На сцене — богато украшенный стол. За ним — строительные леса и березки. Из-за них «выплывают» чеховские три сестры — парадно наряженные Ольга и Ирина и Маша в исполнении звезды Таганки Дарьи Авратинской — в черном, подчеркнуто холодная.

«Музыка играет так весело, бодро, и хочется жить». Но каким бы ярким ни был праздник, сквозит ощущение, что все идет куда-то не туда. Будничные разговоры сменяются безудержной вечеринкой, меланхоличные признания в любви — страстными сценами, шепот — переходом на истошный крик. Все это щедро приправлено мистикой и современной поэзией. И вот ты уже не понимаешь, где реальность, а где жизнь, похожая на абсурдный сон.

Продолжает 28-летний Саша Золотовицкий, выпускник Школы-студии МХАТ и ГИТИСа, режиссер и сын Игоря Яковлевича Золотовицкого:

Саша Золотовицкий режиссер «Ситуации-то все равно наши — близкие, понятные нам. Хоть и бесят эти монологи про то, что через 200-300 лет жизнь будет точно такой же и все будут ходить и говорить: «Как я устала», в принципе, он прав абсолютно. Я всегда постулирую свою тягу к абсурду, и, за что бы я ни брался, он, к сожалению или к счастью, вылезает, как грибы после дождя. Если что-то выделять, для меня, конечно, это пьеса про то, как ты оставляешь свою жизнь на аутсорс. Перестаешь бороться, перестаешь чего-то хотеть. Начинаешь понимать, что жизнь больше не будет приносить никакой радости и сюрпризов. Это даже не депрессия, немножко посложнее: ты перестаешь брать ответственность за свою жизнь и плывешь в этом каноэ по реке жизни. Меня очень пугает это состояние. Мне бы очень не хотелось так жить. Вообще, разбирать эту пьесу невыносимо. Честно говоря, это какая-то крайняя степень ужаса».

Перед нами одинокие, запутавшиеся женщины и инфантильные, растерянные мужчины. Чем ярче балаган, тем острее их тоска по былому. Кое-кто попытается вразумить героев, объяснить вполне современным языком, почему они не приспособлены к нормальной жизни.

Кого-то спектакль оставит в тяжелых раздумьях. Но у некоторых героев все же есть шанс на светлое будущее. Например, у младшей из трех сестер — Ирины. Она наверняка, что называется, «прорвется», считает играющая ее актриса Ксения Галибина — выпускница гитисовской мастерской Юрия Бутусова:

Ксения Галибина актриса «Чеховский текст звучит абсолютно современно, потому что все те же мысли, что и у героинь, крутятся, мне кажется, у всех нас: работать, жить, выходить замуж. И у меня тоже. Когда мы читали пьесу, какие-то вещи удивительно попадают в меня. Мне 22 года, Ирине на момент начала пьесы — 20. Я много где говорю как будто своими словами. У нас так сложилось, что где-то мы действительно можем говорить своими словами, а не чеховским текстом. Где-то нам что-то написал Саша, где-то мы добавляли от себя. Актуальная для меня вещь и, я думаю, для всех. Конечно, у нас был этот момент, что чеховский текст из-за того, что звучит очень знакомо для всех, должен здесь прозвучать как-то по-новому. Это очень сложно, потому что кто-то знает пьесу наизусть. Но, мне кажется, мы двигаемся в эту сторону».

Мне трехчасовая постановка «Долой уныние!» показалась местами затянутой, но, безусловно, остроумной. Премьера — 7 и 8 апреля. Следующий блок показов — в двадцатых числах мая.