Мосгорсуд пересмотрел приговор Ксении Белоусовой. Вместо реального срока девушке оставили условное наказание и 200 часов обязательных работ, которые по факту выполнять ей не придется.

В конце мая суд первой инстанции приговорил Ксению Белоусову к трем годам и 25 дням колонии общего режима по обвинению в оскорблении чувств верующих. Преступление заключалось в том, что Белоусова выложила видео с кальяном, который был сделан с использованием пасхального кулича. Ролик сопровождался текстом: «Даже Христос от такого воскрес». Позже Ксения удалила этот пост и извинилась, отметив, что не хотела кого-либо оскорбить. Однако блогеры и общественники, которых эта публикация задела, потребовали сурово наказать Белоусову. И ее наказали. Но не только и даже не столько за кальян.

По статье об оскорблении чувств верующих максимальная санкция — год лишения свободы. Нюанс в том, что в момент совершения преступления девушка уже отбывала условный срок — три года за хранение 5 граммов мефедрона. И не учесть этот факт суд не мог. По совокупности приговоров ей дали три года и 25 дней лишения свободы.

Позднее Белоусова обратилась в РПЦ с покаянием. А РПЦ, со своей стороны, обратилась в суд с ходатайством о смягчении наказания для Белоусовой. Продолжает адвокат Ксении Белоусовой Станислав Соловьев:

Станислав Соловьев адвокат Ксении Белоусовой «Приговор был изменен, а не отменен. Ссылка на отмену условного осуждения, которая была в приговоре суда первой инстанции, исключена из кассационного определения. Таким образом, если говорить проще, условное наказание по приговору Лефортовского суда у нее теперь исполняется самостоятельно. Она также продолжит отмечаться в уголовно-исполнительной инспекции. А наказание в виде обязательных работ ей сохранили отдельно, поскольку Ксения находилась в следственном изоляторе. За счет отсидки в следственном изоляторе наказание считается уже отбытым в виде обязательных работ. Поэтому сейчас она освобождена из-под стражи. У нее остается только условное наказание, которое надо будет продолжать отбывать».

По словам юриста, сама Ксения была очень рада изменению приговора. Удовлетворил он и церковь, заявил Бизнес ФМ замглавы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе:

Вахтанг Кипшидзе замглавы Синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ «На мой взгляд, это очень хороший сигнал — люди, которые по незнанию или просто по глупости совершают преступления, предусмотренные статьей 148 УК, всегда имеют возможность раскаяться в содеянном. Если это раскаяние искреннее, у них есть возможность для того, чтобы наказание было как минимум не таким суровым, как если бы они настаивали на том, что вправе уничтожать святыни, издеваться над верующими и совершать иные действия, направленные на демонстрацию неуважения к представителям традиционных религий России и их ценностям».

Такое в современной российской судебной практике хоть и нечасто, но встречается, указывает партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» Александр Забейда:

Александр Забейда партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» «Я думаю, совпало сразу несколько обстоятельств. Изначально широкую огласку дело получило из-за несоразмерно сурового наказания, назначенного по совокупности приговоров. К тому же сама РПЦ после письма с покаяниями запросила смягчение приговора. А тот факт, что именно прокуратура выступила с кассационным представлением, в котором просила смягчить наказание, я думаю, свидетельствует о том, что прокурорам поступил, скажем так, сигнал, что дело зашло слишком далеко, чем это было необходимо для достижения показательно-воспитательного эффекта».

В части несоразмерности изначального наказания мнения разные. По сути, суд просто учел, что в период отбывания условного наказания девушка совершила еще одно преступление, и заменил условный срок на реальный. То есть тогда все было сделано по букве закона. Но тут вмешался дух.