Минюст США выдвинул обвинения в адрес бывшего кубинского лидера Рауля Кастро. Ему вменяют участие в сговоре с целью убийства американцев. Речь про инцидент 1996 года, когда истребители Кубы сбили два самолета гуманитарной организации «Братья во имя спасения» — ее создали кубинские эмигранты, перебравшиеся в США. Тогда погибли четыре человека, находившиеся на борту. Власти Кубы обосновали свои действия нарушением воздушного пространства страны.

В тот же день, когда стало известно об обвинениях в адрес 94-летнего Кастро, в Карибское море вошла ударная группа ВМС США во главе со старейшим американским авианосцем Nimitz. Означает ли все это, что Вашингтон может в любой момент начать спецоперацию по «венесуэльскому сценарию» и почему в качестве мишени выбран именно Кастро, рассуждает политолог, американист Малек Дудаков:

Малек Дудаков политолог-американист «Для многих американцев старшего поколения это символическая фигура, которую долгое время демонизировали в американской прессе наряду с Фиделем Кастро. Плюс отправили еще и авианосную группу. Наличие одной авианосной группы не означает, что завтра начнется серьезная эскалация. Это безусловный элемент психологического военного давления на остров. Сейчас у Пентагона сложная ситуация, потому что свои ограниченные военные ресурсы приходится тратить на Ближнем Востоке в рамках противостояния с Ираном. В этой ситуации начинать новую операцию, новый конфликт очень рискованно. Когда-то США полагали, что они могут одновременно вести две региональные войны и их побеждать. В девяностые годы была совсем другая Америка. Тогда у США такие возможности имелись. На текущий момент уже нет. Плюс раскола в элитах на Кубе пока не проявляется. Любопытен пример Венесуэлы. Масштабного смягчения санкций либо притока инвестиций в Венесуэлу со стороны США мы не увидели. Это, я думаю, тоже показательный пример и для Кубы, что можно пойти на уступки американцам, провести те или иные реформы, но далеко не факт то, что санкции будут смягчены и до Кубы доберутся серьезные инвестиции. Это, я думаю, как раз останавливает многих в кубинской власти, кто, может быть, хотел бы договориться с американцами, но понимают то, что сложно вести переговоры с Трампом. Далеко не факт, что он будет исполнять все нынешние обещания, в том числе предоставление гуманитарной финансовой помощи этому Острову. На Кубе другая политическая система в сравнении с Венесуэлой. Если в Венесуэле более персоналистская власть, то на Кубе у власти находится партократия — система, более напоминающая, наверное, Советский Союз. Я не уверен, что, если даже теоретически будет проведена операция в духе Венесуэлы на Кубе, она приведет к серьезным последствиям для кубинской власти. Для американцев нынешняя активизация на кубинском направлении это, с одной стороны, попытка отвлечь внимание от провала в Иране. Во-вторых, Куба — это тот незакрытый гештальт, который тянется у американцев уже более 60 лет. Если бы Трампу удалось этот гештальт закрыть, он бы мог себя назвать американским президентом, у кого это получилось в сравнении со всеми его предшественниками, начиная с Кеннеди. Третий момент важен для Трампа — это работа с кубинской диаспорой. Многомиллионный кубинский электорат проживает в штате Флорида. Это важный электоральный блок, и Трампу в преддверии выборов в конгресс нужно заручаться его поддержкой. Сейчас они как раз занимают крайне ястребиную позицию в отношении своей исторической родины и призывают Трампа как можно быстрее устраивать операцию по смене режима».

Президент Кубы Мигель Диас-Канэль все обвинения США отвергает и говорит, что реальная цель американцев — оправдать военную агрессию против острова. Между тем Куба на грани гуманитарного кризиса из-за нефтяной блокады со стороны США: на острове постоянно отключают электричество, в магазинах очереди, а туристический поток (приносящий стране основной доход) упал до 20-летнего минимума.

Госсекретарь США Марко Рубио на испанском языке обратился к кубинцам. И заявил, что вина за тяжелое экономическое положение Кубы лежит на руководстве страны.