Основатель крупнейшего в России автодилера «Рольф» экс-депутат Сергей Петров заявил о том, что не считает уголовное дело против себя о выводе за рубеж 4 млрд рублей заказным. Такую точку зрения он выразил в интервью «Эхо Москвы». Видеозапись этой беседы опубликована на официальном канале радиостанции в YouTube, отмечает РБК.

Дело против него, по словам предпринимателя, основывается на записях его разговоров и выводах, которые по этому поводу сделал «старший лейтенант ФСБ». «Я помню, я часто говорил где-то там, в кафе, с оппозиционерами, что я вывожу деньги теперь из страны и я уже не вижу здесь возможности инвестировать», — рассказал Петров. Но полицейские, по его словам, это воспринимали «сразу как незаконный вывод», в то время как он имел в виду «совершенно законный» способ, при котором деньги из страны выводились через дивиденды.

Признаков заказа в этом производстве, считает Петров, нет. «Нет, это не заказ», — отреагировал он на соответствующий вопрос журналиста. «Это понимание этой записи [разговора] такое, я подозреваю», — пояснил он.

Конкуренты «или кто-то», по мнению Петрова, вряд ли могли бы быть причастны к возбуждению этого дела. «Этот бизнес очень тяжелый. Они его могут разрушить, могут потерять эти миллиарды налогов, могут 10 тысяч безработных еще получить и 40 тысяч врагов еще своих. Но они не смогут управлять», — уверен предприниматель.

С политической деятельностью Петрова это производство, уверен бизнесмен, связано только косвенно: «потому что силовики прослушивали» его разговоры. Это, по его словам, происходило в 2014-2015 годах, когда он был парламентарием, а следовательно, и прослушивать его беседы сотрудникам ФСБ было нельзя: «Палата не обсуждала возможность [ведения] против меня каких-либо расследований», — отметил Петров. «Знаете, когда полицейский каждый день имеет дело с нарушениями, враньем, он никогда никому не верит, — продолжил бизнесмен, — Он сразу видит: «ага, вывод денег», ну, конечно, ищите, ищите».

Уголовное дело против Сергея Петрова и нескольких других руководителей «Рольфа» Следственный комитет возбудил 27 июня. Производство было заведено по ч. 3 ст. 193.1 УК РФ (совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте Российской Федерации на счета нерезидентов с использованием подложных документов).