На прошлой неделе я рассказывала про бывшего VIP-вкладчика Мастер Банка, театрального режиссера Юрия Шерлинга. Он утверждает, что потерял в этом банке 5 млн долларов после того, как банк лишился лицензии, АСВ отказал ему даже в минимальной компенсации, потому что в реестре банка его вкладов нет. Какие документы подтверждают наличие вклада, и что делать, если этих документов нет?

Оказалось, что на руках у бывшего VIP-клиента только договор, в котором есть пункт, что этот документ подтверждает внесение средств. Этот договор суд не признает. Чтобы получить хоть какую-то компенсацию, надо доказать, что деньги были переданы в банк. А подтвердить это может приходный или кассовый ордер, либо платежный документ, говорит президент клуба банковских бухгалтеров Кирилл Парфенов.

Кирилл Парфеновпрезидент клуба банковских бухгалтеров«Если вы потеряли договор, ничего страшного нет, потому что сам договор определяет условия нахождения денег: сроки и ставки, но он не говорит о том, есть эти деньги на вкладе или нет. Единственным документом в данном случае, который будет использован в качестве подтверждающего, — это приходный ордер, кассовый. И никакой другой документ. За исключением безналичных платежей, когда может быть платежка».

В обычных условиях, если вы потеряли приходный ордер, его можно восстановить, обратившись в банк. Он сверит с электронной базой и выдаст копию. Но в случае с Мастер Банком такая процедура не работает, потому что в реестре нет части вкладов. По данным газеты «Коммерсантъ», 46 бывших клиентов Мастер Банка пытаются доказать в судах, что являлись вкладчиками. Сумма их требований превышает миллиард рублей (1,278 млрд рублей). Это бывшие VIP-клиенты, размещавшие деньги под большие проценты и честное слово руководства и собственников. В феврале этого года один из таких клиентов дошел до Верховного суда. Суд счел недоказанным, что истец — вкладчик. Не имея типового договора вклада, претендовать на выплаты от АСВ такие клиенты не могут. Не в пользу вкладчика сыграли и завышенные проценты по вкладу. Поскольку договор банковского вклада является публичным договором, а ставка в договоре истца отличалась от ставок по вкладам, которые официально предлагались в банке. Не знаю, какой именно процент был в договоре истца, но у потерпевшего Юрия Шерлинга ставка была 12% годовых в долларах. У другого VIP-вкладчика ставка была 11% годовых в этой же валюте. Такие ставки им дали в первой половине 2013 года. Для сравнения, в марте того же года максимальная ставка по любому валютному вкладу в Сбербанке была 3% с четвертью (3,25%). Отвечать по таким договорам должен не банк, а лица, которые эти деньги принимали, считает старший партнер адвокатского бюро Forward Legal Алексей Карпенко.

Алексей Карпенкостарший партнер адвокатского бюро Forward Legal«Некая группа лиц, которая, злоупотребляя служебным положением в том или ином банке, взяла на свой страх и риск у другой группы лиц деньги, пообещав им повышенный процент. Тот факт, что все эти люди прикрывались именем банка, не делает эти отношения отношениями по вкладу. И даже никто не спорит, что пострадавшие таким образом люди действительно отдавали свои деньги. Этот факт никто не оспаривает. Основной вопрос в том, кто является обязанным лицом: банк или те, кто брал эти деньги? С моей точки зрения, обязанным лицом являются те, кто, пообещав горы золотые под повышенный процент, фактически смошенничали, и, обманув людей, взяли деньги и прокручивали их где-то, прикрываясь тем, что якобы у этих вкладчиков отношения с банком».

Похожие схемы были обнаружены в банках «Огни Москвы», «Замоскворецкий» и «Пробизнесбанк» после отзыва у них лицензий. Не стоит отказываться от проверки документов, даже если глаза у управляющего очень честные.