Главу Верховного суда возмутила история с арестом Алии Галицкой, которая на следующий день после избрания этой меры покончила с собой. Рассказывая о реакции Игоря Краснова на это дело, ТАСС и РИА Новости ссылаются на свои источники и приводят одну и ту же цитату. Буквально слово в слово: «Краснов был возмущен — как итог, председатель Истринского суда подал заявление о сложении с себя полномочий председателя суда». И более никаких подробностей. Но у этой трагической истории явно будет продолжение.

Алия Галицкая — бывшая жена миллиардера, инвестора Александра Галицкого, основателя венчурного фонда «Алмаз Капитал». Вместе они прожили 15 лет. Алия родила двух дочерей, но потом пара рассталась. Начались споры о том, с кем должны остаться дети, и раздел имущества. Адвокаты Галицкого стали говорить, что в официальном браке, который был бы признан в РФ, пара никогда не состояла. Представители Галицкой ссылались на документы о браке, заключенном в США. Сами Галицкие обменивались публичными обвинениями в соцсетях и заявлениями в правоохранительные органы.

В конце 2025 года в отношении Алии Галицкой было возбуждено уголовное дело о клевете из-за того, что она, по версии бизнесмена, распространяла о нем ложные сведения. 4 февраля 2026 года появилось дело о вымогательстве. И уже через день Истринский суд арестовал Алию на два месяца по обвинению в вымогательстве 150 млн долларов.

На следующий день она покончила с собой в изоляторе временного содержания в Истре, где ожидала отправки в СИЗО. Еще на старте у многих юристов возник вопрос: почему Алие Галицкой выбрали столь жесткую меру пресечения? Комментирует председатель Московской коллегии адвокатов «Капитал» Владимир Филатов:

Владимир Филатов председатель Московской коллегии адвокатов «Капитал» «Самая тяжелая мера пресечения, которую женщине по практике выбирают в 90% случаев, — это домашний арест. Как правило, женщин заключают под стражу только за преступления насильственного характера или по преступлениям, связанным с организованной преступностью, но никак не по экономическим делам. Поэтому председатель Верховного суда вмешался абсолютно обоснованно: мера пресечения, избранная судом в отношении этой женщины, является исключением из практики, и таких дел очень мало. Вымогательство — это категория экономического преступления, по которому в практике в 90% случаев, как я уже сказал, мерой пресечения избирается даже подписка о невыезде либо запрет определенных действий. Крайне редко в случае с женщинами у нас избирается даже домашний арест».

И это при том, что у многих юристов возникли вопросы к самой квалификации дела. Продолжает адвокат Александр Забейда:

Александр Забейда партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» «Вымогательство — это что такое? Это требование передачи чужого имущества. В ситуации, когда имущество не совсем чужое либо принадлежность этого имущества оспаривается, вымогательство как состав уже несостоятельно. То есть это может быть самоуправство. Но, опять же, я это говорю, не зная материалов дела, а зная только то, что мне известно из медиа. Но сама эта схема, когда изначально есть какая-то спорная ситуация, — возможное самоуправство. И было ли здесь вообще даже самоуправство? С очень сильной натяжечкой, поправочкой. Даже если самоуправство и было, то о такой вещи в состоянии, когда есть именно спор между людьми относительно имущества или еще каких-то вещей, оно не может называться вымогательством априори. Это еще каждому студенту на скамьях в институте на юрфаке рассказывают. Конечно, выглядит достаточно странно, когда по такой истории судья сразу заключает человека под стражу. Очень много вопросов к суду, но не меньше вопросов и к прокуратуре, и к следователям».

В отношении судьи, по решению которого Галицкая была заключена под стражу, Мособлсуд уже вынес частное постановление. Там указали на «отсутствие надлежащей мотивировки постановления о заключении подозреваемой под стражу».