Путин поручил правительству, ЦБ и Генпрокуратуре к 1 августа подготовить предложения по защите прав миноритариев
Лента новостей
Ответственными назначены премьер Михаил Мишустин, глава ЦБ Эльвира Набиуллина и генпрокурор России Александр Гуцан. Еще в октябре глава Центробанка подчеркивала, что нарушение прав миноритариев подрывает доверие к рынку. Будет ли эффективен такой совет и чем он будет заниматься?
Президент Путин поручил правительству совместно с Банком России и Генпрокуратурой к 1 августа подготовить и представить предложения по созданию координационного механизма защиты прав миноритариев.
Об этом сообщается на сайте Кремля. Ответственными назначены премьер Михаил Мишустин, глава ЦБ Эльвира Набиуллина, а также генпрокурор России Александр Гуцан.
Это одно из поручений президента по итогам участия в съезде РСПП в прошлом месяце и встречи с членами бюро правления союза. Поручение президента комментирует профессор ВШЭ, бывший председатель Совета директоров НАУФОР Олег Вьюгин:
— Действующие механизмы неэффективны, они не защитили от кейса Соликамского завода. Потом был еще один яркий случай, события, связанные с тем, что компании, которые уходили с рынка, то есть делистинг, — тоже были случаи несправедливого ухода по отношению к миноритариям. Поэтому да, назрела необходимость как-то попытаться существующие способы подкорректировать.
— Вот звучит: формулировка «координационный механизм защиты прав миноритариев». Что это могло бы означать?
— Конечно, никакой специальный орган создавать не будут. Речь идет о том, чтобы просто выработать какой-то в кавычках «протокол», который позволял бы как-то согласовывать действия разных органов, начиная от господина генпрокурора и кончая регулятором, Центральным банком, — по таким случаям, когда конкретно есть какие-то старые нарушения, а компания публичная, акции обращаются на рынке на организованном. Как поступать в случае, если там происходит экспроприация собственности у обвиненных крупных мажоритарных держателей этих акций.
— Генпрокуратуру к разработке пригласили, даже ответственным назначили ее руководителя. Для чего, как вы думаете?
— Я бы назначил Центробанк. Здесь, наверное, смысл такой, что Генпрокуратура в данном случае имеет определенное преимущество по своим действиям по отношению к Центробанку. Поэтому пусть они сами себя ограничат. Не ограничат (даже, может, не такое слово), а сами разработают механизм, который бы позволял согласовывать их действия с другими ведомствами, ответственными за права миноритариев, за их соблюдение.
— Правила для самих себя на будущее?
— Получается так.
— Если бы вы сами были миноритарием, вы бы поверили в этот механизм? Не стали бы продавать свои акции при первом же конфликте, при первом же упоминании?
— Честно говоря, стал бы. То есть, в общем-то, веры, по крайней мере на этом этапе, мало. Нет пока никаких серьезных подтверждений, кроме таких намерений, о том, что права миноритариев надо защищать более основательно. Пока доказательств нет. Намерений у нас всегда очень много.
— В других странах есть какие-то похожие примеры?
— У нас в развитых странах судебная система очень мощная. В общем-то, в основном судебная система достаточно самостоятельная, и там можно отстаивать свои права достаточно эффективно. В России судебная система более подвержена внутриполитическим скрытым событиям.
Говорит независимый финансовый эксперт и инвестор Максим Ульянов:
— Мне кажется, что все-таки это поиск компромисса, который будет устраивать Генеральную прокуратуру. Это позволит ей проводить полноценные надзорные действия по недопущению нарушения ущерба государственным органам, но и при этом это шанс вступить в диалог с Генеральной прокуратурой, попробовать разработать механизм реализации государством своих прав без нанесения существенного ущерба механизмам фондового рынка. Это же про предсказуемость, это про прозрачность, про понятность всем участникам рынка. То есть в данном случае, возможно, это позволит лучше услышать, какова позиция Генеральной прокуратуры, как они видят возможные способы минимизировать ущерб для миноритарных акционеров. Я уверен, что мы сейчас не придем к итоговой какой-то конструкции, но это будет дискуссия в рамках какой-то рабочей группы. Смотрю на это положительно.
— Если разгорается очередной конфликт, вы понадеетесь на эту структуру или будете думать об избавлении от акций на ранней стадии, как бы чего не произошло?
— Я как достаточно консервативный инвестор при любой регуляторной либо юридической неопределенности буду фиксировать свои позиции, возможно, даже с получением убытка по той или иной бумаге. То есть я буду избавляться.
Еще в октябре глава Центробанка говорила, что нарушение прав миноритариев подрывает доверие к рынку. Сам Банк России вступился за них в деле Соликамского магниевого завода, когда суд решил изъять акции у частных инвесторов, и обжаловал это в Верховном суде.
Рекомендуем:
Рекомендуем:
