Есть ли у Дональда Трампа «стратегия выхода» из войны с Ираном? Президент США заявил, что война скоро закончится, но, правда, не на этой неделе. По его оценке, США и Израиль сломили Иран: у Исламской Республики не осталось «ни флота, ни связи, ни военно-воздушных сил». И тут же Трамп пригрозил наносить удары «в 20 раз сильнее», если Тегеран остановит поставки нефти через Ормузский пролив.

Трамп назвал позитивным телефонный разговор с президентом России Владимиром Путиным, который состоялся в понедельник вечером. Речь шла и о Ближнем Востоке, и о ситуации на Украине. По оценке российской стороны, беседа действительно была конструктивной и откровенной. Это не был разговор тет-а-тет. Как сообщил один из участников беседы с американской стороны, Трамп готов снять часть санкций с российского нефтяного сектора, чтобы не допустить роста цен. Reuters пишет, что смягчение американских санкций против России может включать в себя как широкое ослабление ограничений, так и более точечные меры, например разрешение отдельным странам покупать российскую нефть, как это произошло с Индией. Обсудили ситуацию с генеральным директором Фонда национальной энергетической безопасности, профессором Финансового университета Константином Симоновым:

— Заявления Трампа сыграли свою роль, но мы видим, что рынок нефти в очередной раз доказал, что новости с рынка физической нефти важны, рынки в той или иной степени отыгрываются, но не менее важным является и настроение спекулянтов. Потому что масштаб не просто прогнозируемых событий, а уже происходящих на наших глазах событий, еще вчера утро открылось фантастическим ростом на наших глазах, практически дошли до 120, и начался откат, причем начался он еще до заявления Трампа. Когда он все это сказал, действительно, цены опять стали двузначными. На проливе уже нет возможности заливать нефть в танкеры, которых уже не осталось свободных. По ту сторону Ормуза сокращают производство, страны распаковывают запасы. Мы видим, что нефть опять стала двузначной. То есть ее цена не соответствует тем новостям, которые приходят с рынка. Заявления Трампа ведь тоже были связаны с тем, что вчера этот рост перестал быть управляемым и снова нужно было его как-то возвращать в приемлемые для Трампа рамки. Пока США показывают, что они могут управлять ценами.

— Чего не произошло, кроме того, что никто не распечатал резерв, не открыли Ормузский пролив? Еще никто пока не снял нефтяные санкции.

— Если мы говорим про снятие санкций, об этом можно забыть.

— Зачем тогда Трамп это говорил?

— Вопрос, как вы будете трактовать то, что делают американцы. Скажем, они ведь уже разрешили Индии покупать российскую нефть из числа морских баррелей, загруженных уже в танкеры, которые не обозначили порт назначения. В логике Трампа это уже и есть снятие санкций. Давайте для себя зафиксируем, что, когда американцы говорят про снятие санкций, они имеют в виду выдачу временных лицензий на неприменение уже введенных санкций. Частично, может быть, такая практика и будет расширена, но это не снятие санкций, это как водопроводный кран открывают, прикрывают, но сами санкции никуда не денутся. Россия остается прямым конкурентом США на рынках углеводородов. Надо привыкнуть к тому, что санкции не будут сняты в течение ближайших лет. Что касается выдачи временных лицензий, это история давняя, это типичная санкционная политика США. По многим видам санкций они уже выдавали нам разрешения на их применение. Была история с сербской компанией, когда санкции были введены против «Газпром нефти», каждый месяц США выдавали сербам разрешение на их неприменение. В какой-то момент не выдали, компании пришлось продавать.

— Если мы все правильно поняли Трампа, он же не просто так затрагивал вопрос снятия санкций вчера в телефонном разговоре с Владимиром Путиным.

— Россию больше всего интересует украинское урегулирование, о котором как-то уже весь мир немножко подзабыл, фокус внимания переключился на новый военный конфликт. Мы прекрасно понимаем, что нас интересуют США как модераторы и посредники в этом конфликте, которые единственные могут убедить европейскую сторону, украинскую сторону все-таки пройти на большое мирное соглашение. Трамп будет делать это не просто так. Трамп считает, что он управляет этим процессом, от него зависит успех переговоров по Украине, но за эту услугу, в понимании Трампа, надо заплатить. Те экономические предложения, которые активно обсуждаются, с точки зрения США, их слишком мало. Должны быть и иные уступки, возможно, геополитического характера касательно того же Ирана, например, или Венесуэлы. Мы же видим, что Россия очень аккуратно дистанцировалась от этой истории. Не исключено, что здесь тоже Трамп это будет воспринимать как готовность России выполнять определенные требования США в расчете на то, что будет прогресс по украинскому треку. Но снятие санкций — это слишком смелое предположение.

— Трамп действительно совершил звонок по своей инициативе. О чем это может говорить?

— Россия очень любит выяснять, кто кому позвонил. Честно говоря, не думаю, что всегда в мировой политике это имеет первостепенное значение, кто был инициатором звонка. В данном случае мы можем зафиксировать, что Иран пока сдаваться не собирается. Демонстративно выбран новый лидер, который не может устроить Трампа. Пока Трампу все-таки не удается полностью сломить сопротивление Ирана. И здесь как раз разговор с Путиным мог быть важен с точки зрения того, что Россия, страна, которая может поддержать Иран, может занять и более отстраненную позицию. Все выходные в Америке обсуждали вопросы, предоставляет Россия разведданные Ирану или нет. Трампу этот вопрос задавали напрямую, но, правда, он заявил, что ничего об этом не знает. Так что Трампу все-таки нужно принимать решения относительно того, насколько долгой будет эта война. Цели этой большой военной операции сформулированы настолько неясно, что они позволяют Трампу в любой момент эту войну остановить, заявив о своей полной победе. Остановится Трамп или нет? Возможно, в этом и есть одна из задач внешней политики Трампа — усовершенствовать механизм стратегической неопределенности, когда весь мир будет стоять на ушах, не зная, что он на самом деле сделает.

— Рискнете спрогнозировать, что будет с ценой на нефть хотя бы на ближайшие дни, до конца недели?

— Пока все-таки цены являются, как я уже сказал, относительно управляемыми. И цены должны были закрепиться за уровнем 100 долларов за баррель. Они этого сделать никак не могут. Хотя вспомните, когда началась СВО в феврале 2022 года, она рванула выше 100, а на рынке то физической нефти ничего не поменялось. Пока все-таки ситуация не столь хаотична, но может сказаться эффект накопленных плохих новостей, то есть как бы рынком ни управлять, все равно есть риски, что ситуация сорвется в штопор. Вчера мы видели, что такого рода риски чуть было не реализовались с утра. Действительно, была паника, которую удалось пока погасить. Поэтому я думаю, что все равно цена будет постепенно повышаться. Если война не будет прекращаться, то нельзя говорить о том, что цены будут снижаться. Вот эти накопленные эффекты будут сказываться. Я все-таки думаю, что на этой неделе мы опять мы увидим трехзначную цену.

Тегеран не допускает возможности новых переговоров с США, подчеркнули в иранском МИД. Потому что Америка «может напасть даже во время переговоров». В росте цен на нефть дипведомство обвинило США и Израиль, а решение по Ормузскому проливу назвало элементом защиты от агрессии Вашингтона.

На слова Трампа в Корпусе стражей исламской революции заявили, что только они решают, когда закончится война. «Безопасность будет либо для всех, либо ни для кого», — заявил пресс-секретарь КСИР. Там отметили, что любая арабская или европейская страна со среды получит право на проход судов через Ормузский пролив, если вышлет американских и израильских послов со своей территории.

Как пишет The Wall Street Journal, советники Трампа призывают американского президента вывести США из войны с Ираном и тем самым показать, что военные цели в основном достигнуты. Хотя консервативный электорат президента поддерживает операцию США на Ближнем Востоке, но длительная война может подорвать эту поддержку, подчеркивает газета. Отмечается, что Вашингтон может провести или поддержать возможную операцию Израиля по ликвидации нового верховного лидера Ирана — Моджтабы Хаменеи. США пойдут на это, если позиция Ирана не поменяется, пишет WSJ.

Президент США, как пишет в заголовке статьи о недавних заявлениях Трампа CNN, дает противоречивые сигналы относительно войны с Ираном, и все это на фоне углубления нефтяного кризиса. В другом заголовке телеканал задается вопросом, какой выбор сделает администрация Трампа в сложившейся мрачной ситуации: экономический или морской коллапс? И тут же отвечает: американская администрация находится фактически в ловушке, между молотом и наковальней.

Заявления Трампа о снятии нефтяных санкций и войне с Ираном, по мнению Bloomberg, говорят о том, что американскому президенту только предстоит примирить свои обещания о полной победе над Ираном с экономическими и политическими последствиями продолжения войны.

Пока поставки нефти из стран Персидского залива не восстановятся, значительные экономические риски останутся, пишет The Washington Post. Причем, по мнению экспертов, сильно ситуацию не изменит даже предложение Трампа о военном сопровождении судов в Ормузском проливе — пока судовладельцы, операторы и страховые компании не будут чувствовать себя в безопасности, нефтяной экспорт не восстановится. И использование нефтяных запасов если и принесет облегчение, то временное. Как отмечает газета, всего резерва нефти в США хватит на то, чтобы покрыть четыре дня мирового спроса. Не говоря уже том, что использовать все целиком администрации Трампа не дадут как минимум федеральные чиновники, восполнить такой запас в краткие сроки не получится.

Анализируя противоречивые слова Трампа о войне с Ираном и о снятии санкций, The Guardian подытоживает: кажется, что внешняя политика США становится не просто непонятной, она доведена до абсурда и ушла в зазеркалье.