16+
Четверг, 9 июля 2020
  • BRENT $ 43.25 / ₽ 3073
  • RTS1231.42
10 июня 2020, 16:23 Стиль жизни
Спецпроект: Деньги без границ

«Мне нравится Камбоджа, я ее понял». Как предприниматель из России уехал в Азию выращивать кампотский перец

Лента новостей

Марат Котерев рассказал, что нужно знать, начиная бизнес в Камбодже, и как в беднейшей стране всего за несколько лет появилось рекордное количество Rolls-Royce

Марат Котерев.
Марат Котерев. Фото: из личного архива

Марат Котерев приехал в Камбоджу в 2014 году как турист и обнаружил, что в этой стране дешевая земля и перспективное направление — выращивание кампотского перца. Опыт создания своего производства предприниматель получил еще в 1990-е, поэтому понимал, как устроен этот процесс. Он купил билет в один конец и улетел делать бизнес.

Котереву пришлось ждать три года, прежде чем перец даст полноценный урожай. За это время он освоился на камбоджийской земле, приспособился к местному образу жизни и договорился с первыми российскими ретейлерами о продажах. Однако из-за пандемии коронавируса сотрудничество было приостановлено. Котерев рассказал BFM.ru, как изменилась Камбоджа за последние несколько лет, какие сферы в этой стране перспективны с точки зрения бизнеса и что общего в менталитете кхмеров и русских.

Я учился в институте, когда на дворе были 1990-е. Время было сложное, поэтому параллельно с учебой в Московском авиационном институте я работал в сфере торговли. Со временем я понял, что могу сам что-то производить. Я открыл компанию по производству вакуумного упаковочного оборудования, это тогда была очень актуальная вещь. Но кризис 1998 года не позволил все это развить так, как мне хотелось.

После этого я достаточно долго работал у товарища в банке в отделе ценных бумаг. Работа была скучной, и я стал искать проект, который был бы мне понятен и интересен. Я понимал, что наша страна подвержена рискам. В моей жизни были ситуации, когда все банковские счета уничтожались одномоментно. Мне хотелось найти возможность делать достаточно устойчивый бизнес.

Я всегда много путешествовал. Моя мама 25 лет прожила с французом, я хорошо знаю Францию, два с половиной года жил в Германии. Мне всегда было интересно развитие местного менталитета. Везде, где я был, спрашивал у местных, как тут все устроено, какие есть ниши.

Первый раз я поехал в Камбоджу в 2014 году как турист. Там я тесно пообщался с местными и мне рассказали про базовые цифры входа в различные сферы местного бизнеса. Когда я понял, что срок окупаемости бизнеса в Камбодже может быть три-четыре года, а не десять лет, возник интерес. В середине 1990-х это была страна одного доллара в буквальном смысле слова. У них все зарплаты были по 20-30 долларов. Такой актив, как земля, был очень сильно недооценен. Это видно по курортному городу Сиануквиль. Десять лет назад земля там стоила примерно 50 долларов за квадратный метр, а этим летом — 4 тысячи долларов. Скачок произошел быстро. Но когда я туда приехал, застал еще старые цены.

Сиануквиль. Фото: Dmitry Makeev

Когда вы приезжаете в любую страну, местные всегда рассказывают, какие продукты у них самые известные и вкусные. В Камбодже это кампотский перец (название от провинции Кампот на юге Камбоджи), имеющий статус PGI и PDO — защищенное географическое наименование и защищенное географическое происхождение. Этот статус присваивается особым продуктам в мире, например сырам рокфор и пармезан, шампанскому, коньяку. Этот перец на порядок вкуснее и ароматнее обычного.

Я прикинул, что с учетом стоимости земли на тот момент выращивание перца может стать удачным бизнесом. В Москве я создал подробный бизнес-план, купил билет в один конец и в 2016 году полетел в Камбоджу реализовывать свой план. Взял в аренду машину, снял дом на два месяца, нанял переводчика, нашел нужных людей среди кхмеров (основное население Камбоджи. — Business FM). В этом бизнесе у меня двое партнеров. Но они остались в России, а мне было интересно развивать бизнес непосредственно в Камбодже.

На старте мы вложили около 700 тысяч долларов. Это были наши с партнерами накопления. Минимальный порог входа в такой бизнес, по моим подсчетам, может составить 500 тысяч долларов. Но нужно учитывать, что это только первоначальные инвестиции. Перец растет три года до первого урожая, и все это время также необходимы вложения — зарплаты, полное обслуживание фермы, строительство производственной базы, закупка оборудования под урожай и так далее.

Фото: из личного архива

В данной ситуации самой трудной частью было принятие решения полететь в Камбоджу и начать там бизнес. Чисто технически мне было не сложно — я хорошо понимал, что такое производство, и первые шаги были очевидны. Когда мы нашли землю, я понял, что все реально. Процесс регистрации компании занял месяца полтора-два. Нам это стоило 3,2 тысячи долларов со всеми нотариальными заверениями. Там нельзя оформить землю на иностранца, доля компании в 51% должна принадлежать местному. Мы нашли такого человека. Также наняли местного юриста, который сопровождал наши сделки во всех инстанциях.

Я нанимал только местных сотрудников. С ними мы общаемся на английском языке. Для производства необходимы постоянные и временные рабочие. В штате у нас 12-13 человек, во время посадки перца доходит до 40 за счет временных сотрудников. В Камбодже есть департамент труда и занятости. У них европейская основа законов, поскольку Камбоджа была французской колонией долгое время. У всех наших работников есть трудовые книжки и медицинские страховки.

В 2016 году МРОТ в Камбодже был на уровне 50 долларов. Сейчас он оставляет 182 доллара — больше, чем в России, если перевести в рубли (на момент публикации материала 182 доллара равнялись 12,5 тысячи рублей, а МРОТ в России составляет 12 130 рублей. — BFM.ru). Мои сотрудники получают от 250 до 1000 долларов в зависимости от должности.

Система налогов в Камбодже очень простая. Есть НДС (10%), налог на прибыль (20%), налог на заработную плату и еще пара налогов. Налоговый кодекс у них занимает три страницы, он простой, но соблюдается очень строго. Многое, конечно, зависит от провинции, но здесь все развивается безумными темпами. Когда я приехал, на мой городок было три налоговых инспектора, сейчас их 33.

У людей в Камбодже очень трудная судьба. Образование в нашем понимании у кхмеров практически отсутствует. Но при этом у них очень развита смекалистость. Если надо что-то починить, они чинят. У меня, например, на экскаваторе сломался мотор. Человек, который за него отвечал, сказал: надо съездить в столицу, купить другой мотор, завтра будет готово. Я ему не поверил, но он взял деньги, и через день все уже работало.

Если говорить про общие особенности менталитета, все кхмеры — как дети. Они очень эмоциональные, но при этом терпеливые. Долго копят в себе обиду, а потом взрываются. Свой отпечаток накладывает и религия. У них огромное количество праздников — 28 дней в году, они их любят и отмечают.

Фото: EPA/ТАСС

У меня был забавный случай, который очень хорошо характеризует местных жителей. У перца, который мы выращиваем, тонкий ствол, это лиана, для нее нужна опора. Для опор традиционно используют красное дерево. У них этот бизнес контролируется чиновниками, потому что это дерево — исчезающий вид. Я поехал на специальную ферму, которая находится в 350 километрах от нашей, чтобы выбрать подходящие растения. Мы выбрали, а потом поняли, что не можем увезти деревья из-за официальных запретов. Но местные нашли выход. У них есть маленький трактор, который ездит со скоростью 10 километров в час. Он может за один раз увезти только 150 деревьев, а мне нужно было перевезти больше 7 тысяч. И они на этих тракторах возили эти деревья — их как малый бизнес не трогали. Они ехали три дня на этом мотоблоке, где-то в дороге спали. Для меня было шоком, что можно со скоростью 10 километров в час ехать трое суток, а потом еще обратно. И таких переездов было очень много. Но для них это оказалось нормой. Размеренный темп жизни вообще очень свойственен Камбодже.

Еще вас никогда не оставят в беде. Это у них национальная черта. Как-то раз на моей машине сломался какой-то датчик посреди глухой деревни. Машина не заводилась, но местные починили ее за полчаса. Куда-то съездили, привезли детали и все сделали.

При этом в Камбодже любой белый человек ассоциируется с деньгами. Там до сих пор развита преступность. Но максимум, что могут сделать с белым человеком поздно вечером на улице, — это сорвать сумку. Там все ездят на байках. Если срывают сумку, когда вы едете на байке, это может быть травматично.

Камбоджа сильно изменилась за последние несколько лет с тех пор, как сюда пришли китайцы. Они начали отстраивать казино и много вложили в экономику страны. Здесь очень сильно выросли зарплаты, преступность снизилась. Я объездил практически всю Камбоджу — был во всех провинциях, деревнях и видел все своими глазами. Китайская экспансия принесла огромное количество денег. А народу там живет мало — всего 16 млн человек. У них семейный уклад жизни, то есть если кто-то один в семье открыл бизнес и заработал денег, семья уже не бедствует. Там, где в 2012 году стоял деревянный дом, где они ловили лягушек на еду, у большинства сейчас построен кирпичный дом, возле которого припаркован Lexus. Количество Rolls-Royce в Камбодже одно из самых высоких на душу населения в мире. Цены на машины там в два с половиной раза выше, чем в России. Когда я приехал, дорога из Пномпеня в Сиануквиль занимала три часа, а в последние годы на нее уходит шесть часов из-за взрывного увеличения числа автомобилей.

Экономический рост Камбоджи похож на то, что происходило у нас в 1990-е. Здесь вообще очень много моментов, похожих на Россию. Они идут по тому же пути. Очень хороший пример с автомобильным движением. Если раньше водитель садился пьяный за руль и его останавливал полицейский, то он проверял, может водитель идти или нет. Если может, значит, не пьяный, а если не может, его штрафовали на 5 долларов. Сейчас же за вождение без прав — штраф 300 долларов. Если водитель пьяный и попал в аварию, ему грозит тюремный срок. На дорогах поставили камеры контроля скорости — я попадался на этом несколько раз.

В августе прошлого года правительство решило закрыть онлайн-казино. За два месяца из Камбоджи уехали почти 500 тысяч китайцев. Сейчас город Сиануквиль стоит недостроенный и брошенный. Зарплаты упали, и, наверное, начнутся какие-то негативные криминальные столкновения.

Сейчас мы фактически продаем первый урожай. Он увеличивается постепенно. В первый год надо обрывать все цветки на деревьях, во второй год обрывается 80%, в третий — 50%. Урожай продаем в основном оптом. Одно из преимуществ в том, что у перца срок хранения — три года, это не скоропортящийся продукт. Это было одним из мотивов, почему я начал этим заниматься, — нет серьезных рисков, если не считать погоды. В Камбодже два сезона: влажный и сухой. Проблема в том, что климатическая норма изменилась. В этом году сезон был более сухим, чем обычно. У многих фермеров деревья просто погибли. Когда слишком влажный сезон — тоже плохо. Приходится рыть каналы вокруг, чтобы был сток. Это небольшие деньги, просто это нужно знать и контролировать.

Мы сейчас начинаем работать с российскими дистрибьютерами, заходим в магазины пряностей, ряд ресторанов. Но некоторые сети ведут себя странно. Например, отказывают мне, но соглашаются на сделку с моим партнером, которому я продаю оптом товар.

Фото: из личного архива

Из-за вируса многие процессы застопорились. Можно сказать, что из-за пандемии мы пострадали. Тем не менее с первым урожаем мы вышли на рынок. Помимо сухого перца у нас есть свежий соленый перец, и его раскупили весь. Возврат денег в этом бизнесе еще не начался. Но что касается операционной деятельности, на нее у нас уже есть деньги, заработанные благодаря первым продажам.

В Камбодже много сфер, в которых можно начать бизнес. Но нужно знать нюансы. Я бы не советовал лезть в строительство — там вы не сможете конкурировать с китайцами. Они работают как машина. Что касается малого бизнеса — автосервис, рестораны, отели — это без проблем. Кроме фабрик, которые шьют дешевую одежду и обувь, а также сельского хозяйства, здесь больше ничего нет. В Камбодже нет газа, нефти, электричества — они его покупают. Электричество у них в пять-семь раз дороже, чем в Москве. Из-за того что нет ресурсов, они не могут сами построить энергозатратные проекты. У них очень низкоквалифицированный труд.

Пока что у нас засажена не вся купленная земля. В планах — расширяться и продолжать сажать перец. Также мы смотрим в сторону Европы. Было бы интересно выйти на рынок Прибалтики и Китая. В Россию я летаю довольно часто — сейчас надо налаживать процесс продаж. Но я не думаю о том, чтобы продавать землю в Камбодже, хоть она и выросла в цене и на этом можно прилично заработать. Буду развивать бизнес на перце, потому что мне это интересно. И мне нравится Камбоджа, я ее понял.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию