16+
Понедельник, 21 января 2019
  • BRENT $ 62.75 / ₽ 4165
  • RTS1175.12
26 декабря 2018, 17:05 Общество

Сергей Гребенников: «То, чего нет в интернете, по сути, нет и в жизни»

Лента новостей

Зачем нужна цифровая грамотность, контроль государства над интернетом и почему дипфейк опасней кибербуллинга, в интервью BFM.ru рассказал директор Регионального общественного центра интернет-технологий (РОЦИТ) Сергей Гребенников

Сергей Гребенников.
Сергей Гребенников. Фото: из личного архива

По его словам, интернет должен регулироваться: должны быть правила, определяющие контент, нормы поведения и хранения данных.

РОЦИТ существует с 1996 года. Как, по вашему мнению, изменился интернет за это время?
Сергей Гребенников: В 1996 году никто не говорил о контенте в интернете, что по сути сегодня является самым главным. Тогда интернет рассматривали с точки зрения прокладки проводов по всей России, было важно наладить коммуникации. Сейчас наша деятельность направлена на защиту интересов пользователей, повышение уровня цифровой грамотности, компетенции, чтобы получать от интернета максимум пользы. Мы считаем, что те интересы, правила поведения, которым человек следует в офлайне, он должен придерживаться и в онлайне. До сих пор многие считают, что со мной ничего плохого в Сети не случится. Это мнение бытует до тех пор, пока человека не обманули, пока он не столкнулся с серьезной проблемой, мошенничеством, кибербуллингом.
Что такое цифровая грамотность, нужно ли ее преподавать в школе и как рядовому пользователю — пожилому человеку, родителю, ребенку — овладеть ей?
Сергей Гребенников: Я считаю, что цифровую грамотность мы должны были начать преподавать в школе еще лет десять назад. Примерно с пятого класса подобные знания необходимо прививать. Представьте себе, что на уроках ОБЖ ребенка учат оказывать первую помощь пострадавшему, разжигать костер и ставить палатку, но скажите мне, сколько раз в реальной жизни человек использует эти знания и сколько раз он выходит в интернет? Очевидно, то, что мы делаем ежедневно, должно быть безопасным как для нас самих, так и окружающих, и этому нужно научить. Это одна из задач государства. Весной мы провели в московской школе 1306 пилотный проект — уроки цифровой грамотности. Столько положительных откликов мы не слышали до сих пор. Учителя, родители, сами ученики искренне благодарили нас за то, что узнали, как грамотно пользоваться интернетом, получать знания, с пользой проводить досуг и как Сеть может нести опасность. Зачастую родители элементарно запрещают ребенку общение в соцсетях, не объясняя причин — это ограничение. Но если об этом говорят на уроках, разъясняют правила поведения, что дозволено, а что нет и почему, как вести себя, чтобы не подвергнуться мошенничеству, — это уже образование. И здесь очень важно воспринимать цифровую грамотность именно как гуманитарный предмет. К сожалению, нас не всегда слышат. На наш официальный запрос с предложением ввести подобные уроки в систему образования, министр просвещения России Ольга Васильева через своего заместителя ответила, что это несвоевременно, но каждая школа может вводить подобные уроки в качестве дополнительного образования.
Министр цифрового развития Константин Носков считает, что существует угроза «цифрового тоталитаризма» со стороны корпораций, а не государства. Что вы думаете на этот счет? Должен ли интернет быть зоной, свободной от контроля, как корпораций, так и государства?
Сергей Гребенников: С одной стороны, я считаю, что интернет — это свободное пространство и он межнациональный, межрегиональный, межстрановой — назовите как угодно. В нем отсутствуют границы, это очевидно. С другой, интернет, конечно, должен регулироваться, должны быть правила, определяющие контент, нормы поведения, хранения данных. Другой вопрос, кем? ООН или ICANN (корпорация по управлению доменными именами и IP-адресами) или еще какой-либо структурой... Что касается международных гигантов: Google, Facebook, Microsoft, Applе... Это из разряда фантастики, но у меня есть ощущение, что лет через пятьдесят у нас не будет политической карты мира в привычном понимании. На ней будет лишь Google, Facebook, Microsoft, Applе и другие крупные игроки, например, большую конкуренцию сыграет Китай. Просто список организаций, а напротив каждой — количество приверженных ей пользователей. При этом, если я сторонник Google, например, то я не имею права обращаться к сторонним сервисам. Есть ощущение, что будущий мир разделят крупные транснациональные компании, которые владеют умами людей. По сути, уже сегодня интернет-компании имеют возможность влиять на исходы выборов и референдумов. И здесь очевидно, если не будет общего регулирования, единых правил для крупных игроков, то мы столкнемся с тем, что на пользователей будет все больше возрастать влияние в виде направленного контента — рекламных трюков, баннеров, постов в социальных сетях и почтовых рассылок.
Какова, по-вашему, роль государства в том, чтобы защитить интернет-пользователей от подобного влияния?
Сергей Гребенников: В первую очередь, как и было сказано, обязательное образование, повышение уровня цифровой грамотности. Влиянию можно противостоять, если знаешь как. Когда-то нас научили не переходить дорогу на красный свет, в интернете тот же самый принцип. Нужно, чтобы нам рассказали, что здесь делать нельзя и что произойдет, если правила нарушить. Увы, я не знаю как рассказать об этом 146 млн россиян, кроме как планомерно вводить уроки цифровой грамотности, и тогда лет через 15-20 мы станем грамотной цифровой нацией. Что происходит сейчас? Да, у нас наблюдается «цифровизация» всех сфер жизни, но если пенсионер приходит в поликлинику, он не может записаться к врачу, потому что не умеет работать с терминалом, а еще его просят зарегистрироваться на госуслугах, но для многих они остаются недоступны по причине цифровой безграмотности. Это одна сфера, другая — это создание открытой, конкурентоспособной среды без запретов. Например, на волне импортозамещения мы подстегнули развитие отечественного программного обеспечения, в этой отрасли появилось чуть больше денег, но инвестиции не оправдываются, потому что внутренний российский рынок достаточно маленький для того, чтобы здесь продавать свои услуги. Поэтому, закрываясь от международных компаний с точки зрения технологий, мы просто теряем время, откатываемся назад. В этом случае наши компании, которые производят софт, не видят конкурентов, они не создают продукт лучше. По сути, если бы не было Google, «Яндекс» не стал бы таким крутым, как сейчас.
Должно ли государство регулировать интернет?
Сергей Гребенников: Да. И мы видим, как это происходит во всем мире. Когда мы слышим, что в России какой-то кровавый режим в отношении интернета, то это вызывает лишь улыбку. Зачастую законодательством в цифровой сфере государство создает новые рынки. Например, закон о персональных данных привел к тому, что в России появляются новые дата-центры, и это развитие, способствующее, в том числе, снижению цен на хранение информации. К тому же никто, кроме государства не займется защитой персональных данных. Предложений в этой сфере много и со стороны коммерческих компаний, но до сих пор я не услышал ни одного конкретного ответа — как регулировать рынок персональных данных, лишь мнения на уровне «отстаньте, все само произойдет», или, мол, компании должны платить пользователю за них. Но как, на основании чего? С точки зрения пользователя, я возмущен тем, что происходит с данными обо мне в Сети. Я имею в виду мои предпочтения, интересы. То количество рекламы, которое появляется на сайтах, приводит в ужас. Чтобы найти нужный контент, необходимо пристально всматриваться, отсеивать рекламные объявления. Должно быть жесткое регулирование количества рекламы в интернете на законодательном уровне, как это происходит в печатных СМИ и на телевидении. Вопрос, почему она должна появляться в безумном количестве, если вы платите деньги за пользование интернетом?
А должен ли интернет быть бесплатным?
Сергей Гребенников: Я вообще сторонник того, что он именно таким и должен быть! Речь не идет о развлекательных ресурсах. Доступ в Сеть к социально значимым и правовым сервисам, сайтам государственной власти и федеральным СМИ, библиотекам, Госуслугам не должен стоить пользователю абонентской платы. Это приведет лишь к развитию интернета в России, потому что заинтересованный в развлекательном контенте пользователь в итоге станет еще больше платить за него. Известны же рекламные кампании мобильных операторов, предлагающие безлимитное использование мессенджеров и соцсетей, но почему не сайтом документальных фильмов о развитии планеты, например.
Как вы оцениваете влияние известного «пакета Яровой» на российский сегмент Сети и его пользователей?
Сергей Гребенников: Тайна переписки, любая личная информация должна быть защищена. Но, как только мы берем в руки смартфон, выходим в Сеть и отправляем сообщения, пишем пост в социальных сетях, мы становимся открытыми для всего интернета, это нужно понимать. Наша личная цифровая информация защищена настолько, насколько это вообще возможно в интернете. Он вообще ценен не защитой данных, а свободой информации, скоростью ее распространения, передачи почтовых сообщений, образовательными и коммуникативными функциями. Если мы не совершаем ничего незаконного, то и никаких опасений быть не может. Но что касается противоправных действий, терроризма, распространения наркотиков, того же кибербуллинга, то хочется быть уверенным, что если я или мои близкие, друзья столкнуться вдруг с угрозой, она не будет затерта, что преступника найдут и он понесет наказание. Не просто так ведь на улицах размещают камеры видеонаблюдения, так почему в Интернете не должно быть то же самое.
Кибербуллинг или мошеничество, угрозы, хулиганство в отношении сетевых пользователей — одна из наиболее актуальных проблем интернета. Как защитить себя?
Сергей Гребенников: Пожалуй, единственный совет — абстрагироваться, не ввязываться в полемику, писать в службу техподдержки пользователей площадки, на которой происходит кибербуллинг. Но куда больший интерес и опасение представляет, скажем так, новый тренд, активно набирающий популярность в Интернете. Это «дипфейк» (глубокая фальшивка) — технологии искусственного интеллекта, позволяющие фальсифицировать фото- и видеоматериалы. На одной фотографии человек может находиться рядом с кем-либо совершенно в естественной ситуации, при том, что в жизни эти люди никогда не встречались. Или на видеоролике человек может советовать сделать выбор в пользу кого-либо или чего-либо, и это видео распространяется в интернете. Например, человек, который никогда не агитировал за определенного кандидата, на фейковом видео может агитировать за него на выборах, и это будет его голос, его мимика, его жесты. Представьте, если в дипфейке задействована всем известная, публичная персона, насколько это мощный инструмент манипуляции общественным мнением! Как, кто и зачем создает дипфейки, способы борьбы с ними — эти вопросы будут центральной темой наших ближайших конференций. По сути, то, что сегодня не показали в интернете, того и нет на самом деле.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории

BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию