16+
Суббота, 31 октября 2020
  • BRENT $ 37.88 / ₽ 3013
  • RTS1066.60
26 октября 2010, 18:46 Право

Франц Зедельмайер боится ехать в Россию

Лента новостей

Россия может лишиться здания своего торгпредства в Швеции из-за ареста, наложенного судом по иску Франца Зедельмайера. О своих надеждах на компенсацию потерянных денег он рассказал в эксклюзивном интервью Business FM

Россия может лишиться здания своего торгпредства в Швеции из-за ареста, наложенного судом по иску Франца Зедельмайера. Фото: sueddeutsche.de
Россия может лишиться здания своего торгпредства в Швеции из-за ареста, наложенного судом по иску Франца Зедельмайера. Фото: sueddeutsche.de

Как уже сообщал BFM.ru, Россия рискует лишиться здания своего торгпредства в Швеции, поскольку не смогла обжаловать арест госсобственности, наложенный судом Стокгольма 11 октября. Такое решение суд принял по иску немецкого бизнесмена Франца Зедельмайера. Речь идет о шестиэтажном здании, расположенном в местечке Лидинге вблизи Стокгольма. Последний для России шанс — обжаловать решение в Верховном суде Швеции.

О своих претензиях и надеждах на компенсацию потерянных в России денег Франц Зедельмайер рассказал в эксклюзивном интервью Business FM.

— Россия будет добиваться в Верховном суде Швеции снятия ареста со своего торгпредства. Вы к этому готовы?

— Это не является неожиданным для нас. Россия всегда протестует. Проблема в том, что пока компенсация не будет выплачена, процесс будет продолжаться, а Россия будет пытаться оспорить любое решения суда.

— Что вы далее намерены делать?

— То, что мы делали все эти годы, — шаг за шагом преследовать российскую госсобственность за рубежом.

— Что вы делали, чтобы защитить свои интересы?

— У нас было одно разбирательство в международном суде. Россия подписала документ, согласно которому она признает решение этого суда. Таким образом, она потеряла какую-либо возможность остановить вступление этого решения в силу и свести на нет судебные требования. И помимо этого, России светила уплата порядка миллиона евро только на судебные и прочие издержки. И все мы слышали о дипломатическом статусе оспариваемого ныне имущества, они [юристы] упорно отстаивали постулат, что там находится государственная компания. Но эта стратегия, как мы видим, потерпела фиаско.

— С тех пор у вас были какие-нибудь контакты с российским правительством?

— Никаких контактов с 2003 года, когда кто-то по телефону стал угрожать моей жене.

— А кто это, по-вашему, мог быть?

— Это был кто-то из управления делами президента. Он пригрозил моей жене, что, если мы продолжим преследование, что-то может случиться.

— И как вы отреагировали?

— Я сообщил немецким властям и прокурору. Я также написал письмо в Кремль, что такого рода поведение не соответствует позиции государства, которое называет себя демократическим.

— В какую сумму вы сейчас оцениваете свои убытки?

— Это сумма в пять миллионов евро, включая все судебные издержки.

— А во сколько вам обошлись инвестиции в Санкт-Петербурге?

— Инвестиции складывались из двух частей: то, что мы заплатили за аренду здания на 25 лет, и те деньги, которые пошли на ремонт здания.

— Вы утверждаете, что здание торгпредства в Стокгольме используется в коммерческих целях, помещения сдаются в аренду компаниям. У вас есть доказательства этого?

— Нам стало известно, что здание используется в коммерческих целях от людей, которые, собственно, эти помещения там арендуют. Все материалы были переданы в шведский суд, и суд вынес соответствующее решение, опираясь на то, что здание все-таки используется в коммерческих целях. Эти же документы мы направим в Верховный суд. Все, что до сих пор было арестовано, использовалось Россией в коммерческих целях.

— Вы приезжали в Россию после 1998 года, возможно, собираетесь приехать сейчас?

— Нет, не думаю. Последнее приглашение было в 2003. Я написал об этом статью, где описываю все в деталях.

— Может быть, сейчас, когда в России произошли перемены и в экономике, и в политике, вы собираетесь начинать здесь какие-то бизнес-проекты?

— Я не думаю, что кто-то в здравом уме сейчас будет инвестировать какие-либо деньги в Россию.

— Ваша жена из России?

— Моя жена из России, у нас двое детей, мы вместе уже 18 лет и очень счастливы. Но мы не поедем в Россию, пока не закончатся разбирательства.

— Что еще вы пытаетесь отсудить у России кроме здания торгпредства в Стокгольме?

— Еще это часть имущества в Кельне, бывшее здание торгового представительства СССР. Мы продолжаем добиваться продажи Русского дома в Берлине — все эти разбирательства продолжаются. И мы намерены арестовывать и другие активы, которые я сейчас не могу называть.

Мне не понятно, почему Россия ведет себя подобным образом и не платит по обязательствам, которые предписаны ей судом. Наш случай и многие другие — это ясный сигнал того, что Россия не готова к приходу иностранного капитала. Я не знаю, как может разумный бизнесмен рисковать даже одной копейкой при таком положении дел.

История вопроса

В 1991 году компания SGC International, возглавляемая Зедельмайером, и ГУВД Санкт-Петербурга учредили совместное предприятие. В его уставный капитал ГУВД внесло свою ведомственную резиденцию — особняк на Каменном острове. В 1995 году здание было передано Управлению делами президента РФ, и Зедельмайер потребовал возмещения затрат на реконструкцию особняка. Решение взыскать в пользу бизнесмена 2,35 млн долларов убытков вынес в 1998 году Международный коммерческий арбитраж в Стокгольме. Решение стокгольмского арбитража Россия не исполнила, и Зедельмайер начал искать российское имущество, на которое можно обратить взыскание.

Первоначально Зедельмайер искал российскую госсобственность в Германии. Бизнесмен пытался, например, через суд арестовать экспонаты Роскосмоса на международном аэрокосмическом салоне ILA 2006 в Берлине. Но арест не состоялся — частные охранники выставки не пустили приставов на территорию, напоминает издание. После этого Зедельмайер попытался предъявить права на комплекс зданий бывшего советского торгпредства в Кельне площадью около 15 тысяч квадратных метров, принадлежащий управлению делами президента РФ. 17 декабря 2009 года в Кельне по решению суда прошли первые публичные торги по продаже части комплекса, объект выкупило ФГУП «Госзагрансобственность», за которым в России закреплен комплекс. Франц Зедельмайер сообщил в начале октября, что пока получил только 1 млн евро, но аукционы по продаже частей комплекса еще не завершены. Суд Кельна назначил второй аукцион, который должен пройти 16 декабря этого года.

«Изначально на лоты на кельнском аукционе претендовало около полусотни покупателей. Но желающих почти не осталось, когда выяснилось, что комплекс «обременен», то есть сдан в пользование на 25 лет российской структуре ФГУП «Госзагрансобственность», подведомственной управлению делами президента РФ. Иными словами, купить комплекс можно, однако выгнать «пользователей», что-либо перестроить или снести и строить заново, нельзя», — писало тогда германское издание DW.

Осенью прошлого года неудачей закончилась попытка бизнесмена добиться принудительной продажи здания Русского дома в Берлине на Фридрихштрассе — немецкие суды решили, что дом используется в «суверенных целях» (то есть для государственной деятельности, в данном случае — внешнеполитической) и защищен госиммунитетом.
Зедельмайер ранее заявлял, что основная сумма долга им не получена, и сейчас Россия должна ему около 4,5 млн евро с учетом процентов и судебных издержек.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию