Канцлер Германии Мерц считает, что конфликт на Украине может закончиться только лишь истощением одной из сторон экономически или в военном плане. Он заявил, что не верит в идущие сейчас переговоры. По словам Фридриха Мерца, Евросоюз хочет, чтобы «российское государство больше не могло вести войну ни военным, ни экономическим способом».

Тем временем стало известно, что глава евродипломатии Кая Каллас распространила среди стран Евросоюза некий документ с требованиями в адрес России по Украине.
В документе говорится, что мир на Украине не наступит без участия Евросоюза и без учета его ключевых требований.

Среди этих условий: если Украина должна ограничить численность своих войск или вывести солдат из некоторых районов, то Россия должна сделать то же самое.
Также предусмотрен запрет российского военного присутствия и развертывания в Белоруссии, Украине, Молдове, Грузии и Армении. Кроме того, в Белоруссии не должно быть ядерного оружия. Также Россия должна возместить ущерб Украине, а также урон, нанесенный европейским государствам и компаниям. Помимо всего этого, Россия должна обеспечить «свободные и честные выборы», а также освободить всех политических заключенных. Этот документ будет обсуждаться 23 февраля на встрече министров иностранных дел Евросоюза в Брюсселе.

Руководитель одной из европейских разведывательных служб в разговоре с Reuters заявил, что переговоры, последний раунд которых состоялся в Женеве, похожи на «театрализованное представление». По мнению агентства, это указывает на то, насколько сильно различаются взгляды в Европе и в США. В Вашингтоне надеются на мирное соглашение к июню, до промежуточных выборов в Конгресс США в ноябре. И сам Дональд Трамп говорит, что верит в желание президента России Владимира Путина заключить сделку.

Все это Бизнес ФМ обсудила с председателем президиума Совета по внешней и оборонной политике, главным редактором журнала «Россия в глобальной политике» Федором Лукьяновым:

— Буквально накануне закончились переговоры в Женеве. Европейцы опосредованно в них участвовали, по крайней мере они в кулуарах в первый день консультации встречались с украинцами и с американцами. Перед этим они посылали сигналы о том, что хотят подключиться к переговорам. И вот, казалось бы, таким образом их желание начало осуществляться.

— Их желание осуществляться-то не начинало: то, что там где-то терлись на соседних этажах европейские представители и с ними в какой-то форме, может быть, походя поговорил кто-то из американцев и украинцев, — это не называется участием в переговорах. Это называется топтанием у порога в надежде, что тебя пустят внутрь. Я думаю, что как раз с тем, что не пустили, связана вот такая вот оценка и Мерца, и всех прочих. Европа чувствует себя потерянной, потому что ее оттерли от всего процесса. Причем для них особенно должно быть обидно, что это оттирание произошло и со стороны Украины тоже. Потому что Украина, как мне кажется, несколько переосмыслила расстановку сил, более или менее трезво оценивает, что Европа на самом деле может, а чего она не может. И хамство Зеленского в отношении Европы, которое звучит в последнее время на регулярной основе публично, — это одно из следствий. В некотором смысле Европа последовательна, потому что она с самого начала исходила из того, что не может быть завершения войны без поражения России. Собственно, они в каком-то виде эту линию проводят. В Европе сейчас довольно трудно понять, кто что разделяет, потому что отношения между ведущими странами очень запутаны — и между Германией и Францией в особенности, и между Великобританией и Францией, плюс еще Италия со своей позицией, ну и так далее. Просто действительно отстраненность от процесса вызывает психологическое отторжение самого этого процесса. Вот это и выливается наружу, несмотря на то что стороны довольно скупо, сдержанно и скорее позитивно оценивают сам ход переговорного процесса, понятно, что по основным вопросам пока они очень, очень далеки. То есть какого-то соглашения не просматривается. Ну, вот, собственно, Мерц в такой резкой форме это и обозначил.

— Европейские требования, которые распространила Кая Каллас. Наверняка в Европе понимают, что Россия согласием на это не ответит. Зачем тогда вообще в принципе нужен этот документ?

— Мне кажется, что Европе очень важно сейчас показывать, что она не на обочине, а она в центре событий. Мало того, она не только участвует в процессе, который запустили другие, но она еще и свой готова запустить, проявить инициативу. И вот этот план действий, который они предлагают, к реальности он не имеет никакого отношения. Понятно, что никто не будет это обсуждать всерьез, не то что обсуждать, а просто даже читать этот план. Но это должно продемонстрировать, что да, действительно, у Европы своя позиция, отличающаяся от американской. Позиция заключается в том, что Россия должна быть наказана за то, что она совершила в последние четыре года, в противном случае мира не будет. Здесь, мне кажется, предпринимается попытка путем сверхжесткой риторики, взвинчивания этой риторики компенсировать отсутствие реальных ресурсов, чтобы эту войну как следует поддерживать со стороны Европы в пользу Украины.

— По поводу отличающихся взглядов США и Европы на переговоры между Россией и Украиной. Понятно, что эти отличия давно не новость. Но какое влияние в принципе вот этот раскол оказывает на сам ход переговоров, консультаций и встреч?

— Пока, мне кажется, почти никакого. Потому что европейцы по-всякому старались повлиять на американскую позицию, начиная со встречи на Аляске. И в первый момент, когда группа европейских лидеров кинулась в Вашингтон, буквально в ногах валялась у Трампа, чтобы он не погубил и прекратил это заигрывание с Путиным, — чего-то они немножко добились. То есть, как мы видим, процесс сильно затянулся по сравнению с тем, что они, видимо, обсуждали на Аляске, Россия и США. Но с тех пор ощущение такое, что все-таки европейская способность влиять на американскую позицию максимально сузилась. Американцы исходят из своих интересов, из своих представлений. О Европе говорят: «Вы должны или как-то помогать нам этого добиться, в том числе с помощью Украины. Если нет, тогда без вас обойдемся». И пока обходятся. Так что, мне кажется, что такого уж воздействия этот раскол пока на процесс не имеет.

Тем временем пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков заявил, что Владимиру Путину доложено об итогах переговоров по Украине в Женеве. Представитель Кремля сообщил, что определение следующего места встречи будет зависеть от анализа этих итогов. Напомним, что МИД Швейцарии заявлял о готовности провести в Женеве еще один раунд переговоров. Также, по словам Дмитрия Пескова, новых контактов с США после встречи не было, и пока они не планируются.

Заявления Мерца, европейские требования и раскол между Вашингтоном и Брюсселем Бизнес ФМ обсудила с политологом Георгием Бовтом:

— Давайте с заявления Мерца начнем. Он говорит, что конфликт на Украине может закончиться только лишь истощением одной из сторон. Говорит о том, что хочет, чтобы российское государство больше не могло вести войну ни военным, ни экономическим способом.

— В общем, ничего нету нового. Ну, более того, теоретически такой формат окончания любого военного конфликта вообще не исключен, просто Мерц хочет истощения одной стороны — Российской Федерации — и не обсуждает вариант, при котором истощение может начаться раньше у Украины, подразумевая, наверное, что помощь Евросоюза будет бесконечной и бессрочной. В то же время это говорит о том, что Германия, по крайней мере как один из представителей Евросоюза, не готова к реальным переговорам с Россией на текущий момент.

— Но то, что эти заявления появляются на следующий день после переговоров в Женеве, — это сигнал?

— Ну, это было ожидаемо, поскольку от переговоров в Женеве никто ничего прорывного не ждал. Этого и не случилось, и европейцы, в данном случае немцы, просто выждали паузу и выступили с вполне предсказуемыми заявлениями на сей счет. Кстати, заявления о том, что Россия не готова к миру, звучат давно, и они входят в противоречие с тем, что говорит Трамп. Трамп говорит, что Путин хочет сделку, а Европа говорит, что он ее не хочет. Тут тоже ничего нового.

— 23 февраля главы МИД будут обсуждать некий ультиматум, требования в адрес России.

— Если это такой ответ на известный ультиматум МИД середины декабря 2021 года («чтобы НАТО убирало свои манатки на границы 1997 года»), то как-то о нем долго думали, очень слишком, чтобы выкатить такой ответ, тем более в нынешнем контексте. Ну, подобные требования можно предъявлять, когда войска НАТО, условно говоря, стоят где-то под Москвой, и вот они отправили депешу в Кремль, чтобы применить такие ультимативные условия. Но ситуация же не такова. Поэтому эти максималистские требования на сегодняшний момент не могут быть положены в основу переговоров. Это, опять же, не для переговоров, это скорее для самих себя, чтобы подчеркнуть неготовность к контактам с Москвой на текущих условиях. Может быть, это ответ прежде всего тем в Евросоюзе, кто к таким контактам призывает и говорит о том, что надо восстанавливать диалог и так далее. Ну, вот из Брюсселя, от главного дипломата Европы последовал такой ответ: пожалуйста, да, давайте вести переговоры на таких условиях. Ну, ясно, что это невозможно. В Европе достаточно сильны настроения, согласно которым те санкции, которые они накладывают пакет за пакетом, рано или поздно возымеют свое действие, и российская экономика под их тяжестью крякнет. Вместе с этим и будет нарушена способность Российской Федерации вести военные действия. Есть некоторые заблуждения. Конечно, если смотреть из Москвы, поскольку в военной сфере практически любые трудности в экономике скажутся в последнюю очередь. Ну, в Европе считают по-другому.

— Как раз публикация Reuters опять о том, что переговоры в Женеве — это было театрализованное представление, говорит анонимный один из руководителей разведслужб Европы. И далее Reuters пишет, что заявления указывают на разительный разрыв во взглядах между европейскими столицами и Белым домом.

— Это адресовано уже, наверное, Трампу, ведь те спецпредставители Трампа, которые присутствовали на переговорах, они, и Белый дом, и спикер его официально подтвердила, что на переговорах есть значительный прогресс. Конечно, прогресса никакого значительного нет, но тем не менее оценочный анализ Вашингтона и Европы они уже не один месяц не сходятся. И Трамп говорит, что верит в успех этих переговоров. Европа, наоборот, говорит, что не верит и это заявление пытается использовать в качестве средства давления на Трампа: нечего с этими русскими больше валандаться, давайте уже там санкции вводите вместе с нами.

— Иными словами, сорвать сделку во что бы то ни стало, любой ценой.

— Ну, пока срывать-то нечего.

— Но вдруг Трамп пойдет на уступки? Ну а вдруг?

— Они ему спину подпирают сзади и говорят: «Мы тебя поддержим, давай, воюй дальше». В том числе и на этом основана уверенность того же Зеленского стоять на своем, не идти на территориальные уступки. Неизвестно, как бы он себя повел, если бы европейцев не было за спиной либо они, например, вторили Трампу. И позиция Европы: она не сможет просто взять и раствориться в воздухе. И, говоря грубо, либо они окажутся правы, либо это нужно будет опровергать на поле боя.

Глава российской переговорной группы Владимир Мединский ранее назвал прошедшие в Женеве переговоры «тяжелыми, но деловыми».