На сцене минимум декораций: микрофон да десять прозрачных стульев. Один за одним на них садятся участники иранской конференции.

Спектакль — серия монологов, то есть докладов, которые читают участники. Писатель, ученый, священник, журналистка. Гордин, Смехов, Миронов, Дапкунайте. Все персонажи датчане, действие происходит в Копенгагене, о чем иногда напоминают, чтобы не казалось, что речь о судьбах России, хотя обсуждается вроде бы столкновение цивилизаций. Ну, скажем, есть универсальные права человека, на страже которых стоит Запад, а с другой стороны, можно ли обсуждать происходящее в Иране тем, кто не до конца понимает ислам. Комментирует режиссер Виктор Рыжаков.

Виктор Рыжаков режиссер «Для меня и компании артистов это очень важная история, и дело даже не в актуальности, а в необходимости проговаривать эти вещи самому себе и делиться этим со зрителем — для нас эта важность очевидна. Рассуждать по этому поводу бессмысленно. Спектакль — акция, которая позволит разговаривать про то, о чем немного не принято говорить. Совершенно непривычный для театра текст».

Эту пьесу Ивана Вырыпаева уже показывали в Москве зимой, но тогда эффект был совершенно иным: драматург сам ставил спектакль в Варшаве. Его играют на английском и дают зрителю синхронный перевод — на польский или русский, соответственно. Это абсолютно меняет восприятие, говорит эксперт «Золотой маски» Антон Хитров.

Антон Хитров эксперт «Золотой маски» «Это такой философский текст, довольно высокопарный, претенциозный — при этом довольно увлекательный. Это интеллектуальное приключение для зрителя. Но когда ты слышишь его в переводе, это получается «Письмо Татьяны». Пушкин писал, что в подлиннике текст лучше. Что сделал Вырыпаев — у нас есть ощущение, что возможно мы не до конца понимаем этих персонажей, что возможно переводчик что-то наврал, что их речь другая, не настолько литературная. Он режиссерским приемом помог своему тексту — от чего очень сильно веришь тому, что происходит на сцене, когда смотришь его польскую версию. С точки зрения качества драматургии это блестящий текст. Это пьеса, которая заставляет зрителей постоянно вести внутреннюю дискуссию: а что бы сказали на это настоящие специалисты? Там все время происходит мыслительная работа, и она дико затягивает».

В Театре наций текст читают сразу на русском, но от этого ничего не меняется: по силе аплодисментов в конце монологов можно понять, какие темы резонируют с настроениями столичного бомонда (а на премьерных спектаклях были все — от Тимаковой до Серебренникова). Хотя сила каждого монолога здорово зависит от того, кто играет — составы каждый раз разные, их стоит уточнять заранее на сайте. Следующий блок показов начинается 11 мая. Впрочем, билетов в официальной кассе на них уже нет.