16+
Понедельник, 25 января 2021
  • BRENT $ 55.25 / ₽ 4174
  • RTS1412.02
8 декабря 2020, 00:50 Общество

Чем грозит России «климатически нейтральная Европа»? Комментарий Георгия Бовта

Лента новостей

Дания решила полностью отказаться от геологоразведки нефти и газа в Северном море, чтобы к 2050 году полностью прекратить добычу ископаемых углеводородов. Какие последствия имеет это решение?

Георгий Бовт.
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

Дания решила полностью отказаться от геологоразведки нефти и газа в Северном море, чтобы к 2050 году полностью прекратить добычу ископаемых углеводородов. В этой связи отменяется всякое лицензирование на разработку месторождений. Дания — лидер по добыче нефти среди стран Евросоюза, но отстает по объемам от Норвегии и Великобритании. В 2019 году она добывала по 103 тысячи баррелей в день. У Дании — 20 нефтегазовых месторождений, на которых установлены 55 буровых платформ. С 70-х годов страна заработала более 90 млрд долларов благодаря месторождениям в Северном море. Сейчас она утратила статус нетто-экспортера по нефти, а добычу газа прекратила в 2018 году. Теперь поставлена задача к 2050 году стать климатически нейтральной страной. Уже к 2030 году власти планируют снизить уровень выбрасываемого в атмосферу углекислого газа на 70% по сравнению с 1990 годом, а к 2050 году свести выделение CO2 до нуля. Какое значение имеет это решение?

Датские власти впервые заговорили о намерении стать «климатически нейтральной страной» еще в 2010 году. Частью этой стратегии станет переход на возобновляемые источники энергии, биотопливо. Политика датчан лежит в русле политики Евросоюза, который также поставил цель стать «климатически нейтральным» к 2050 году, прекратив выбросы углекислого газа. Аналогичная цель зафиксирована в Парижском соглашении по климату как пожелание. В Евросоюзе же данная цель станет обязательной, когда будет принят соответствующий закон. Согласно проекту стратегии «Чистая планета для всех», электроэнергетика Европы к середине века должна быть полностью декарбонизирована, а более 80% электричества должно вырабатываться на основе возобновляемых источников энергии.

Европейская комиссия ставит промежуточную задачу снизить к 2030 году выбросы CO2 на 60% по сравнению с 1990 годом. А вот Швеция собирается стать «климатически нейтральной» еще раньше Дании, в 2045 году, тогда как Франция, Германия и Венгрия — в том же 2050-м. Все хотят добиться этого на основе национального законодательства.

А что станет с российским нефтегазовым экспортом в Европу, будут ли востребованы «Северный поток» и другие «потоки»? Очевидно, что в нынешнем виде потребности в российских углеводородах будут сначала постепенно, а затем резко снижаться. При этом Евросоюз собирается делать ставку не только на энергию ветра и солнца, а также биотопливо, но и на водородную энергетику. Например, речь идет о частичной замене угля на водород при производстве стали и о переводе на водородное топливо пассажирского и грузового авто- и железнодорожного транспорта. Пока Брюссель не ставит задачи свести под ноль всякое энергетическое сотрудничество с Россией. В самое ближайшее время не будет и резких сокращений закупок газа. Однако по мере смещения акцента на возобновляемую энергетику и водород главным вопросом станет то, сможет ли Россия предложить вместо природного газа водород и какой именно водород.

Сейчас известны несколько способов добычи водорода. Например, путем электролиза воды или путем пиролиза природного газа метана. Первый способ на сегодня раза в три дороже, однако ЕС пока ставит именно на него. И не из вредности и желания насолить Москве, а потому, что такой водород, добытый путем электролиза, считается «зеленым», чистым, тогда как при поручении его из природного метана все равно происходят выбросы CO2, что потребует использования технологий его улавливания и захоронения.

Пока позиции России и ЕС по части выстраивания единой «водородной стратегии» не сходятся. Да и переговоры находятся в самой начальной стадии на фоне скверных политических отношений. При этом существует утвержденный правительством РФ план развития водородной энергетики и даже дорожная карта по ее развитию до 2024 года. К этому году Россия должна экспортировать 200 тысяч тонн водорода, а к 2035 году — 2 млн тонн.

Мировое производство водорода уже сейчас превышает 85 млн тонн. И это создает впечатление сильного отставания нашей страны в «водородной гонке». Также в данном документе нет четкого ответа на вопрос о том, какой именно водород Россия может предложить. Судя по всему, тот, для производства которого будут использованы те же углеводороды. Но такой продукт, как отмечали СМИ, вряд ли найдет сбыт в Европе в значительном объеме.

Есть и еще более важная проблема. Достижение даже к 2035 году поставленной цели экспорта 2 млн тонн водорода невозможно с опорой на имеющиеся отечественные технологии. Нужно партнерство с тем же ЕС, а также с США, Японией и Китаем, которые в последние годы вложили сотни миллионов долларов только государственных денег в разработки по производству водорода. Все из этих потенциальных партнеров, кроме Китая, ввели против России санкции, что затруднит технологическое сотрудничество.

Но и это еще не все. Существует точка зрения, согласно которой транспортировка водорода по существующим газопроводам без их модернизации технологически сложна, поскольку резко повышается коррозия металла. Ну и, наконец, последнее. В России на сегодня нет стратегии создания низкоуглеродной энергетики и нет планов резкого снижения выбросов парниковых газов до 2050 года. Наша энергетика пока движется в разных направлениях с европейской. Нетрудно догадаться, на чьи плечи ляжет «сопутствующий ущерб».

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию