16+
Суббота, 24 сентября 2016
  • BRENT $ 45.85 / ₽ 2935
  • RTS993.94
23 августа 2016, 16:52 ОбществоСпорт

«Надо признать поражение»: Паралимпиады для России не будет

Несмотря на то, что решение CAS окончательное, Паралимпийский комитет России попытается обжаловать его в Верховном суде Швейцарии. Остаются ли еще шансы?

Фото: PhotoXPress

Российским спортсменам не разрешили выступить на Паралимпиаде в Рио. Спортивный арбитражный суд (CAS) отклонил иск Паралимпийского комитета России (ПКР).

Решение об отстранении российских спортсменов, принятое после публикации доклада Макларена, было объявлено еще в начале августа, и Москва пыталась его оспорить. В самом документе Паралимпийский комитет России не упоминался ни разу, лишь в одной таблице сообщалось о сокрытии трех десятков проб паралимпийцев. Суд пришел к решению, что Международный паралимпийский комитет (МПК) имел право приостановить членство ПКР и это, согласно резолюции суда, не нарушает спортивных норм, а также правил МПК.

Юристы говорят, что еще будут обжаловать решение в суде Швейцарии и подавать в ЕСПЧ. Но одно очевидно: российские паралимпийцы не выступят в Рио. Business FM обсудила эту новость с доцентом кафедры менеджмента и маркетинга спортивной индустрии РЭУ имени Плеханова Алексеем Кыласовым. С ним беседовал Олег Булгак.

Это окончательное решение, оспорить его нельзя?
Алексей Кыласов: Собственно говоря, как любой третейский суд или арбитражный суд, это суд документов, прежде всего, и, конечно, оспорить можно и по процедуре, по каким-то нюансам, но по существу решение не меняется. То есть это кассация, это следующая инстанция, это апелляция, но это означает, что решение окончательное.
Но при этом все равно адвокаты говорят, что ПКР попытается обжаловать в Верховном суде Швейцарии.
Алексей Кыласов: Это бессмысленно. Сам по себе даже факт обращения в спортивный арбитраж уже был чем-то экстраординарным, потому что суд спортивного арбитража учрежден МОК и рассматривает какие-то споры, связанные именно с олимпийским движением в рамках непосредственно олимпийских федераций и Олимпийского комитета. А что касается всего олимпийского движения, к которому, безусловно, относится и Паралимпийский комитет, это не сфера компетенции CAS, и поэтому даже чтобы обратиться в CAS, нужно было заключить особое соглашение между МОК и Паралимпийским комитетом России. По сути это внутренние дела организации, потому что это третейский суд, и обращение в суд общей юрисдикции по факту ничего не даст. Это спор внутри одной организации. Может ли государство вмешиваться в деятельность спортивной организации? Вот вы и получили ответ. Это абсурд. Может быть, я не в курсе того, на что опираются адвокаты, но первоначально это бессмыслица.
Россия может подать иск в ЕСПЧ по защите прав паралимпийцев, которым отказано в участии в Паралимпиаде в Рио.
Алексей Кыласов: Это бесперспективно, сразу же говорю, потому что прав человека никто не нарушил: им никто не отказал в оказании медицинской помощи, в оказании каких-то программ реабилитации. Россия не отказалась, а Международный паралимпийский комитет в этом не участвует, это не программа реабилитации. Поэтому в данном случае никаких нарушений в рамках ВОЗ, в рамках различных программ ООН не произошло, поэтому это дешевый популизм на том, что люди пытаются пиариться, не понимая сути вещей, как, к сожалению, очень многое происходит в рамках предвыборной кампании.
Вот уже и заявление министра спорта Виталия Мутко: «Решение не находится в правовом поле, оно больше политическое, чем юридическое».
Алексей Кыласов: Абсолютно прав Мутко. То есть это не вне правового поля лежит проблема, потому что сегодня есть внешнее воздействие на Международный паралимпийский комитет, а то, что реализуется, просто люди видят наперед, и в данном случае, при всем уважении к Лукину, он дал слабину, не предусмотрел той ситуации, которая может сложиться. Насколько я знаю, иск был направлен против решения об отстранении, то есть речь не шла о том, было ли употребление наркотиков или нет, оспаривался аспект правомочности отказа сборной России участвовать в Играх со стороны Паралимпийского комитета. Поскольку решение было принято большинством голосов, единственное, что нужно с точки зрения устава МПК, это условие было соблюдено, то есть оснований нет. А уж были случаи допинга или нет, это не в рамках этого процесса. Паралимпийский комитет — самостоятельная, саморегулируемая общественная организация и может брать во внимание что угодно. Оспаривалось единственное решение — не допускать. Здесь тоже бессмысленны какие-то инсинуации по поводу того, был ли допинг или нет, это вторично. Есть само решение об отстранении, и именно оно оспаривалось и принято абсолютно легитимно. В этом весь парадокс.
А как объяснить такую твердую позицию суда, который все-таки шел нам навстречу в других некоторых случаях?
Алексей Кыласов: Если это решение лежит за рамками правового поля, как правильно подметил министр Мутко, политика вещь такая, что один ее разделяет, другой нет. Наивно полагать, что все люди придерживаются одной точки зрения в мире, ведь никто не отменял такие вещи, как толерантность, к которой нас призывает Запад, и среди членов суда, среди адвокатов, среди спортивных чиновников существуют совершенно разные взгляды. И это хорошо, что они существуют: это значит, что есть возможность в будущем воздействовать на изменение уставов организации, на совершенствование каких-то норм. И на это можем надеяться, но сейчас решить что-то мгновенно... Надо признать поражение.

Есть ли смысл оспаривать решение CAS, рассуждает старший партнер адвокатского бюро Forward Legal Алексей Карпенко, который представлял интересы ПКР в Спортивном арбитражном суде: «Это решение окончательное с той точки зрения, что никакая из возможных инстанций не сможет принять решение о допуске российских паралимпийцев до начала Паралимпийских игр. То есть российские паралимпийцы, к величайшему сожалению, на Паралимпиаду не поедут. Но остается возможность обжалования в Федеральном суде Швейцарии, и эту возможность будет изучать та же команда юристов, которая работала над этим делом. Сегодня был создан очень неприятный прецедент для всего спортивного права. Были проигнорированы фундаментальные принципы права и фундаментальные права человека, о которых говорят многочисленные международные конвенции. Это происходит впервые в истории паралимпийского спорта. В том вся и соль, что мы не указывали непосредственно на то, что нарушил Международный паралимпийский комитет. Безусловно, мы ссылались на то, что не доказана вина Паралимпийского комитета, мы ссылались на многочисленные нарушения процедуры, которые были допущены Международным паралимпийским комитетом, но главное, на что мы делали акцент, это нарушение прав спортсменов».

Бизнесмен и вице-президент Федерации профессионального бокса России Андрей Рябинский, который брал на себя расходы по иску Паралимпийкого комитета, рассказывает, что наблюдал за процессом. Все шло хорошо, но потом что-то произошло, описывает Рябинский: «Я знаю всю подноготную этого вопроса и могу вам сказать, что это, совершенно точно, решение несправедливое, наших ребят отстранили не по делу, это просто политическая история против страны. Больше всего возмущает, что этот вопрос касается именно паралимпийцев, людей, которые внутри сами по себе герои, которые всю жизнь сражаются, добиваются, всю жизнь показывают нам пример собственной доблести, смелости и силы характера, и вот такое отношение мы получаем к ним. В самом суде все выглядело более чем в нашу пользу. Хорошо выступили наши адвокаты, наши паралимпийцы, которые выступали в качестве свидетелей. Позиция, которая звучала со стороны Международного паралимпийского комитета, выглядела довольно слабой, наши аргументы были более чем обоснованы, грамотно представлены со всеми ссылками на нормативную документацию и так далее. Очень странно, по ходу самого заседания складывалось четкое ощущение, это мне говорили адвокаты, что решение должно быть в нашу пользу. Потом что-то произошло, что именно, не знаю».

Решение суда также прокомментировал член совета спортсменов Международного паралимпийского комитета Михаил Терентьев: «Правомерность отстранения Паралимпийского комитета находится под большим вопросом, насколько в рамках незавершенного расследования может приниматься такое решение. Это прецедент для паралимпийского движения в целом, когда отстраняет Паралимпийский комитет, а нарушаются права каждого спортсмена, который готовился честно и справедливо, который проходил через горнило отборов, через всякие разные допинг-тесты, наконец, под пристальным наблюдением не только антидопингового агентства, но и британского антидопингового агентства, как так может быть принято такое несправедливое решение? Мне тяжело понимать, на что опирался Филип Крейвен. Он является чемпионом мира по баскетболу на колясках. Но, видно, со стороны очень сильно оказывалось давление, не только в этой сфере оказывается давление на Россию, но и в различных других сферах. Видно, не справился с тем давлением СМИ, политическим давлением, принял такое поспешное решение. До 18 июля только самые восхитительные были от него слова по поводу организации Игр в Сочи, по поводу подготовки нашей команды, и он приезжал в Россию неоднократно, по-моему, чуть ли не каждый год бывает на мероприятиях. В последний раз он был в январе, когда чествовали наш Паралимпийский комитет в Кремле, никаких вопросов не было. Почему за один день на 180 градусов изменилось его отношение к России, мне непонятно, и никому, наверное, непонятно».

Международный паралимпийский комитет уже заявил, что перераспределит 267 лицензий российских спортсменов, не допущенных до Паралимпиады в Рио. «Хотя мы довольны решением, сегодня не день для празднования, мы испытываем огромное сочувствие к российским атлетам, которые пропустят Паралимпийские игры в Рио», — сказал президент МПК Филип Крейвен.

Рекомендуем:

Актуальные темы:

Фотоистории