Басманный суд Москвы сегодня отправил под домашний арест известного режиссера, художественного руководителя «Гоголь-центра» Кирилла Серебренникова. Следствие считает его организатором хищения около 70 млн рублей, выделенных в 2011-2014 годах на реализацию проекта «Платформа». Он будет находиться в своей квартире в центре Москвы, на Пречистенке до 19 октября. В просьбе об освобождении под залог в 68 млн рублей, а также под личные поручительства 33 деятелей культуры, журналистов и общественных деятелей суд отказал.

Кирилла Серебренникова задержали 22 августа в Санкт-Петербурге, где он снимал фильм «Лето» о певце Викторе Цое. На машине его доставили в Москву, где предъявили обвинение в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Избирать ему меру пресечения следствие в тот день не стало. Следователи решили обратиться в суд с ходатайством на следующий день, так как по закону подозреваемый может быть задержан без санкции Фемиды на 48 часов. Поэтому до утра среды сохранялась интрига: попросят ли сыщики домашний арест, как это было с другим фигурантом дела Юрием Итиным, или потребуют заключения режиссера в СИЗО. Утром пресс-секретарь суда Юнона Царева сообщила, что следствие обратилось в суд с ходатайством о домашнем аресте.

Аншлаг в Басманном суде

Несмотря на это, в суд пришло огромное количество людей, а само заседание по вопросу избрания меры пресечения напоминало настоящее шоу, которого не было со времен процесса над экс-главой ЮКОСа Михаилом Ходорковским. Среди приехавших к зданию Басманного суда можно было наблюдать коллег Серебренникова по цеху, правозащитников и поклонников его таланта. Так, здесь был заместитель председателя партии «Яблоко» Николай Рыбаков. Он был убежден, что режиссера преследуют за его «творческую деятельность», а также политическую позицию. «Позиция Серебренникова, очевидно, противоречит основной государственной линии и линии Минкультуры. Это говорит о том, что недопустимо занимать такую позицию», — сделал неожиданный вывод политик.

Хотя в коридоре организовали телетрансляцию, наплыв прессы был таким, что избежать давки на входе в зал не удалось. Внутрь попали лишь около двух десятков человек. Сочувствующим, а их было более сотни, пришлось остаться под окнами суда. Они выкрикивали имя режиссера и аплодировали. Их хорошо было слышно на протяжении всего слушания.

Самого фигуранта, которому пришлось провести ночь в изоляторе временного содержания на Петровке, доставили в суд в начале первого дня. Сопровождавшие режиссера оперативники столь стремительно провели его в зал, что никто не успел ему задать ни единого вопроса. Перед публикой деятель культуры предстал в черной футболке, голубых джинсах и кепке-бейсболке, которую он развернул козырьком в обратную сторону. Он был спокоен и сосредоточен.

33 поручительства

В самом начале процесса адвокат Кирилла Серебренникова Дмитрий Харитонов попросил приобщить к материалам дела 33 поручительства. Гарантировать явку режиссера к следователям и в суд готовы были звезда российской поп-сцены Филипп Киркоров, а также ряд звезд театра и кино: Елизавета Боярская, Чулпан Хаматова, Константин Хабенский, Даниил Козловский, Максим Виторган, Ксения Раппопорт, Валерий Гаркалин, Сергей Светлаков, Семен Слепаков, шоумен Иван Ургант и режиссер Федор Бондарчук. То, что Серебренников не скроется, суду обещали также журналисты Ксения Собчак и Авдотья Смирнова, телеведущие Андрей Малахов и Николай Сванидзе, председатель Союза театральных деятелей России Александр Калягин, директор Большого театра Владимир Урин, директор Государственной Третьяковской галереи Зельфира Трегулова, а также руководитель Фонда Александра Солженицына, вдова писателя Наталия Солженицына и многие другие.

Когда отзвучали громкие имена, следователь Васильев озвучил ходатайство, в котором СКР просил поместить Серебренникова под домашний арест в квартире на Пречистенке. Свою просьбу он обосновал стандартными доводами о том, что, находясь на свободе, фигурант скроется, а также будет давить на свидетелей, склоняя их «к отказу от показаний либо даче заведомо ложных показаний».

Квартира в Германии и вид на жительство в Латвии

«Серебренников обвиняется в умышленном и тяжком преступлении. Находясь на свободе и опасаясь наказания за содеянное, он может скрыться от следствия и суда», — говорил в суде следователь. Он пояснил, что режиссер имеет вид на жительство в Латвии и недвижимость в Германии. Следователь назвал роль обвиняемого «особо активной », а также заявил, что тот принимал меры к сокрытию «содеянного». Он отметил, что доверенное лицо Серебренникова Екатерина Воронова, которая скрылась от следствия, уничтожила электронные носители и «черную бухгалтерию», и дал понять, что, вероятно, это было сделано по указанию режиссера. Также представитель СК поставил в вину режиссеру то, что он просил вернуть изъятый у него паспорт, чтобы поехать в Штутгарт (Германия). «Это означает, что Серебренников предпринимал меры к тому, чтобы скрыться от органов следствия», — заключил он.

Он добавил, что вина режиссера подтверждается показаниями бывшего главбуха АНО «Седьмая студия» Нины Масляевой и экс-гендиректора этой компании Юрия Итина. Также судья огласила материалы, в которых говорилось, что показания против Серебренникова дали трое свидетелей. Просьбу СК о домашнем аресте поддержал и прокурор.

Ответственный за творческую часть

Сам Кирилл Серебренников попытался развеять подозрения суда. Он назвал выдвинутые против него обвинения «невероятными, абсурдными и невозможными», сказав, что честно на протяжении многих лет работал в России, ставил спектакли и снимал фильмы. Режиссер озвучил позицию, согласно которой отвечал лишь за творческую часть проекта «Платформа», которая «была на высочайшем уровне», а финансовыми вопросами не занимался. «Я честный человек, ничего не крал. Я занимаюсь художественной работой, к экономике касательства не имею, так как в этом не понимаю, — заявил режиссер. — Если кто-то меня оговаривает, я не знаю, почему это происходит. Я никого не хочу обвинять. Всех людей, с которыми я работал на проекте «Платформа», я до сих пор их считаю профессионалами, и среди них никто, как мне кажется, не мог совершить преступление. «Платформа» была и состоялась по полной программе». Обвиняемый настаивал, что все выделенные из бюджета средства были потрачены по назначению, а сам он никогда не скрывался от следователей. Наоборот, когда после обыска в мае этого года его дважды вызывали на допрос, он приехал в СК, несмотря на то, что в одном случае находился в отпуске в Бурятии, а в другом — на съемках телефильма в Санкт-Петербурге.

«Я очень горжусь этим проектом, и никакие случаи злонамеренного использования денег мне неизвестны», — подчеркнул Серебренников. Он заверил, что у него нет оснований для того, чтобы бежать, и просил оставить его на свободе, чтобы он мог закончить сьемки фильма про Виктора Цоя в Петербурге и запустить спектакль «Маленькие трагедии», на который в «Гоголь-центре» уже распроданы билеты.

Серебренников пояснил суду, что он просил вернуть изъятый у него загранпаспорт, так как у него был заключен контракт со Штутгартским оперным театром на постановку оперы. Что же касается квартиры в Германии, то она действительно существует и была куплена за границей, так как оказалось, что там жилье дешевле, чем Москве.

Адвокат обвиняемого Дмитрий Харитонов назвал ходатайство следствия голословным и просил его отклонить. Он передал суду документы о том, что у его подзащитного 80-летняя мать, которая является инвалидом второй группы, а также 84-летний отец, страдающий тяжелыми заболеваниями, а также перенесший инфаркт и инсульты.

Залог в 68 миллионов

«Он единственный сын. Родителям за 80 лет. Прошу суд рассмотреть возможность залога, той или иной более мягкой меры пресечения», — призвал суд Дмитрий Харитонов. Защитник предложил выпустить его клиента под залог, эквивалентный сумме инкриминируемых ему хищений, — «не менее 68 млн рублей». При этом он признался, что ни у него, ни у его подзащитного таких денег нет, однако выразил уверенность, что в ближайшее время нужная сумма будет собрана с помощью сочувствующих режиссеру людей. Помощь в этом готова оказать сестра известного бизнесмена Михаила Прохорова Ирина Прохорова, которая является главным редактором издательского дома «Новое литературное обозрение» и соучредителем благотворительного фонда имени ее брата. «Она готова внести залог в любой сумме. Я подчеркиваю, в любой», — сказал юрист.

Сама бизнесвумен лично приехала в суд. Она уточнила, что готова внести «любую посильную сумму», и назвала режиссера «гордостью страны». Прохорова была уверена, что тот ни в чем не виноват. «Извините за каламбур, он Бессребреников. Он создает духовное богатство, он точно никуда не уедет, я на 100% уверена, что Кирилл не имеет отношения к обвинению, которое выдвинуто, и надеюсь, что он продолжит работать», — обратилась она к суду.

Также в среду судом были заслушаны два человека поручителей. Одним из них оказался актер и режиссер, автор фильма «Белорусский вокзал» и отец Авдотьи Смирновой Андрей Смирнов. Пожилой мужчина рассказал, что знаком с задержанным вот уже 20 лет, с тех пор как приехавший из Ростова Серебренников снял его в сериале «Дневник убийцы». Смирнов назвал его одним из самых плодотворно работающих режиссеров России, который превратил «полумертвый» театр в один из культурных центров страны. «Дело это, с моей точки зрения, абсолютно дутое. Мы с женой были на премьере спектакля «Сон в летнюю ночь», а следствие говорило, что его не было. Это чистой воды клевета!» — возмутился режиссер.

Кстати, защитник Серебренникова Дмитрий Харитонов на заседании обращал внимание на то, что именно с этого эпизода началось уголовное дело. Однако сейчас его в обвинении нет. «Если вы обвинение посмотрите сейчас, то сейчас там нет никакого упоминания о спектакле. От такого обвинения невозможно защищаться. Пожалуйста, я прошу вас учесть это при вынесении решения по ходатайству следователя», — попросил судью адвокат. Он также просил суд в случае, если он удовлетворит ходатайство СК, разрешить фигуранту ходить на работу в «Гоголь-центр».

Однако следователь выступил категорически против этого, как и против залога. «Сумма вменяемых хищений будет только увеличиваться, поэтому внесение залога невозможно», — заявил он. Кроме того, он отметил, что в деле имеются показания дочерей Нины Масляевой о том, что за ними кто-то следил, а действующие сотрудники «Гоголь-центра» «пытались выйти на них и обсудить условия взаимодействия их матери с органами следствия».

Под домашний арест — с песней

В совещательной комнате судья Елена Ленская пробыла 45 минут. Она согласилась с доводами следствия и поместила Серебренникова под домашний арест до 19 октября. Согласно решению суда, обвиняемому запрещено пользоваться телефоном и интернетом, а общаться он может только со своими близкими родственниками, следователями, адвокатами и сотрудниками ФСИН. В разрешении ходить на работу судья отказала, отметив, что данный вопрос находится в компетенции следствия.

Решение суда Кирилл Серебренников встретил, не демонстрируя эмоций. Казалось, он его ждал. Зал суда он покинул под крики толпы, которая стала напевать песню Виктора Цоя «Мы ждем перемен». Дмитрий Харитонов заявил, что не согласен с принятым решением и обжалует его в Мосгорсуде.

Помимо Серебренникова, под следствие попали четверо. Причем имя четвертой фигурантки, бывшего генпродюсера «Седьмой студии» Екатерины Вороновой, следствие обнародовало лишь накануне. Известно, что ей заочно предъявлено обвинение и она объявлена в розыск. Другие фигуранты — это бывший гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин, ныне гендиректор Театра им. Федора Волкова в Ярославле, экс-главбух данной организации Нина Масляева и предшественник Вороновой на посту генпродюсера «Седьмой студии», бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский. Итин находится с конца мая под домашним арестом, а Масляева и Малобродский — в СИЗО.

Версия обвинения

По версии следствия, в 2011 году Серебренников придумал и разработал проект по развитию и популяризации современного искусства «Платформа», на реализацию и финансирование которого в 2011-2014 годах Министерством культуры РФ было выделено более 214 млн рублей из федерального бюджета. Часть средств, а именно «не менее 68 млн рублей», была похищена.

Для этого, как утверждает следствие, Серебренников создал АНО «Седьмая студия», став ее художественным руководителем. Именно через эту фирму, считает следствие, похищались бюджетные деньги: «выполняя указания Серебренникова и Итина», Малобродский, Воронова и Масляева с 2011 по 2014 годы разрабатывали планы мероприятий в рамках проекта «Платформа». В них содержались заведомо недостоверные, завышенные сведения об их количестве и стоимости. Липовые планы передавались в Министерство культуры для финансирования мероприятий. А после фигуранты готовили финансовые и творческие отчеты, свидетельствующие о том, что полученная «Седьмой студией» субсидия была израсходована в полном объеме.

По данным СК, на самом деле неизрасходованная часть средств уходила на счета фирм-однодневок, деньги «обналичивались и распределялись Серебренниковым между соучастниками». Он же поручал своим подчиненным заключать фиктивные договоры «Седьмой студии» с подконтрольными фирмами и частными предпринимателями, якобы задействованными в реализации проекта «Платформа».

Стоит отметить, что до этого следствие сообщило лишь о двух эпизодах на несоизмеримо меньшие суммы, хищение которых вменило Итину, Малобродскому и Масляевой. Так, следствие сообщало о хищении 2,3 млн рублей, которые были выделены в 2012 году для подготовки спектакля «Сон в летнюю ночь». Представители СК заявили, что представление не шло в театрах, хотя зрители и журналисты рассказывают об обратном. Второй эпизод связан с хищением 1,2 млн рублей, выделенных для пошива костюмов для фестиваля «Платформа» в 2014 году.

Итин и Малобродский не признают вину, тогда как Нина Масляева вину признала и заключила сделку со следствием. 65-летняя обвиняемая дала показания на Серебренникова в расчете на то, что ее переведут под домашний арест. Однако последнего пока так и не произошло.