16+
Пятница, 30 сентября 2016
  • BRENT $ 48.74 / ₽ 3082
  • RTS986.39
18 августа 2016, 21:36 Общество

ГКЧП. Боялись не их, боялись они

В пятницу — 25 лет августовскому путчу. Это событие запустило процесс быстрого распада СССР. После возвращения Горбачева в Кремль уже не было ни союзного правительства, ни союзного парламента, Украина провела референдум о независимости. Но 19 августа, когда люди увидели танки в Москве и «Лебединое озеро» по телевизору, никто еще не знал, чем все кончится. Среди тех, кто волей судьбы оказал решающее влияние на развязку, оказалось и несколько журналистов

Москва. Августовский путч. Танки на улицах столицы.
Москва. Августовский путч. Танки на улицах столицы. Фото: Христофоров Валерий/ТАСС

Ельцин на танке зачитал Указ о незаконности ГКЧП. Тысячи москвичей с самого утра стихийно вышли на Манежную, затем стали собираться у Белого дома. А к середине дня это были десятки, может, и сотни тысяч.

Тем, кто увидел это своими глазами, стало казаться, что ГКЧП, возможно, ждет провал. Но телевидение ничего не показывало, ельцинское «Радио России» отключили. Столицы союзных республик затихли.

Всей стране все показала программа «Время» в 21 час. Главная официальная программа страны, на телевидении, которое за полгода до этого возглавил Кравченко, названный душителем гласности. Ельцин на танке, людское море у Белого дома — все это было в репортаже Сергея Медведева. Он вспоминает, с чего началось.

Сергей Медведев журналист, теле- и радиоведущий, кандидат исторических наук, профессор«Главным редактором был покойный Ольвар Какучая. Это была моя инициатива, он ее поддержал. Я сказал, надо ехать, снимать, что творится в Москве. Что там происходит, никто не знает. Он сказал: да, надо ехать, подписал мне бумагу. Поскольку новые контролирующие органы немногочисленные — по-моему, всего два человека КГБшника — сидели в главном здании, а мы сидели в здании олимпийского комплекса через дорогу, мы спокойно выехали».

Сергей Медведев с оператором снимал весь день. И не спешил возвращаться в редакцию. Вернувшись почти под эфир, он на словах описал, что примерно будет в сюжете. Ольвар сказал: «Делай. В рамках». Монтировали вплоть до последней минуты — кстати, делал это хорошо знакомый зрителям программы «Время» Антон Верницкий. Перед эфиром никто из руководства материал не видел — ведь как бы под эфир, на доверии. Что было после выхода этой бомбы в эфир, вспоминает Сергей Медведев.

Сергей Медведевжурналист, теле- и радиоведущий, кандидат исторических наук, профессор
«В кабинете главного редактора телефоны просто раскалились. Почти все члены ГКЧП позвонили с гневной отповедью: «Что вы за инструкции восставшим даете в программе «Время»! Было требование меня уволить, но ныне покойный Ольвар Какучая, главный редактор сказал: «Пиши срочно заявление об отпуске. В отпуске увольнять человека нельзя». Я написал заявление, но на работу все равно ходил».

Конечно, на следующий день, программа «Время» уже такого не повторила. Но и одного такого сюжета было достаточно, чтобы все поняли — советские порядки не вернулись. Еще один важнейший эпизод дня — пресс-конференция ГКЧП в прямом эфире. Молодая журналистка «Независимой газеты» Татьяна Малкина спрашивает:

- Скажите, пожалуйста, понимаете ли вы, что сегодня ночью вы совершили государственный переворот, и какое из сравнений вам кажется наиболее корректным — с 17-м или 64-м годом?
- Я позволил бы себе не согласиться с вами. Поскольку мы опираемся на конституционные нормы, мне не кажется корректным сравнение с 17-м или 64-м годом. Я думаю, что любые аналогии здесь — они просто опасны.

После этого у Геннадия Янаева крупно задрожали руки, и вся страна, весь мир запомнили именно это. Боялись не их, боялись они.

А вскоре вся столица узнала о радиостанции «Эхо Москвы». Она к тому моменту вещала чуть меньше года по несколько часов в день, была известна в узких кругах. 19-го числа ее выключили. Но ее создатель и руководитель Сергей Корзун не сдался. Не сдались и депутаты проельцинского Моссовета, который был одним из учредителей станции. Они добились включения передатчика, а санкцию на это дал не кто иной, как замминистра связи СССР Иванов.

20 числа весь день станция вещала, рассказывая о баррикадах у Белого дома, тем самым, приведя туда тысячи москвичей. Наступала кульминация. В ночь на 21-е ждали штурм. Об этом знали в Белом доме, премьер ельцинского правительства РСФСР Иван Силаев ушел домой. Ельцину предлагали прорваться в американское посольство, что напротив. Он отказался. Под вечер «Эхо Москвы» снова выключили. Но оно работало вопреки всему, рассказывает Сергей Корзун.

Сергей Корзун создатель и первый руководитель радиостанции «Эхо Москвы» «Удалось выйти в эфир по прямому телефонному проводу, поскольку если нет широких линий связи, то значит можно дозвониться по телефону из редакции в радиопередатчик, и благодаря нашему инженеру Володе Петракову и другим инженерам, которые там работали, это все удалось сделать. Соответственно выходили в эфир, соединяя студию и передатчик по прямому телефонному проводу».

Об угрозе штурма знали и люди на площади. Но их не стало меньше. И штурма не было. Неподалеку от Белого дома митингующие не пропускали колонну техники. Один БТР подожгли, три москвича погибли. На следующий день ГКЧП отозвал войска и поехал в Форос к Горбачеву. Все кончилось.

В сентябре в эфире Business FM — серия интервью с ключевыми лицами осени 1991 года, когда распадался Союз, рушилась экономика и был выбран курс шоковой терапии. В специальном проекте — «Последняя осень».

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории