Банки, НПЗ, Татьяна Ким. ЕС ввел очередной большой пакет антироссийских санкций — в нем 12 физических лиц и 101 организация.

В санкционные списки попала основатель Wildberries Татьяна Ким, ведущий программы «Время» Виталий Елисеев, военблогер Юрий Подоляка, предприниматели Сергей Матвиенко и Руслан Байсаров.

Введены санкции против ряда российских НПЗ и других нефтегазовых предприятий: Московского, Омского, Киришского, Хабаровского, Орского, Ильского и Саратовского НПЗ, Новошахтинского завода нефтепродуктов, компании «Славянск ЭКО» и компаний «Газпром нефтехим Салават» и «ТАИФ-НК».

О том, повлияют ли новые ограничения на ремонт НПЗ, рассуждает ведущий эксперт Фонда национальной энергобезопасности Игорь Юшков:

Игорь Юшков ведущий эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергобезопасности «Вряд ли ситуация здесь как-то поменяется, особенно с российскими НПЗ, потому что они и до этого уже попадали под санкции — но не как отдельные заводы, а либо как дочерние структуры более крупных материнских компаний, либо под секторальные санкции. Например, Евросоюз еще в 2022 году одной из первых санкций против России ввел запрет на поставку в Россию оборудования для ремонта, строительства и модернизации нефтеперерабатывающих заводов. В этом плане еще с весны 2022 года наши НПЗ не могут получить напрямую оборудование или какие-то технологии из стран Евросоюза: если что-то и поступало, то параллельным импортом через цепочку трейдеров. Соответственно, нынешние прямые санкции в отношении НПЗ эти цепочки не нарушат, если таковые еще есть, но основное оборудование все равно уже производится либо в России, либо закупается на азиатских рынках, например у Китая. Второй момент: большая часть НПЗ принадлежит вертикально интегрированным компаниям, которые сами попали в SDN-лист США, то есть под американские санкции, а американские санкции носят экстерриториальный характер — европейские компании их, естественно, соблюдают. «Роснефть», «Лукойл», «Газпром нефть», «Сургутнефтегаз» — все они в SDN-листе США, и все дочерние компании, где у этих структур есть 50% + 1 акция, то есть контрольный пакет, автоматически тоже фактически находятся под санкциями США. Поэтому фактически ничего не меняется: просто европейцы берут дочки уже подсанкционных компаний и записывают их отдельным списком. Единственное, что можно здесь предположить: Европа вместе с Украиной как раз и составляла тот самый план принуждения России к миру, который летом пыталась реализовать Украина через удары по НПЗ и создание топливного кризиса. То, что сейчас европейцы отдельно прописывают фактически все крупные российские НПЗ в санкционный список, показывает, что они пытаются этот план все-таки докрутить методом создания проблем для поставок в Россию какого-то оборудования для ремонта, то есть максимально создать проблемы ремонту НПЗ, которые подвергаются ударам со стороны Украины. Это тоже можно проследить, потому что многие из НПЗ, указанных в европейском списке, буквально в течение последних двух недель где-то подвергались ударам, и в этом плане для НПЗ ситуация никак не поменяется».

Под санкции ЕС попали 47 банков и две НКО. В их числе — «Юнистрим», ЕС называет его одной из крупнейших в России систем трансграничных переводов. Также это НКО «ЮMoney», бывшие «Яндекс.Деньги», которые под контролем «Сбера», «Платежный конструктор», СПб банк (расчетный депозитарий СПб биржи), и НКО «Петербургский расчетный центр», через который идут расчеты по сделкам Петербургской валютной биржи.

Среди других банков — Алеф-банк, Банк Казани, Владбизнесбанк, Газтрансбанк, Инбанк, Славия, Солид банк, Тендер-банк, «Элита» и другие.

Особенности нового пакета — санкции «второго круга» и политический подтекст, говорит профессор Финансового университета Константин Симонов:

Константин Симонов генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности, профессор Финансового университета «Этот пакет был организован очень быстро, буквально на коленках. Главная задача Брюсселя была показать, что Европейский союз по-прежнему един и по-прежнему исходит из того, что на Россию необходимо давить, а вовсе не договариваться. Потому что на самом деле мы видим, что в России очень многие почему-то интерпретируют и переговоры в Абу-Даби, и саму идею допустить европейцев до переговоров, и их активное обсуждение того, кто будет переговорщиком, чуть ли не как уже согласие европейцев выполнить наши условия и создать ту самую долгожданную новую архитектуру долгосрочной европейской безопасности. При этом европейцы с утра до вечера только и пытаются подать сигналы, что они с Россией договариваться не хотят: участие в переговорах они рассматривают как возможность доведения своей точки зрения до России, а эта точка зрения заключается в том, что Европейский союз может расширяться, как он хочет, и НАТО может расширяться, как она хочет, и в этом плане мнение России Европейский союз учитывать не собирается. 22-й пакет санкций как раз и должен продемонстрировать, что Европа по-прежнему едина как никогда в намерении разговаривать с Россией с позиции силы. Что касается реального эффекта, мы понимаем, что уже в 21-м пакете практически все есть. Дальше можно продолжать: у нас еще остается огромное количество фирм, людей, чиновников — кого угодно можно включать в эти списки бесконечно. У нас 145 млн граждан, в конце концов, можно миллионами включать туда людей и компании, и уже санкции идут как бы по кругу — включение совладельца Wildberries Ким в эти списки. Ну просто, конечно, это очень хайповое имя в рейтинге самых богатых женщин России, занимающих первые места».

По данным европейских СМИ, в санкционный список изначально планировалось включить около 50 российских банков, а также предприятия нефтяной отрасли и компании, связанные с перевозками российской нефти.