Индекс Мосбиржи снова слегка просел, нефтегазовые компании — в аутсайдерах рынка

— Главный вопрос: что это — такая небольшая коррекция к росту или возвращение к падающему тренду на российском фондовом рынке?

— Все-таки пока нет ожиданий, что мы пойдем обратно обновлять минимум. В то же время этот краткосрочный позитивный импульс, который рынок испытал после того, как Банк России снизил ставку, да еще и сказал, что, в общем-то, на столе не было решения о повышении ставки, немножечко затуманил глаза — все побежали покупать. И вот сейчас зафиксировали прибыль от этого решения — с пониманием, что формально обстановка для рынка все-таки кардинально не меняется в положительную сторону. Потому что прогнозы были пересмотрены, мы уже понимаем, что однозначные ставки нас не ждут даже в 2027 году, на геополитическом фронте тоже все неясно и неопределенно, поэтому, в общем-то, пока каких-то весомых аргументов к тому, чтобы штурмовать новые вершины, повышаться все же нет. И надеюсь, что все-таки какие-то активные распродажи тоже не восстановятся. То есть глобально ожидаем на ближайшее время все-таки консолидацию в боковике.

— Откуда мы тогда можем примерно скорректироваться вниз?

— Я полагаю, что мы можем вполне вернуться к 2100 — чуть выше, — но все же считаю, что вот эти уровни ниже были критическими, и мы из них вышли. Во всяком случае, если мы не получим каких-то существенно негативных оснований, чтобы опускаться к уровням 2022 года.

— Среди лидеров падения на российском рынке были российские нефтяники: «Роснефть», «Лукойл» упали примерно на 3,5%, хотя нефть торгуется не намного ниже 90 долларов за баррель. В чем причина такого нефтяного испуга?

— Рынок уже не слишком адекватно оценивает происходящие события вокруг Ближнего Востока и так далее — так быстро меняется фон. И, на самом деле, на текущий момент очень сложно понять, насколько сильно повлияли атаки на инфраструктуру наших нефтяников и, соответственно, на их операционную деятельность. То есть, возможно, весь тот позитив, который складывался из роста цен, отчасти значительно нивелирован вследствие атак на инфраструктуру. Поэтому в общем и целом сохраняется вот эта повышенная волатильность. И я думаю, что вплоть до того, как нефтяники раскроют свои отчетности и внесут какую-то вообще ясность, что у них там в действительности происходит, тогда уже сможет сформироваться какая-то тенденция. То есть, если мы все-таки увидим, что второй квартал действительно был успешным, вероятно, они будут переоцениваться в положительную сторону. Потому что сейчас, в общем-то, акции, наверное, всех представителей нефтегазового сектора торгуются на существенно более низких уровнях, чем их какая-то средняя историческая оценка, — несмотря на весь тот позитив, который есть в ценовой конъюнктуре.

— Рубль у нас прибавил примерно треть процента к юаню на межбанке. Доллар потерял 0,7%. Можно ли говорить, что рубль развернулся после падения предыдущих нескольких дней? И как это будет влиять на фондовый рынок?

— Сейчас мы находимся в зоне турбулентности ввиду как минимум двух важных факторов. Это налоговый период и потенциальный дефицит ликвидности. Мы уже ранее тоже с таким сталкивались, когда просто так совпало, что в определенной точке нет этой ликвидности в рынке. Второй момент — это ставка вокруг США и принятого решения о сохранении все-таки ставки на текущем уровне. Но глобально мы все равно услышали, увидели, что были позиции касаемо повышения ставки. Этот риск по-прежнему сохраняется за счет того, что сохраняется неопределенность в отношении конфликта между США и Ираном. Индекс доллара тоже на этом фоне реагировал, и здесь тоже присутствует некоторая корреляция с российским рублем. Поэтому после вот этой волатильности последних дней я полагаю, что все-таки на горизонте августа валюта несколько стабилизируется, и какого-то резкого движения в ту или иную сторону мы пока не ожидаем. То есть в диапазоне 80-87 рублей за доллар США мы будем находиться в ближайшей перспективе.