Платон Лебедев попросил суд освободить его условно-досрочно, отмечая, что отсидел в заключении уже «больше чем две Великие Отечественные войны вместе взятые». Экс-глава Менатепа назвал себя политическим заключенным и заявил, что в России по конституции такого быть не должно. Лебедев сказал, что у судьи Николая Распопова есть шанс исправить ситуацию и освободить человека, который имеет хронические заболевания и уже 9 лет не может быть мужем, отцом и дедом. В какой-то момент, когда суд до обеденного перерыва отказался принять составленный в колонии акт о нарушениях Лебедева, многим показалось, что решение об освобождении неминуемо. Но суд мог отказаться приобщить документ к делу и по техническим причинам, объясняет адвокат коллегии адвокатов «Эгида» Владислав Поликаркин:

«Дело в том, что суд, оценивая представленный тот или иной документ, исходит из основного понятия достоверности. То есть этот документ должен быть читаем, должен быть надлежащим образом оформлен, соответствовать установленной форме законом, иметь соответствующие реквизиты, печати, даты, и так далее. То есть, скорее всего, в данном случае документ был представлен в виде недопустимого доказательства, из которого нельзя было сделать соответствующие выводы суду, и, по всей видимости, суд на этом основании отказал принять представленные прокуратурой и исправительным учреждением документы».

В этом акте от исправительной колонии номер 14 было зафиксировано, как именно бывший руководитель "Менатепа" совершал нарушения, из-за которых, по мнению администрации колонии, он не достоин УДО. Судья зачитал отрывки из акта. Нарушения Платона Лебедева заключались в том, что 1 июля он, не дожидаясь окончания переклички, самовольно покинул строй и «затем был обнаружен курящим на локальном участке». Его тогда вызвали в дежурную часть для проведения беседы, где он проявил себя, по формулировке акта, некорректно, а именно обращался к капитану на «ты», — произнес фразу: «Когда ты, Сергей Леонидович, зашел на локальный участок». Лебедев утверждает, что ни к кому и никогда из администрации на «ты» не обращался. После обеденного перерыва судья Николай Распопов передумал и документ принял. По мнению адвоката Лебедева Константина Ривкина, во время обеденного перерыва на судью могло быть оказано давление:

«В результате видимо сытно пообедав судья подумал и свое решение изменил ровно на 180 градусов. У меня складывается такое впечатление, что специальные товарищи, они этим перерывом воспользовались, для того, чтобы провести с судьей разъяснительную работу, может быть, так, может быть не так, но у меня сложилось такое впечатление, потому что выйдя в процесс, мы наблюдали совершенно организованные действия».

Политическая ситуация в России так и не стала достаточно зрелой, чтобы допустить выход на свободу главных осужденных по делу ЮКОСа, констатировал президент Фонда Петербургская политика Михаил Виноградов. В том, что судебная система продолжает исполнять приказы свыше, по его словам, нет никаких сомнений:

«Судья читал приговор скороговоркой, явно дистанцируясь от его содержания. Может, он и склонялся то в одну, то в другую сторону, но понятно, что он озвучивал не собственное решение».

По словам адвоката Лебедева, как только судья изменил решение по приобщению к делу акта из колонии, исход ходатайства сразу стал ясен. Лебедев собирается обжаловать решение суда — в течение 10 дней будет подана кассационная жалоба в Архангельский областной суд. Если и он не встанет на сторону осужденного, то по закону, в следующий раз прошение об УДО Платон Лебедев может подавать не ранее, чем через полгода.

Александр Горлин, Business FM