Павел Дуров впервые с 1 апреля публично прокомментировал блокировку Telegram.
Он заявил, что продолжит адаптировать трафик Telegram, чтобы его было труднее обнаружить и заблокировать, и написал: «Добро пожаловать, мои русские братья и сестры, в «цифровое сопротивление».

Владелец мессенджера заявил, что сервисом в России ежедневно пользуются 65 млн человек через VPN. Он привел пример Ирана, где власти тоже запретили мессенджер и в результате получили десятки миллионов сопротивляющихся. Ранее представители Совета по правам человека в разговоре с Бизнес ФМ говорили, что администрация Telegram обсуждает ситуацию и готова договариваться с российскими властями.

Как сейчас Минцифры может отреагировать на заявления Дурова? Комментирует председатель совета Фонда развития цифровой экономики Герман Клименко:

Герман Клименко председатель совета Фонда развития цифровой экономики «До тех пор пока Павел не формулировал позицию, сохранялись шансы на урегулирование. Наши власти комментировали, что процесс идет, какой-то разговор. Дуров определился, и я думаю, что такое, знаете, искоренение Telegram из государства будет продолжено точно так же настойчиво, как выглядит сейчас. Я бы предположил, что государство вряд ли отреагирует как-то иначе, чем комментарием, когда журналисты спрашивают пресс-секретаря нашего президента, он говорит, что там президент в курсе, например. Да, я думаю, что примерно такой же ответ будет: будет сказано, что Telegram должен соблюдать законодательство, если он будет соблюдать — у него не будет проблем. Ну, кстати, это же и говорилось. Я думаю, что государство выучило урок 2018 года. Никаких, наверное, публичных комментариев и действий с точки зрения именно эмоциональной. Если помните, тогда глава Роскомнадзора обращался к Дурову с предложением помириться, да, то есть и работать, ну, если так можно сформулировать. Ну, Павел тогда промолчал. Я думаю, в этот раз государство выучило урок, и мы с вами будем наблюдать вторую версию изгнания Telegram по сравнению с 2018 годом. В этот раз я бы поставил на государство. Здесь у Telegram поляна понятная, да, то есть что делать — то есть они, видимо, повторят то же самое с бесплатными прокси там или с какими-то еще иными историями для «Телеги». Возможно, Дуров профинансирует создание (ну, вряд ли он будет признаваться в этом), но, наверное, поможет командам по производству сервисов VPN, чтобы менять там адреса IP и прочее. Но мне кажется, что в текущей конструкции технологической и готовности технологической Роскомнадзору все-таки содержать там 1500 технических средств противодействия угрозам — это, ну, скажем так, 1500 провайдеров, которые так или иначе принимают и стыкуют российский и зарубежный трафик. Это сейчас достаточно квалифицированная, на мой взгляд, корпорация. То есть я думаю, что мы будем наблюдать, но, еще раз повторюсь, мне кажется, что вот в этом раунде, втором повторении, знаете, того позора, который был в 2018 году, не будет. Я думаю, в этот раз государство достаточно жестко настоит на своих желаниях. А у нас, у пользователей, мы все-таки, давайте скажем, мы, как мещане, пользуемся тем, что удобно. Будет работать Маx — будем пользоваться Маx. Не будет работать Маx — ну, будем, знаете, как-то мучиться с Telegram, например. Но я думаю, что скорее первое, чем второе».

Ранее в СМИ появлялась информация, что в России Telegram полностью заблокируют к 1 апреля. За две недели до этого он уже перестал открываться даже с VPN.

В Минцифры заявляли, что перед ними стоит задача снизить использование VPN в стране, о полной блокировке сервисов речи не шло.