16+
Среда, 18 октября 2017
  • BRENT $ 58.05 / ₽ 3330
  • RTS1153.03
21 ноября 2008, 13:23

Рубль девальвирован, РТС в диапазоне 160-400

Лента новостей

По мнению большинства экспертов, низшая точка кризиса у России еще впереди

Фото: stanford.edu
Фото: stanford.edu

В круглом столе, организованном BFM.ru и посвященном нынешней ситуации в экономике, приняли участие начальник аналитической службы ФК «Открытие» Халиль Шехмаметьев, начальник отдела рыночной аналитики «Собинбанка» Александр Разуваев, начальник управления инвестиционных проектов «Москоммерцбанка» Владимир Бушуев, управляющий директор компании «ФИНАМ Менеджмент» Сергей Хестанов. Управляли дискуссией первый заместитель главного редактора BFM.ru Павел Пряников и обозреватель BFM.ru Максим Егоров.

- На ваш взгляд, есть ли сегодня инструменты для сохранения и преумножения денег?

Александр Разуваев:
- На мой взгляд, есть две категории инструментов. Если вы хотите сохранить деньги, то это депозит в надежном банке с госучастием. Которым либо напрямую владеют ЦБ и правительство, либо госкорпорация — «Роснефть» или «Газпром».

Соответственно, выбирать надо рублевый депозит, ставка будет близка к инфляции (нулевая доходность в реальном выражении). Риски западной финансовой системы очень серьезны, поэтому есть кризис доверия к доллару и к евро. Кризис — это не только спад каких-то секторов экономики, но и новые возможности для России, Китая, вообще для стран БРИК.

А если есть желание рискнуть, то, я думаю, что покупка российских акций, не только голубых фишек, но и второй, и третий эшелон — это очень хорошее вложение с фундаментальной точки зрения.

Я думаю, что до конца года наши фондовые рынки ждет серьезный отскок. То есть, уровень 1200-1400 по индексу РТС.

- А есть иные мнения?

Владимир Бушуев:
- Я не согласен, что депозиты в банках — это наиболее надежный вид сохранения своих сбережений. На мой взгляд, деньги они и есть деньги. В наличной форме — это самый надежный вид вложений сегодня. Просто их нужно хранить не дома, а в депозитарной ячейке в банке. Потому что рыночная история развития нашей страны слишком короткая, и у всех нас на памяти, например, Сбербанк, который просто не дал снять своим вкладчикам эти деньги.

И наши коммерческие банки, которые... может быть, они и динамично развивались, и сейчас имеют неплохое финансовое состояние, но одна волна вкладчиков, которая пройдет и заберет с них депозиты, она способна разорить эти банки за одну неделю. Поэтому сейчас для людей, у которых немного денег, наиболее надежный вариант — это все-таки снять деньги со счета и хранить их в наличной форме. Для того, чтобы не потерять на разнице курсов, нужно создать какую-то корзину из нескольких валют — это доллар, евро, рубли. Пускай каждый для себя сам решает, в какой пропорции это делать, может быть, больше рублей, может быть, больше долларов. Если будут какие-то резкие изменения курса, то наиболее ликвидное средство — это все-таки деньги, которые можно в любой момент перевести средства в другую валюту, выбранную в зависимости от ситуации.

Что касается возможности заработать во время кризиса, то, конечно, возможностей таких очень мало, и спрогнозировать, что какой-то из активов будет расти, достаточно сложно. На мой взгляд, в кризис будут расти те отрасли, без которых люди не могут обходиться в принципе. То есть это еда, это коммунальные услуги, сфера обслуживания, и, наверное, телекоммуникации, потому что по телефонам все привыкли разговаривать, и, скорее всего, у них могут упасть трафики, но свои деньги они все равно будут зарабатывать.

Что касается компаний, это совсем другой вопрос. Я имею в виду, как заработать деньги не для людей, а для компаний. В первую очередь, учитывая, что каждая компания занимается своим бизнесом, она не может переориентироваться быстро на другой бизнес, купить какие-то активы в другом направлении деятельности или нанять профессионалов в этой сфере деятельности. На мой взгляд, наиболее правильный способ сохранить сейчас деньги — это сокращать свои расходы.

- Владимир, а вы согласны с прогнозом Александра по РТС — 1200-1400 пунктов?

Владимир Бушуев:
- У меня более пессимистичный взгляд. Мне кажется, что сейчас будет в краткосрочном плане какой-то рост, какой-то позитивный отскок, но будет еще одно дно. На мой взгляд, оно будет где-то в марте-апреле следующего года. То есть, то, что мы сейчас видим в России — это не кризис, это только некоторые какие-то признаки начала этого кризиса. Кризис нас еще не настиг, всего ужаса этой ситуации мы еще даже не чувствуем, мы его увидим позже, а пока мы можем только предполагать. До обычного народа это все даже не дошло, они этого не видят, не понимают, не чувствуют.

- То есть ниже 500-600 пунктов тот же РТС сможет упасть?

Владимир Бушуев:
- Мне кажется, что ниже 500 пунктов он может упасть, просто в виде «свечи», в виде «пролива». Меньше 400 пунктов он вряд ли упадет.

Сергей Хистанов:
- Риск блокирования вкладов в государственных банках или банках с высоким государственным участием — это очень существенный вид риска, который и подвигает многих людей хранить деньги не в банке, а в депозитной ячейке или в железной банке.

На мой взгляд, сейчас и мировая, и российская экономика входят в полосу спада. В этих условиях на первое место выходит проблема сохранения средств, поэтому, чтобы заработать в условиях спада, нужно быть либо профессионалом, и заниматься этим профессионально, либо это почти нереализуемая задача. С точки зрения сохранности, на мой взгляд, действительно, самый правильный подход — это би- или тривалютная корзина, часть, которая хранится в физической форме, то есть в виде наличных. Может быть, в виде исключения, если гражданин, допустим, лично знает руководство какого-то банка, имеет доверительные отношения с ним, то какую-то часть денег можно держать на депозите.

Хотя бы 20% своих сбережений все-таки в условиях кризиса имеет смысл хранить в наличной форме. А вот что касается того, можно ли на кризисе заработать, на мой взгляд, можно, хотя это достаточно рискованно. То падение стоимости активов, которое происходит в процессе кризиса — это великолепная возможность приобрести самые разнообразные активы по очень низким ценам.

Что касается текущей ситуации, то мне кажется, что настоящего дна кризиса мы еще не прошли. Я очень хорошо помню экономический кризис 98-го года. Любопытно заметить, что фондовый рынок по отношению со всеми остальными активами начал падать раньше. Кстати говоря, падение фондового рынка в 97-м году почти на год предвещало падение курса рубля. Любопытно заметить, что в 97-м году почти в два раза снизилась стоимость нефти, и почти синхронно с этим процессом, с некоторым временным лагом начал падать российский фондовый рынок. И как раз дна достиг в период дефолта, в августе 98-го. После чего начала падать реальная экономика.

Причем временной зазор между падением фондового рынка и обрушением реальной экономики составлял примерно 10-11 месяцев. Если отложить от мая 2008 года 10-11 месяцев, мы получаем очень хорошую экспертную оценку, когда ждать падения реальной экономики. На мой взгляд, это произойдет приблизительно в феврале-марте-апреле 2009 года. И вот как раз в это время мы и увидим минимумы РТС. Сколько будет минимум, действительно, гадать задача неблагодарная. Если бы не было господдержки, соответственно, вливания денег в финансовую систему России, тогда можно бы было какими-то классическими методами фундаментального, отчасти, может быть, даже технического анализа, спрогнозировать, где будет дно. Хотя, субъективно, мне кажется, что дно будет в диапазоне от 160 до 350.

Более того, те граждане, которые в прошлый кризис купили акции, даже сейчас, вот по тем ценам, которые есть сейчас, получили доходность, примерно полторы тысячи процентов за 10 лет. Если считать простые проценты, это грубо 150% годовых. Назовите хоть один бизнес из легальных, который приносит доход, сопоставимый с этим доходом.

Но необходимо иметь очень крепкие нервы, чтобы спокойно эти 10 лет пережить.

Александр Разуваев:
- У меня маленькая ремарка. Как раз с осени 98-го, за счет эффекта девальвации и вброса денег правительством Примакова, начался экономический рост. То есть как будто спада экономики и не было. В реальном секторе, я имею в виду не рынок, а реальный сектор. Я не скажу наизусть, но там рост промпроизводства, месяц к месяцу, с октября 98-го, пошел 10 процентов. И именно поэтому 1999 год, это первый рост ВВП и промпроизводства в реальном выражении.

Сергей Хистанов:
- Формально вы правы, но если говорить фактически, то в 98-м году резкое изменение курса национальной валюты привело буквально к коллапсу многих предприятий, работающих в сфере услуг, в сфере торговли и так далее. Поэтому формально показатели начали действительно расти.

Халиль Шехмаметьев:
- Вопрос можно сформулировать примерно так: а что изменилось по сравнению с весной 2008 года? Сейчас цены на нефть такие же, как осенью 2007 года. Соответственно, ну, забыли об этом росте до 140 долларов. Все нормально. То есть что такого плохого произошло в экономике, что мы должны ожидать, что в 2009 году у нас все будет плохо?

Есть такая область самосбывающихся прогнозов. Все говорят о том, что будет плохо, поступают в соответствии с этим прогнозом, и, соответственно, все на самом деле происходит плохо. Если вспомнить 1998 год, то одно из моих воспоминаний — это темные улицы и холодно. Но, извините, это осень называется, для этого сезона объективно темные улицы, и объективно холодно.

Владимир Бушуев:
- По сравнению с 2007 годом многое изменилось, в частности, остановилось функционирование финансовой системы. Деньги прекратили перетекать между Россией и Западом, между банками и предприятиями. То есть кровь экономики, финансовые потоки, просто остановились.

Халиль Шехмаметьев:
- Во многом они остановились потому, что все сидят на деньгах и ждут, когда будет оптимальный момент для того, чтобы войти в рынок. Либо другой вариант: все ожидают прекращения падения, потому что хранят средства, из страха, что контрагенты не пришлют денег, и они не смогут расплатиться по своим долгам.

Опять же, это область самосбывающихся прогнозов. То есть мы ждем кризиса, он нас настигает. Соответственно, для того, чтобы система заработала, достаточно, чтобы произошла расшивка каких-то долгов.

- А вы считаете, что и в Америке те же самые причины, участники рынка не доверяли друг другу? Ведь, по сути дела, кризис пошел с Америки, я правильно понимаю?

Халиль Шехмаметьев:
- Я думаю, там несколько другие механизмы сработали. Давайте американские проблемы оставим американцам. Если говорить о том, что изменилось по сравнению с 1998 годом, по сути дела, поменялся субъект долга. Раньше это было государство, сейчас — частные лица. Что сейчас происходит? Государство берет на себя долги, и сейчас автоматом может произойти генерация ситуации 1998 года, когда государство возьмет на себя долги, а с государством никто не расплатится. Да, этот риск есть. Те же самые рейтинговые агентства, весьма вероятно, понижают прогноз по суверенному рейтингу, оглядываясь на эту проблему.

- С первый вопросом закончим. Как преумножить или сохранить? Ваше мнение?

Халиль Шехмаметьев:
- Я соглашусь с тем, то, что в нынешней ситуации главное — сохранить, потому что для того, чтобы преумножить, нужно тратить очень много времени, и большинство людей не обладает достаточным временем, чтобы обслуживать свои деньги. Поэтому я не думаю, что будет какой-то серьезный коллапс российской банковской системы; выживут не только госбанки. Более того, то, что возможность и понимание того, что это во многом костяшки домино, и достаточно повалить одну, чтобы все упало, в головах у правительства присутствует. Соответственно, они поступают таким образом, чтобы эта пирамида не рухнула.

Александр Разуваев:
- Я согласен на 99 процентов с Халилем по поводу текущей ситуации, просто один момент не был отмечен. У нас в 2005-м, в 2006-м, 2007-м годах размещалось очень много компаний с огромными долговыми коэффициентами, и люди покупали все это, потому что просто не было дефолтов. То, что наконец-то пошли дефолты корпоративные, то, что, наконец-то, инвесторы будут оценивать реальные риски на рынке этих облигаций — это очень большой позитив, потому что до этого, может, это все было хорошо для реального сектора, но продавалось все что угодно. И теперь, слава богу, рынок публичного долга, который будет, он будет иметь хоть какую-то статистику дефолтов.

- Вы практически все согласились с тем, что сейчас главное не заработать, преумножить, а сохранить деньги. Вы все представляете финансовые, инвестиционные компании. Получается, и ваши организации следуют по этому же пути? Вы перестали покупать акции, продавать, обслуживать своих клиентов, и тоже уходите в спячку на полгода, год? Может, вы расскажите на конкретном примере своей компании?

Александр Разуваев:
- Вообще, аналитика бывает разная: «селсайды» и «байсайды». Селсайд — это для клиентов, которые обслуживаются на брокеридже. Это соответствующая продуктовая линейка — ежедневные обзоры, обзоры по событиям, обзоры по компаниям. Что касается байсайда, то это — конкретная работа с управляющим, работа на финансовый результат. У нас селсайд — это работа на клиентов. Банк не вел от своего имени, за свой счет операции на фондовом рынке.

- Если к вам придет клиент и принесет 10 миллионов долларов — что вы будете делать? Примете его инвестиции?

Александр Разуваев:
- Мы возьмем деньги, но предупредим, что не даем гарантий — бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Соответственно, мы его посадим в бумаги, обеспечим грамотную аналитическую поддержку, и в любом случае, даже если он будет терять свои деньги, то получит качественное лечение своих нервов... Естественно, за все это он будет платить. В любом случае он будет доволен, и у него останется очень приятное воспоминание от общения с нами.

- Какую рекомендацию вы сейчас можете дать своему гипотетическому клиенту?

Александр Разуваев:
- Основной совет — купить «Газпром» до конца года. С выходом его в районе 8 долларов, что очень хорошо на текущих уровнях.

- Владимир, а как ваш банк? Вы что-то видите, во что сейчас можно вложиться?

Владимир Бушуев:
- С точки зрения банка у нас есть определенный бизнес, который сейчас функционирует. У банка все активы долгосрочные, в основном потому, что кредиты от года до пяти лет у нас. Кредитный портфель у нас уже есть, а против него сформированы определенные пассивы. Сейчас не идет речь о том, чтобы зарабатывать какие-то деньги, все-таки главное — сохранить какие-то позиции. Для этого нужна оптимизация структуры пассивов. Фактически мы стараемся погашать краткосрочные пассивы, и формировать против них долгосрочные, а также сократить активы, но так, чтобы этот процесс точно совпадал по срокам с нашими пассивами, чтобы избежать разрыва ликвидности.

Кроме того, сокращаются издержки. В частности, это отсутствие корпоративного Нового года, а также бонусы, которые вроде бы будут, но когда — непонятно. Скорее всего, будет сокращение персонала, которого пока еще не было. Но я думаю, что будет. Во всех банках, во всех финансовых компаниях, я убежден, что оно будет.

- Владимир, а какое-то внешнее финансирование продолжается? Деньги Центробанка, ВЭБа? На ваш взгляд, эта река растекается по ручейкам или еще нет?

Владимир Бушуев:
- Мне кажется, нет. В настоящий момент практически все банки занимаются тем, что за счет этих денег затыкают какие-то свои дыры, это первое. Второе: многие банки сейчас начали спекулировать на валюте, вкладывая в доллар. Какое-то время назад, когда американская валюта росла, деньги ЦБ, в основном, перетекали на валютный рынок. В то же время кредитование клиентов за счет этих средств происходит в меньшей степени и по очень высоким ставкам: 20, 25, 30% годовых. Но я говорю не про наш банк, а в среднем по рынку.

Соответственно, это основные направления, куда перетекает денежная масса — она не распределятся по финансовой системе.

- Халиль, а ваша компания видит что-то перспективное для вложений? Ил, как Владимир говорит, текущая деятельность: дыры немножечко закрыть, ну, и работать не на будущее, а на настоящее?

Халиль Шехмаметьев:
- С моей точки зрения, все мы окажемся когда-нибудь на страшном суде, и там спросят, а что ты посоветовал своему клиенту в этот момент. Соответственно, говорить о селсайде и байсайде, с моей точки зрения, некорректно. Клиенту нужно всегда сообщать правду. Совесть у человека одна. И по тому, сколько на эту совесть навешено, с нас господь бог и спросит.

- Халиль, что же вы говорите своим клиентам сейчас?

Халиль Шехмаметьев:
- Правду. Во время событий 68-го года в Праге один журналист спросил у Андропова, что ему писать, и услышал в ответ: «Пишите правду, но в одном экземпляре». Я соглашусь с тем, что, весьма вероятно, нас ждут еще более темные дни. И говорит это о том, что вы должны поступать более аккуратно. Соответственно, когда рассчитываете свою стратегию, вы должны планировать свои действия не на полгода, а на месяц. Опять же, возвращаясь к теме о сохранении или преумножении. Мы же делаем это для получения каких-то выгод. Если мы собираемся получать выгоды в рублях, то, соответственно, в рублях и надо хранить деньги — покупать рублевые активы. Если же вы хотите приобрести долларовые активы — храните деньги в долларах.

- Сергей, а что у вас происходит?

Сергей Хистанов:
- Поскольку мы в основном занимаемся обслуживанием клиентов, то заинтересованы в том, чтобы они зарабатывали. У нас же больше комиссия будет. Поэтому достаточно правдиво говорим, что сейчас время спекулянтов. Сейчас нужно либо занять выжидательную позицию до момента падения активов, с целью купить их дешевле. Вторая категория — это люди, которые хотят заработать на большой волатильности. Когда цены на акции за день могут поменяться на 10% — это очень хорошая возможность. Поэтому сейчас либо имеет смысл занять выжидательную позицию, либо быть достаточно ярым спекулянтом без долгосрочных целей.

Сейчас почти все стоит гораздо ниже даже консервативных оценок. Однако период, когда бумага дешевле своей справедливой цены, может длиться много лет. И многие инвесторы психологически не выдержат такого прессинга. Когда человек приобрел бумагу, справедливая цена в разы выше, он психологически надеется на то, что эта бумага вырастет, акция падает. Причем я не исключаю варианта, что «Газпром» может просесть от текущих цен в два раза. И инвестор, купивший долгосрочно «Газпром», в случае, если бумага будет стоить 2 доллара, может просто получить инфаркт.

- А теперь вопрос ко всем. Мы говорим об инвестиции в бумаги, а можно ли инвестировать в данной ситуации в валюту? Многие говорят, что юань недооценен, а иена начала укрепляться к доллару. В данном случае имеет смысл вложиться не в доллары, не в рубли, а в азиатские валюты, которые ниже существующих отметок падать не будут?

Александр Разуваев:
- В условиях кризиса все валюты волатильны. Покупка доллара и евро — это поход в обменный пункт. А покупка юаня... Можно, но это очень сложно. Я все-таки считаю, что это экзотика.

Сергей Хистанов:
- Для простого человека — важный момент тот спред, разница в цене покупки и продажи, по которой он может купить валюту. Если речь идет о долларе или евро, спред достаточно маленький. Если речь идет об экзотических валютах, то все гораздо сложнее. Жителю Владивостока реально купить и продать иену с хорошим спредом.

Более того, если валюта достаточно экзотическая, вроде китайского юаня, может быть, когда человек захочет ее продавать, ему придется поехать в Китай.

Халиль Шехмаметьев:
- Поскольку я живу в России, собираюсь покупать квартиру и машину именно здесь, то все мои расходы зафиксированы в рублях. Зачем лезть в другие валюты? Происходящее сейчас это во многом психологическое давление на людей, чтобы они вкладывались в рубли. Именно поэтому нужно покупать российскую валюту.

Сергей Хистанов:
- Мне кажется, что сценарий возможной девальвации рубля сбудется с вероятностью гораздо больше 90 процентов. Какие аргументы? Прошлый кризис, который наша страна пережила, в значительной мере был преодолен путем снижения стоимости национальной валюты. Это мгновенно подстегнуло производство и подняло с колен отечественного производителя. Сценарий простой и хорошо известный всем. Вероятность того, что он повторится, близка к 100 процентам. Каждый человек должен быть патриотом, но тем не менее, значительную часть сбережений имеет смысл хранить в валюте более стабильной, чем рубль.

Халиль Шехмаметьев:
- Возражение против ухода из рубля. Если мы сравниваем 1998-й и 2008 годы, то есть принципиальная разница. Тогда у предприятий не было валютной задолженности. Те организации, которые имели валютный долг, они очень хорошо чувствовали. Те же телекомы. Они стали себя чувствовать хорошо тогда, когда пошло укрепление рубля. Когда они выигрывали от того, что у них пассивы были валютные, а активы были рублевые.

Владимир Бушуев:
- Я абсолютно согласен с позицией Сергея, и убежден, что девальвация рубля будет на все 100 процентов. Вопрос в ее размерах. 10-процентное падение рубля, которое только что произошло — это тоже девальвация, и она, безусловно, поможет нам. У российского правительства не так много рычагов для преодоления этого кризиса, а снижение стоимости национальной валюты — это один из них.

Александр Разуваев:
- Если считать, что девальвация будет, надо покупать не доллар, а «Роснефть», «Газпром» и прочих экспортеров, но на самом деле, рубль вряд ли станет дешевле, поскольку провести девальвацию — означает плодить нищету. Дешевые российские товары и зарплата в 50-100 долларов — это мечта наших левых псевдоэкономистов. Россия сейчас имеет экономический базис для того, чтобы рубль был резервной валютой. У нас очень низкое отношение госдолга к ВВП, у нас значительные резервы правительства и ЦБ, а также положительное сальдо торгового баланса. Более того, у нас очень привлекательный инвестиционный климат.

Тот отток капитала, который был, он объясняется сначала кавказской войной, а также тем, что американские власти решили слить Lehman Brothers. Однако российский рубль более устойчив, чем доллар и евро. То, что сейчас курс был 23 рубля за доллар, а потом упал до 27 — это не девальвация. Американская валюта выросла потому, что она прибавила по отношению к евро. Если вы живете в России, то вы должны сберегать в рублях, а процентная ставка в полугосударственном банке убережет вас от инфляции. Почему депозит в полугосударственном банке лучше, чем первоклассные бонды? Потому что в результате каких-то проблем с ликвидностью, бонды могут посыпаться, и вы не сможете получить свои деньги. Вклад из полугосударственного банка можно забрать всегда, потому что российский ЦБ и Минфин отвечают за рубли.

С фундаментальной точки зрения, мы остались на данный момент «тихой гаванью».

Владимир Бушуев:
- К сожалению, живем в одном «море», и нельзя сказать, что в той точке будет шторм, а у нас тихо и солнышко. Мы в едином пространстве. То есть мы можем сейчас закрыть занавес «железный» и опять жить в нашей социалистической экономике, и все равно будем зависеть от остального мира за счет энергоресурсов наших от мировой экономики. Мы живем в той же самой экономике, кризис не может нас не коснуться.

Полная версия круглого стола BFM.ru в виде звукового файла будет вывешена чуть позже.

Рекомендуем:

  • Фотоистории