 19:52 Право

На процессе по делу полковника ФСБ Сенина вспомнили «общак» Захарченко

Лента новостей

Прокуратура проанализировала «узкий круг взаимосвязанных лиц», которые, по мнению надзорного ведомства, участвовали в сокрытии нелегальных доходов полковника ФСБ Дмитрия Сенина. Также в суде выступили несколько свидетелей

Дмитрий Сенин.
Дмитрий Сенин. Фото: УМВД России по Омской области

На процессе по иску Генпрокуратуры, которая просит обратить в доход государства имущество подельника полковника МВД Дмитрия Захарченко, полковника ФСБ Дмитрия Сенина и еще 14 физических и юридических лиц, прокуроры рассказали о «верных и надежных хранителях имущества» силовика. В свою очередь представители ответчиков привели в суд свидетелей, чтобы дезавуировать доводы оппонентов о том, что собственность их клиентов на сумму более 380 млн рублей была нажита нетрудовым путем.

Одним из них стал бывший коллега Сенина по ФСБ Сергей Грибанов. Последний заявил о существовании кампании по дискредитации полковника Сенина и упомянул деньги из «общака» Захарченко.

5 марта в подмогу прокурору Дмитрию Демидову в суд делегировали более молодого, но опытного коллегу Сергея Бочкарева. Последний получил звание генерала юстиции, после того как в декабре 2017 года добился вынесения Никулинским судом столицы решения, которым в доход государства отошло имущество и деньги полковника Захарченко, а также его родных и знакомых почти на 9 млрд рублей.

В Мещанский суд генерал принес целую сумку документов, ряд которых попросил приобщить к материалам дела. С их помощью он попытался развенчать созданный его процессуальными противниками образ талантливой бизнесвумен Ольги Сениной.

Жену полковника ФСБ некоторые СМИ называют родственницей бывшего начальника управления «Т» ГУЭБ и ПК Дмитрия Захарченко. Однако сама Ольга еще на процессе в Никулинском суде наличие родственных связей отрицала. По ее словам, она училась в Ростовском институте народного хозяйства (ныне Ростовский государственный экономический университет) вместе с одной из возлюбленных Захарченко Мариной Семыниной. Встретившись в Москве, женщины стали дружить. И хотя на прошлом заседании представляющие интересы Ольги Сениной адвокаты заявили, что их доверительница была индивидуальным предпринимателем, в частности, имела бригаду строителей и занималась ремонтом квартир, заработав в 2014-2016 годах более 30 млн рублей, прокуроры заверили, что это не так.

По словам Сергея Бочкарева, чтобы проверить, оказывала ли Ольга Сенина консалтинговые услуги и производила ли строительно-монтажные работы, надзорное ведомство направило соответствующие запросы в Пенсионный фонд и налоговые органы, а также в Единый государственный реестр юридических лиц.

«Мы обратились в Пенсионный фонд, чтобы узнать были ли в ее подчинении рабочие. И мы узнали, что Сенина производила отчисления в Пенсионный фонд только за саму себя», — заявил Бочкарев. Он утверждал, что Сенина не нанимала работников и не имела расходов на аренду офиса, покупку оборудования, оргтехники, не размещала рекламы и т. п.

«Узкий круг взаимосвязанных лиц»

Прокуроры установили, что у Сениной было лишь две фирмы-контрагента: компания «Прогресс-М», а также «Промтехсервис». Последняя позже была продана ее тете, гражданке Дании Галине Ван Дер Борг. Ранее же ее учредителем и гендиректором был один из ответчиков — бывший начальник отдела по расследованию особо важных дел Межрегионального следственного управления на транспорте СК РФ Иван Кожевников. Представители Генпрокуратуры утверждают, что он являлся не просто другом Сенина, но и его доверенным лицом. Сам Кожевников на прошлом заседании суда подтвердил факт совместного бизнеса с Ольгой Сениной, но заверил, что дружбу с ее мужем не водил.

Что же касается фирмы «Прогресс-М», то ее, по словам Бочкарева, возглавлял работавший у Кожевникова Виталий Бикбаев, который даже не начислял себе зарплату. Все деньги, которые наличными поступали на счета его фирмы, он сразу перечислял Ольге Сениной. Последняя же, по словам Бочкарева, переводила средства на карточку и «активно расходовала на личные нужды».

«Речь идет о суммах свыше 35 млн рублей, а задекларировала она только 10 млн. Никакой предпринимательской деятельности она не вела», — подчеркнул представитель надзорного ведомства. По его утверждению, фиктивные фирмы использовались Сениной «для перевода нелегального источника дохода [ее мужа] в легальный».

Бочкарев отметил, что и Кожевников, и Бикбаев одно время были зарегистрированы по одному адресу, вначале во Владимире, а потом в Москве. «Это узкий круг взаимосвязанных лиц», — подчеркнул прокурор. Он добавил, что одну из самых дорогих квартир, которую прокуратура просит обратить в доход государства (она расположена по адресу: улица Дмитрия Ульянова, дом 31, а ее кадастровая стоимость составляет свыше 61 млн рублей), Кожевников передал тете Сениной «практически безвозмездно, предложив оплатить ее через год».

На личности Кожевникова прокурор решил остановиться особо, заметив, что в свое время сотрудник правоохранительных органов находился под следствием и под стражей, «но урок не извлек». Этот выпад спровоцировал небольшую перепалку с адвокатами ответчиков.

Кожевникова действительно судили за получение взятки в 1,5 млн долларов у замглавы Нарофоминского хладокомбината. Однако в 2012 году присяжные в Мосгорсуде оправдали его и второго фигуранта дела. В этой связи представляющая его интересы адвокат Елена Кулик сочла пассаж прокурора оскорблением.

«Сегодня Кожевников выставляется как лицо, ведущее предпринимательскую деятельность, которую мы искали и не нашли», — не сдался Бочкарев. Он отмечал: все, что нашла прокуратура, это заработанные Кожевниковым 11 млн рублей. «При этом он является собственником 12 квартир, двух земельных участков и нескольких домов, общая кадастровая стоимость которых составляет более 189 млн рублей», — указал представитель Генпрокуратуры.

Свидетель о «попытке соединять несоединимое»

После того как суд заслушал ходатайства о приобщении сторонами целого ряда документов, начался допрос свидетелей. Наиболее интересным из них оказался заявленный защитой бывший сослуживец Сенина по ФСБ Сергей Грибанов. Его представители ответчиков вызвали, поскольку он упоминался в показаниях по делу полковника Дмитрия Захарченко, по нему же проходит также объявленный в розыск Сенин.

Показания дал бывший начальник Следственного управления на транспорте МВД по Центральному федеральному округу, а ныне адвокат Эдуард Сандрукян. Он заявил, что несколько раз видел оперативных сотрудников ФСБ Сенина, а также Грибанова и Веселовского в кабинете Кожевникова, когда они сидели в кабинете последнего, «пили чай и что-то обсуждали». «По моему мнению, между ним и Кожевниковым сложились хорошие, тесные деловые отношения», — заявил Сандрукян. На этом основании прокуратура потребовала конфисковать в доход государства и все имущество Кожевникова, в том числе несколько квартир.

Кстати, Сандрукян тоже оказался судим. Он получил срок в 3,5 года за мошенничество. По версии обвинения, в обмен на 900 тысяч долларов Сандрукян и его заместитель пообещали помочь добиться прекращения уголовного дела в отношении руководства одной из транспортных компаний.

Заняв место за свидетельской трибуной, Грибанов заявил, что именно он и оперативник Веселовский разрабатывали и «пресекли преступную деятельность» Сандрукяна и у того есть мотив, чтобы оговаривать его и Сенина, дружбу с которым он не отрицал.

«Когда случилась кампания по дискредитации Сенина и меня, Сандрукян обращался с заявлением о дискредитации меня в 51-й военно-следственный отдел о том, что средства, с использованием которых производилось его документирование, они происходили из общака Захарченко и руководство ФСБ этому потворствовало, — рассказал свидетель. — Он утверждал, что я и Веселовский, используя деньги из общака Захарченко, его подставили».

Именно поэтому, по словам Грибанова, Сандрукян и заявил, что якобы видел его, а также Веселовского, Кожевникова и Сенина за совместным чаепитием, которого «не было и быть не могло». Свидетель отметил, что, во-первых, оперативник Веселовский просто «не переваривал» Сенина. «Это попытка соединять несоединимое», — сказал он, добавив, что у него самого не было необходимости контактировать с Кожевниковым, с которым он, впрочем, несколько раз пересекался по службе.

Эти слова Сандрукяна Грибанов назвал ложью. Он рассказал, что знает Сенина с конца 90-х, когда они вместе учились в академии ФСБ, которую он в шутку назвал «Кумысским госуниверситетом». Грибанов поведал, что все праздники их семьи справляли вместе. «Я так понял, что вы чуть ли не в родственных отношениях с ним находились?» — спросил свидетеля прокурор. В ответ тот сказал, что считает Сенина свояком, так как является крестным его дочери.

«А известно вам, каким способом Сенин прибывал и убывал с работы?» — задал другой вопрос Бочкарев, намекая на наличие у полковника ФСБ личного шофера (водитель Виктор Клуженков является одним из соответчиков по иску. — Business FM). «Я знаю, что он ездил на метро», — ответил свидетель. Изучив материалы дела, судья объявила перерыв до 15 марта.

Забрать все

Помимо Сенина, в числе ответчиков фигурируют 13 физических и одно юридическое лицо — ООО «Апартс». Среди тех, чье имущество просит изъять прокуратура, жена Сенина Ольга, его сестры Елена Сенина и Ирина Малолкина, теща Галина Сулеменко, моряк дальнего плавания Виктор Ягур (дядя жены Сенина), а также водитель Виктор Клуженков и бывший сотрудник Следственного управления СК на транспорте Иван Кожевников.

Речь идет о 28 объектах недвижимости: домах, квартирах, земельных участках, дорогих авто и машино-местах, зарегистрированных на Сенина и его близких. Общую стоимость в Генпрокуратуре оценили более чем в 380 млн рублей. Там полагают, что это имущество было получено из незаконных источников. Прокуратура просит суд обратить его в доход государства. Ответчики иск не признают, настаивая, что все имущество было куплено на собственные, заемные или кредитные средства.

13 марта Никулинский суд приступит к рассмотрению нового иска к полковнику Дмитрию Захарченко и еще девяти ответчикам из числа его бывших возлюбленных и их родных на сумму почти в полмиллиарда рублей. При этом надзорное ведомство требует изъять у полковника и его бывшей супруги 10,7 млн рублей — эквивалент стоимости так и не найденных, но купленных ей в США драгоценностей.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию