Глава сухопутных войск США Дэн Дрисколл подал президенту Дональду Трампу заявление об отставке, подтвердили в Белом доме. Причина его ухода не уточняется. Ожидается, что Дрисколл покинет должность в ближайшие дни. Как отмечает издание Stars and Stripes, решение об отставке принято после нескольких месяцев напряженности в отношениях Дрисколла с министром обороны Питом Хегсетом. Дрисколл считается близким другом вице-президента США Джей Ди Вэнса. После отставки Дрисколла у сухопутных войск США не останется руководителя, утвержденного сенатом. В последние месяцы Хегсет отправил в отставку нескольких генералов и адмиралов. Что творится в Пентагоне?

Распространенная версия отставки начальника сухопутных сил — «не сошлись характерами с министром». Она удобна. Однако ряд СМИ утверждают, что Дрисколл доложил Белому дому, что глава Пентагона блокировал его усилия по повышению боеготовности армии. В частности, он продвигал идею отказа от дорогих программ — вертолетов AH-64D Apache, легкого танка M10 Booker, БПЛА Gray Eagle — и выступал за перенаправление средств на массовые дроны и средства борьбы с ними. Ему, говорят, даже прозвище присвоили — «Дроновик».

Всего после прихода Хегсета отправлены в отставку более двух десятков высших офицеров. На четыре месяца заблокирован список из 34 офицеров, представленных к повышению. Якобы министр требовал вычеркнуть двух афроамериканцев и двух женщин, но Дрисколл отказался, а вычеркнуть их сам министр обороны не может по закону. Наконец, Хегсет, зная о дружеских отношениях Дрисколла с вице-президентом Вэнсом (они вместе учились в университете), опасался, что тот может его подсидеть.

Насколько обоснованы слухи, что в Пентагоне чуть ли не зреет «бунт генералов», недовольных ходом войны с Ираном? Повод дала публикация 30 августа в газете The Washington Post о том, что сразу четыре военачальника сообщили о проблемах с доступностью кораблей, авиации, личного состава и вооружений по всему миру. Это начальник военно-морских операций адмирал Дэрил Кодл, командующий Европейским командованием генерал Алексус Гринкевич, командующий Индо-Тихоокеанским командованием адмирал Сэмюэл Папаро и командующий Южным командованием генерал Фрэнсис Донован. Процедурно это, конечно, не мятеж и не отказ выполнять приказ, а что-то вроде записи «я не согласен, но исполню». В принципе, такие вещи носят рутинный характер. Собственно, и возражения были не против войны с Ираном как таковой и даже не против тактического хода кампании, а против бессрочной переброски сил из подведомственных регионов.

Еще, согласно апрельской оценке, в войне с Ираном было израсходовано более тысячи перехватчиков Patriot (около половины запаса), свыше 200 ракет THAAD (около двух третей) и не менее тысячи Tomahawk (около трети). Притом что цикл производства одной такой — до двух лет. Серьезно повреждена база 5-го флота в Бахрейне, часть логистики оттуда перевели на остров Диего-Гарсия. Ранее была заявлена стоимость войны — свыше 37,5 млрд долларов, но Пентагон дополнительно запросил 67,1 млрд, а в проекте бюджета на 2027 финансовый год — аж рекордные 1,5 трлн (прибавка на 42%). Конгресс пока эти запросы тормозит.

И в этот момент командующие докладывают, что иранская кампания расходует запас прочности всех остальных направлений, включая оборону самих США. Кстати, если бы Хегсет действительно был окружен одними подхалимами, то письменных возражений не появилось бы вовсе. В этом смысле система сработала на объективность оценки. А вот факт утечки в прессу говорит о том, что в ведомстве все же не все ладно. Впрочем, Трамп пока министра поддерживает. Однако если Хегсет подтвердит слухи о наличии у него президентских амбиций — а пресс-служба пока все отрицает, — то у него могут начаться проблемы. Хотя бы потому, что Трамп пока ставит на Вэнса как на своего преемника.

Отразятся ли эти дрязги на решениях по Ирану? В краткосрочном плане — нет. Точечные удары продолжаются и будут продолжены. Важнее, что экономическая цена растет: это и истощенные запасы ракет-перехватчиков, и нефть примерно на 25% дороже довоенной, и подорожавший бензин. Посему Вашингтон переносит акцент на экономическое давление: блокада иранских портов, еще более жесткие вторичные санкции. Плюс объявленная на днях нефтяная сделка с Венесуэлой как попытка сбить цены на бензин.

В этой ситуации самый токсичный момент — это как раз утечка в прессу закрытого доклада. Судя по всему, преднамеренная. Это может спровоцировать громкое расследование, которое еще неизвестно, куда вырулит. Но пока Трампу надо как-то утрясти хотя бы какую-то сделку с Ираном до промежуточных выборов.

Кстати, в ходе встречи с президентом Ирана в рамках саммита ШОС Владимир Путин, выразив сожаление, что перемирие с США, которое Россия поддержала ранее, «оказалось нестабильным и слишком хрупким», но воздержавшись от осуждения действий США, четко дал понять, на чьей стороне Москва. Выразив солидарность с иранским народом, а также «восхищение его мужеством и стойкостью в борьбе за свои национальные интересы». И добавив: «В этот тяжелый период мы пытаемся оказывать вам нужную помощь… Нужные товары мы вам поставляем». Накануне в ходе встречи с главой российского Минфина Силуановым его американский визави Бессент, курирующий в том числе антииранские санкции, возможно, хотел бы посмотреть на этот список «нужных товаров». Но сейчас у нас не те отношения, чтобы были возможны такие сделки.