Прямой угрозой безопасности России стала тенденция сожительства граждан без регистрации брака, заявил замглавы Минюста РФ Вадим Баланин в ходе Петербургского международного юридического форума. По словам Баланина, Минюст выражает поддержку укреплению семейных отношений и принятию мер по противодействию разрушению традиционных идеологий. Он отметил, что в течение двух лет ведомство проводит мониторинг по внесению изменений в Семейный кодекс. Это не единственное высказывание и инициатива российских политиков и чиновников на семейные темы в последнее время. Как это укрепляет семейные узы?Инструментов семейной политики нынче много: и маткапитал расширяется, и льготную ипотеку адресуют молодым семьям, и вводят пособия и налоговые вычеты. Тем не менее на примерно 880 тысяч браков приходится около 650 тысяч разводов. По числу разводов на тысячу жителей еще в конце 2024 года Россия вышла на третье место в мире, уступив лишь Казахстану и Мальдивам. Средний возраст первого брака к 2025 году достиг 33 лет у женщин и 35 лет у мужчин, тогда как в начале 2010-х он составлял 23 года и 25 лет соответственно. Показательна динамика незарегистрированных союзов. По данным Росстата за 2018-2022 годы, 43,7% мужчин и 38,7% женщин при формировании новых отношений выбирали сожительство без регистрации. Среди молодежи до 25 лет доля гражданских браков среди мужчин достигала 56%. При этом в соцопросах официальный брак по-прежнему декларируют предпочтительным 73% россиян, а сожительство — лишь 11%. Налицо разрыв между декларируемыми ценностями и реальным поведением.

И тут появляется предложение вернуть уголовную ответственность за первичное семейное насилие. При том что в 2017 года Дума декриминализовала семейные побои. Лишь при повторном эпизоде возникала уголовная ответственность. Число обращений пострадавших резко упало. Не потому, что насилия стало меньше, а потому, что люди перестали верить в эффективность системы. В 2024 году от домашнего насилия погибли 963 женщины — такие данные представила Россия в ООН. Это почти половина от общего числа умышленных убийств женщин в стране. Однако в ответ на законопроект депутата Горячевой председатель комитета Думы по защите семьи Нина Останина заявила, что принятие закона о домашнем насилии «может повлиять на желание молодежи вступать в брак». По такой логике брак привлекателен ровно в той мере, в которой он обеспечивает безнаказанность для насильника. То есть защищать предлагается не людей, а институт — независимо от того, что происходит внутри.

Замглавы Минюста Вадим Баланин выступил еще радикальнее, объявив сожительство без регистрации брака «прямой угрозой безопасности страны», поместив незарегистрированные отношения двух взрослых граждан в один смысловой ряд с угрозами территориальной целостности или терроризма. Причем под это определение попадают, получается, миллионы людей. Тогда как причины, по которым люди не спешат ставить штамп в паспорте, гораздо глубже и не поддаются хлестким формулировкам. Многие чиновники склонны объяснять все деградацией ценностей или западным влиянием. На деле люди могут руководствоваться прежде всего материальными соображениями. Как руководствовались ими и раньше, когда институт семьи стал формой накопления, приумножения и наследования частной собственности. Советский брак добавлял к этому еще и прописку, очередь на квартиру, доступ к социальным благам. Сегодня ни одна из этих функций не работает так же императивно. А высокие ипотечные ставки еще сильнее снизили мотивацию к браку. Сегодня, по ряду опросов, треть россиян, состоящих в отношениях, не планируют переходить к браку именно по экономическим и психологическим причинам. Значимых выгод от вступления в брак уже нет, и люди задаются вопросом: а зачем мне это? Исторически брак всегда ведь был прагматическим институтом.

Реального инструмента принуждения к регистрации брака в нашем обществе нет и быть не может. Зачем тогда приравнивать партнерство чуть ли не к терроризму? Или когда в Думе блокируют защиту жертв насилия под предлогом защиты брака, то разве они не понимают, что именно безнаказанность агрессора является одним из факторов, делающих брак токсичным? Получается акцент на работе с символами вместо работы с реальностью. Штамп в паспорте ставится выше содержания союза, число «брачующихся» важнее качества жизни семей.

Социологи между тем указывают на такие ключевые факторы устойчивого брака, как уровень доверия в обществе, экономическая безопасность семей, доступность жилья, качество правовой защиты обоих партнеров и реальная, а не декларируемая гендерная симметрия в браке. В том числе давно существует и общественный запрос на закон о профилактике домашнего насилия. Страны с развитым законодательством о домашнем насилии и реальными механизмами защиты — охранными ордерами, кризисными центрами, специализированными прокурорами — демонстрируют как раз не снижение, а рост числа браков в долгосрочной перспективе. Вопреки тезису Останиной о том, что уголовное наказание за побои отпугнет молодежь от брака, опыт большинства стран ЕС, где подобное законодательство есть, говорит как раз о снижении остроты брачного крнзиса.
Если настаивать на защите формы без содержания, то результатом станет рост числа фиктивных и нефункционирующих браков, а не восстановление реального института семьи. Часть псевдобраков уже регистрируется ради субсидий, а часть «разводов» — ради льгот.

А в реальности неполных семей в России с 2002 по 2021 год стало вдвое больше — до 38,5%. Эту цифру не исправить даже уголовным преследованием сожителей.