Обо всем, но не о газе. Владимир Путин встретился с турецким лидером Реджепом Эрдоганом. После переговоров на пресс-конференции российский президент затронул много тем, но почти ничего не говорил о строительстве газопровода — лишь пару общих предложений. А после встречи с Ангелой Меркель эта тема вообще не поднималась. Хотя известно, что в отношениях и с Турцией, и с ЕС, газопроводы — «Северный поток — 2» и «Турецкий поток» — занимают совсем не последнее место.

Контракт «Газпрома» и «Нафтогаза» на транзит голубого топлива заканчивается 31 декабря 2019 года, и к этому моменту Россия стремится закончить обе трубы и закрыть один из главных вопросов взаимоотношения с Украиной и Европой. Три месяца назад российский президент не исключил, что Москва сохранит определенный объем транзита через украинскую ГТС. А в конце апреля в «Газпроме» сообщили, что если экспортные трубы будут построены, то этот объем составит 15 миллиардов кубометров газа.

Для сравнения: шесть лет назад, до запуска первой очереди «Нордстрима», через Украину в Европу и Турцию шло больше 100 миллиардов кубометров. После ввода первого «Северного потока» объем существенно упал. Между тем, украинскому газопроводу требуется модернизация. А если транзит снизится до обещанных 15 миллиардов кубометров — то это за гранью рентабельности. И недаром на днях в «Нафтогазе» заявили, что готовы предоставить «Газпрому» большую скидку на транзит. Но только при условии, если транзит увеличится до объемов шестилетней давности.

Вряд ли в Москве отнеслись к этому заявлению всерьез. Возможно, и в самом «Нафтогазе» не воспринимают серьезно собственные слова. Перспективы отстранения Киева от газовых потоков могут разбиться лишь о противодействие ЕС. Точнее, отдельных стран, например, Польши. Но то, что оба проекта, и «Северный» и «Турецкий», постепенно идут вперед — это факт. И тот небольшой поток газа, что все-таки будет проходить через Украину — это условие Евросоюза. Он в политических целях и в целях защиты конкуренции требует, чтобы Киев не остался совсем не удел.

Правда, в таком случае и цены на транзит тоже будут конкурентными, хоть и не в пользу Украины. Другое дело, что публично говорить об этом политики не хотят. Это же не минские соглашения, о которых можно разговаривать без конца и без последствий. А газовые трубы сейчас, как и деньги, — любят тишину.