Глава «Роснано» Анатолий Чубайс рассказал в интервью Business FM о том, что даст России проект Сколково и как продвигается его реализация.

— Уже не раз говорили о том, что Петербургский международный экономический форум этого года будет маркирован темой Сколково. Что нового об этом проекте мы узнаем на форуме?

— Проект движется, и в моем понимании, дело это правильное. Причем мне нравится, что он продвигается одновременно несколькими параллельными курсами. Во-первых, идет просто юридическое формирование структуры, формируется совет директоров. Надеюсь, что его заседание пройдет буквально завтра. Это, кстати, будет первое заседание совета директоров. Я, например, внес в качестве кандидата в совет директоров господина Крейга Баррета (Craig Barrett) — мирового класса фигура, создатель [президент и главный исполнительный директор] корпорации Intel.

— Как сейчас формируется совет директоров?

— По организационной структуре это фонд — в соответствии с российским законодательством, одна из форм некоммерческих организаций. У него есть учредители. На сегодня это шесть российских учредителей, в том числе «Роснано», Российская венчурная компания, МГТУ им. Баумана, Фонд содействия малым инновационным предприятиям.

— Вы назвали институты развития и научные институты. Пока речь не идет о капитале...

— Это технико-юридическая стадия, которая продвигается. Дальше пойдет расширение количества учредителей и формирование органов управления. Строго говоря, пока еще там нет назначенного президента. Но на первом заседании Виктор Вексельберг будет назначен. Я вижу, как активно он начал это дело. Это одна линия.

Другая линия идет параллельно — формирование законодательной базы.

— Законопроект внесен, уже есть много комментариев. Не слишком ли льготные условия будут созданы в этой заповедной зоне?

— Изначальный замысел тех, кто придумал всю конструкцию, состоял в том, чтобы создать и получить новое качество. Такое, которого в стране нет. Да, у нас есть технопарки, но этого недостаточно. Да, у нас есть технико-метрические зоны, но их маловато, всего четыре штуки. И они не вышли пока на настоящий прорывной уровень. Да, у нас есть разные технологии, но все это ни в одном месте не создало принципиально нового качества. Замысел Сколково — попытка прорваться в новое качество. Поэтому и объемы господдержки тоже должны быть нового качества.

И мне кажется очень важным, что все, что придумано в законопроекте, впервые за последние годы будет обсуждаться открыто на слушаниях еще до первого чтения.

— Чья это инициатива?

— Либо Вексельберга, либо наших коллег из правительства. Не знаю. Но считаю ее абсолютно правильной — открытое обсуждение тогда, когда еще можно что-то изменять, дополнять. Вы говорите, что много льгот, замечательно, скажите об этом на обсуждении. Может быть, в этом есть смысл. Позиция открытая и очень правильная.

— А сколько частных денег нужно собрать на этот проект?

— Ответа нет, его еще рано давать. Потому что сначала нужно выработать концепцию того, что там должно быть сделано в эскизном варианте. Идет работа над тем, чтобы содержательно решить, как проект будет выглядеть. А когда решение будет, появится и ответ на ваш вопрос.

— В эскизе есть некоторые контуры того, что нужно делать, чем заниматься?

— Да, есть. Хотя, кстати, и это тоже сегодня в движении. Но исходное представление существует. Там, конечно, должна быть сверхзадача всего замысла, там должна рождаться инновационная продукция и инновационные технологии.

— Но есть разные компании, разные специалисты, разные области…

— Это так. Но при всех разных областях ясно, что для того, чтобы проект родить, нужна компонента под названием «бизнес». Очевидно, нужна компонента под названием «образование», компонента под названием «наука». И помимо этих трех компонентов, еще и четвертая, которая называется «инфраструктура». Финансовая инфраструктура, венчурные фонды, технологическая... Это все те элементы, из которых нужно сварить этот борщ. Состав элементов примерно понятен, но в каких дозах, как их вместе соединять, в какой срок — это то, что сейчас обсуждается.

— Крупные российские и западные корпорации будут создавать в Сколково свои дочерние структуры?

— Юридически еще не до конца решены эти вопросы, но в этом направлении идет продвижение. На днях я встречался с президентом Nokia, он выразил большой интерес к тому, чтобы стать одним из соучредителей фонда и решить вопрос о строительстве в Сколково собственного центра компании. И это вошло в последующее официальное заявление Nokia.

Интерес мы ощущаем, он очевиден. И не только со стороны Nokia, но и от целого ряда компаний — от Cisco до Европейского банка реконструкции и развития. Сегодня встречался с президентом ЕБРР Томасом Мировым, он прямо сказал, что такого рода инновационные начинания как Сколково для них крайне интересны и что они тоже хотели бы найти форму для участия.

— То есть бизнес-модель в том, чтобы создать хорошие условия для крупных технологических компаний, а они принесли сюда свои идеи?

— Это одна из важнейших частей бизнес-модели, важнейшая компонента Сколково. Но это не все. Там нужна и образовательно-научная компонента. Помимо этого, необходима среда, которая ориентирована не на крупнейшие компании с миллиардными оборотами, а на средний и малый бизнес. Такая среда тоже там должна рождаться. Это то, что можно назвать инновационной экосистемой, в которой зародится жизнь. Но может и не зародиться, если мы сделаем ошибки.