В Госдуме предлагают не применять статью о преступном сообществе по экономическим делам, но правительство выступило против. В чем разница между бизнесом и бандой?

У нас так часто бывает. Бизнес-сообщество, известные политики, например, просят, чтобы власти смягчили статьи для предпринимателей. И власти идут навстречу. А потом выясняется, что все равно сажают, потому что следствие возбудило дело по статье «мошенничество», а мошенничеству все профессии покорны.

Точно так же и с организацией преступного сообщества. Уже не раз были просьбы, чтобы такие дела не возбуждали против предпринимателей. Антон Силуанов вместе с Алексеем Кудриным даже разработал поправки, чтобы ОПС трактовали как объединение для тяжких насильственных преступлений.

А теперь подключились и в Госдуме. Но правительство на этот раз против. Там резонно возражают, что бывает так, что преступное сообщество маскируется под бизнес. И с этим тоже не поспоришь. Например, знаменитая «молдавская схема» вывода денег из России. Учувствовали в ней и «физики», и юрлица, да и покушение на убийство фигурирует. И дело как раз по организации ОПС.

Но есть и другая сторона. У нас преступное сообщество, если захотят, могут найти в любой компании. Генеральный директор и главбух — вот уже и ОПС. Или, как замечал Владимир Путин, если кто-то из членов совета директоров в чем-то замешан, то под статью можно подвести весь совет. Решение-то они принимают все вместе.

И поди докажи, что остальные ничего не знали. Можно по-разному относиться к деятельности братьев Магомедовых. Но точно ли там было преступное сообщество? Или все-таки хищения и другие грехи, которые следователи представят суду?

А самый яркий пример — дело Михаила Абызова. Его обвиняют в том, что он продал сам себе несколько компаний. Другие фигуранты — менеджеры этих компаний: гендиректора, директор по экономике, член совета директоров. И все они теперь во главе с бывшим министром, по версии следователей, члены преступного сообщества. А их вина в том, что они несколько лет назад просто выполняли указания акционера, то есть свои прямые трудовые обязанности. Причем сделки эти не скрывали — тогда все было законно.

Эта тема шире одной статьи Уголовного кодекса. Дело Baring Vostok, американец Майкл Калви и француз Филипп Дельпаль — под домашним арестом, а российские менеджеры — в СИЗО. Там нет ОПС. Пока. Но суть не меняется, привлекают и сажают всех.

Эти фигуранты не актеры, не журналисты. Заступиться за них особо некому. Так что дело не в поправках к законам, а в применении. Да и на любую поправку у следствия и у суда найдутся свои поправки.