Вместо нормальной дипломатии президент Украины Владимир Зеленский играет на публику «и еще на фортепиано», заявил глава МИД России Сергей Лавров по итогам переговоров со своим коллегой из Турции Хаканом Фиданом. «Он играет на публику, он привык играть на публику», — подчеркнул дипломат. Словами о фортепиано российский министр напомнил о выступлении Зеленского времен карьеры комика, когда в одном из номеров он «играл на фортепиано» со спущенными штанами. Так министр Лавров отреагировал на последние заявления Зеленского на саммите «Большой семерки» во французском Эвиане.

Саммит в Эвиан-ле-Бене стал первой с февраля попыткой США, Киева и европейцев согласовать позицию по Украине. Дональд Трамп заявил, что, развязавшись с Ираном, сможет сосредоточиться на Украине, чем поспешил воспользоваться Владимир Зеленский. Была организована кулуарная встреча его, Трампа и Макрона, который уже не в первый раз выступает лоббистом президента Украины. Изначально встречи Зеленского с Трампом вообще не планировалось. Как раз Эммануэль Макрон и выступил посредником. Зеленский попытался убедить Трампа в том, что, во-первых, Украина уже не проигрывает на поле боя — ситуация изменилась по сравнению с началом года. Во-вторых, США должны выступить реальным медиатором, поддерживающим Киев. Насколько это удалось, не ясно. Публичная риторика Трампа осталась расплывчатой. Однако из его лексикона уже исчезла фраза о том, что у Зеленского на руках нет сильных карт. Он не говорит, как еще недавно, что вина за войну лежит на обеих сторонах. Не упоминает и территориальные уступки Киева как предусловие мира. Зато он заявил, что это Россия «должна заключить сделку», поскольку «потеряла очень много людей, как и Украина».

Европейцы же подхватили идею того же Зеленского о том, что именно Трамп должен организовать трехстороннюю встречу его и Владимира Путина, от какового формата Путину якобы будет сложно отказаться. Хотя зря они так думают. Трамп отреагировал пока неопределенно.

«Путин и Трамп не обсуждали возможность организации встречи с Зеленским в США», — подтвердил очевидное помощник Путина Ушаков, добавив, что посланники президента США Уиткофф и Кушнер могут приехать в Москву сразу после подписания меморандума между США и Ираном 19 июня. Ушаков не стал, таким образом, говорить, что пусть Зеленский, если хочет переговоров, приезжает в Москву вместе с Трампом.

В ходе саммита Киев и европейцы пытались похоронить «дух Анкориджа», под которым понимают территориальные уступки Киева, отказ Украины от членства в НАТО и ослабление антироссийских санкций. В идеале Зеленский хотел бы, чтобы Трамп публично поддержал формулу, согласованную на недавних консультациях с Эммануэлем Макроном и Киром Стармером в Лондоне: перемирие по линии фронта, плюс ввод европейских миротворцев. Трамп на такой шаг не пошел, хотя и возражения на публику не выносил. По словам главы МИД Германии Йоханна Вадефуля, поскольку ни одна из сторон не имеет решающего военного перевеса, есть шанс начать переговоры «этим летом». Он даже допустил, что Путин «возможно, сейчас всерьез рассматривает» такой вариант. С чего он это взял, неясно. Ни одного сигнала из Москвы о готовности к заморозке конфликта нет.

Жесткая позиция Сергея Лаврова, подчеркнуто пренебрежительная к Зеленскому, — как бы в ответ на его недавнее «хамское», как подчеркивают в Москве, «открытое письмо Путину» — одно из тому свидетельств. Заодно и сигнал о том, что Москва не считает Зеленского равным партнером по переговорам.

Любопытно, что в тот же день Александр Лукашенко продемонстрировал иную тональность. Белорусский президент извинился перед Зеленским за ранее сказанные «резкие слова», объясняя, почему Беларусь не вступит в конфликт. Также он заявил, что у конфликта на Украине «нет военного решения», что уже прямо противоречит официальной позиции Москвы, где считают, что оно есть.

Можно предположить, что после саммита уже и Трамп может вернуться к своей формуле начала 2025 года — а именно перемирия по линии фронта. Предложив, в частности, Москве возможность де-факто зафиксировать контроль над 20% прежней украинской территории в обмен на снятие санкций и даже признание за Москвой, например, Крыма де-юре. Пока Зеленский на словах на заморозку по линии фронта согласен, хотя его предложения на сей счет звучат все более дерзко, словно сознательно провоцируя Путина на отказ вообще о чем-либо разговаривать. При этом он наверняка понимает, что не получит надежные гарантии безопасности в условиях незакрытого конфликта с ядерной державой. Поэтому навешивает на предложение о перемирии заведомо неприемлемые для Москвы условия, как-то — ввод «миротворцев» НАТО.

Прекращение огня с Ираном позволило «семерке», включая Трампа, согласовать, по некоторым данным, новые меры, направленные против российского нефтегазового сектора. Да и сам Трамп обозначил готовность свернуть временное ослабление нефтяных рестрикций против Москвы. Причем применение данного санкционного инструмента он, в отличие от европейцев, ставит в зависимость от конъюнктуры нефтяного рынка, а не от военно-политической ситуации на Украине.

На фоне саммита ВСУ демонстративно атаковали дронами Москву, один из них поразил НПЗ в Капотне. Это стало продолжением все той же логики «глубоких ударов» по российской нефтяной инфраструктуре и поводом укрепить аргумент для союзников о том, что, мол, надо давить и давить, чтобы подорвать способность России продолжать боевые действия. При этом никто из лидеров «семерки» публично не поставил под сомнение устойчивость российский системы управления. Трамп в свою очередь не взял конкретных обязательств ни по давлению на Москву, ни по формуле урегулирования. «Дух Анкориджа» не объявлен окончательно испарившимся, но остается практически неуловимым.