16+
Четверг, 17 июня 2021
  • BRENT $ 74.66 / ₽ 5417
  • RTS1679.02
3 июня 2021, 12:56 Компании
Спецпроект: ПМЭФ-2021

Владимир Ситнов: «Традиционные методы повышения эффективности исчерпали себя»

Лента новостей

По словам старшего вице-президента Сбербанка, максимальный интерес для компании сейчас представляет цифровизация производственных процессов

Владимир Ситнов.
Владимир Ситнов. Фото: пресс-служба Сбера

В рамках Петербургского международного экономического форума обозреватель Business FM Иван Медведев побеседовал со старшим вице-президентом Сбербанка Владимиром Ситновым.

Наверное, без преувеличения можно сказать, что «Сбер» — это уже далеко не только банк, а огромная экосистема. И на пути создания этой экосистемы «Сбер» множество своих сервисов цифровизовал. Имея за плечами такой богатый опыт, наверное, как удачный, так и, возможно, неудачный, потому что явно без ошибок ничего такого большого не строится, как вы помогаете цифровизироваться своим партнерам и клиентам?
Владимир Ситнов: Мы действительно прошли огромный путь цифровой трансформации, цифровизации своих сервисов, облегчения клиентского пути, который, по сути дела, несем нашим клиентам, и важная составляющая этого, конечно, — каждодневный или непрерывный процесс улучшения, процесс оптимизации затрат этого сервиса. Мы увидели, что традиционные методы повышения эффективности исчерпали себя. Они показывают свою эффективность, но радикального повышения эффективности от них сложно ожидать. То, что мы сейчас называем цифровой трансформацией или цифровым улучшением, это, наверное, основной способ радикального повышения эффективности. И мы видим, что со стороны наших клиентов это уже не отдельные проекты, это уже тренд. Сейчас цифровой трансформацией, наверное, не занимается только тот, кто не думает о своем будущем. Безусловно, в банке накоплен большой опыт, у нас большой опыт цифровизации и построения собственных сервисов на платформенных решениях, что дает нам основания этим опытом делиться с нашими клиентами. Хорошая новость в том, что предоставление такого цифрового консалтинга, либо продуктов, которые несут цифровую трансформацию бизнесу и клиенту, достаточно востребована. Как я уже сказал, они сами на этом пути, поэтому мы с большим удовольствием делимся и с нашими клиентами, с партнерами делаем совместные проекты по их глубинной так называемой цифровой трансформации. То есть мы видим, что это очень востребованный тренд, основной способ повышения эффективности бизнеса наших клиентов, а значит, и наших возможных доходов в будущем. Мы используем несколько схем взаимодействия с нашими клиентами, начиная от просто консалтинга в цифровизации бизнеса наших клиентов, когда мы смотрим вместе с клиентом его основные бизнес-процессы, смотрим, на каких этапах и стадиях элементы нашей экосистемы могут быть полезны нашему клиенту, и смотрим, какая часть этих бизнес-процессов управленческих и производственных может быть радикальным образом подвергнута цифровой трансформации. Вот проходя такой путь мы [фиксируем], что есть у нас уже на полке, какие решения мы можем клиенту предложить либо из финансовой, либо не из финансовой [сферы], либо из сферы наших цифровых продуктов — это первое. Второе: там, где мы видим невозможность предложить собственными силами сервис, мы ищем вендоров и работаем совместно. Также у нас есть совместные с нашими клиентами новые виды бизнеса, совместные предприятия, но сразу оговорюсь, это не попытки создать конкурентов для наших же клиентов. Это где-то успешные попытки создания новых цифровых моделей, те, которые мы можем тиражировать и предлагать другим клиентам для цифровизации их бизнеса. Вот такие три основных направления цифровизации бизнес-клиента, которые мы сейчас пропагандируем, делаем вместе с клиентами, ну и где-то даже нам удается на этом очень хорошо зарабатывать.
А можно привести несколько примеров реализации проектов по трем этим направлениям?
Владимир Ситнов: У нас сейчас в работе более 250 проектов по глубинной цифровой трансформации бизнеса наших клиентов, то есть это пользуется спросом. Отрасли самые разнообразные, но более 70% такого рода проектов — в сфере e-commerce, когда люди свой или b2b или b2c бизнес хотят радикальным образом цифровизовать. Начиная от элементов более эффективного управления клиентским путем с сайта, его написания, улучшения, интеграции туда цифровых и финансовых сервисов банка — наших или банка любого конкурента, не важно. Это клиентский путь и организация логистики, собственно говоря, здесь наша экосистема что может предложить? Безусловно, управление клиентскими данными, базами данных, а также всевозможные интеграции с ERP-системами и обработка этих данных. Здесь мы предлагаем и наши «облака» как элемент хранения данных, архитектуру «облаков» для обработки данных и использования наших AMA-моделей, которые мы под каждого клиента можем подстраивать и эффективно использовать. Это и работа с нашими геосервисами, которые делают достаточно хороший симбиоз геоданных, геотаргетирования и финансовых данных, платежной аналитики. Рождается очень много интересных решений. Ну и элементы компьютерного зрения. Знаете, палитра достаточно обширная. Единственный критерий эффективности — это всегда деньги. У нас сейчас 23 подписанных соглашения по глубинной цифровой трансформации, где клиенты нам платят более 300 млн рублей. Это говорит о том, что это не какие-то мечтания о будущем, а то, что мы делаем уже сейчас вместе с нашими клиентами для повышения эффективности их бизнеса. Что такое эти 300 млн этих 20 клиентов? Затраты, инвестиции. Я бы назвал это, наверное, даже не венчуром и не стартапом, это надежные инвестиции в свое даже не будущее, а в сегодняшнюю бытность, сегодняшний ответ цифровым вызовам конкурентов.
Как вы уже отметили, лидерами в цифровизации и в темпах цифровизации являются представители e-commerce. Но интересно, какие еще отрасли тоже хорошо почувствовали этот тренд и работают в этом направлении. Часто можно слышать, что агробизнес активно цифровизируется. Возможно, есть какие-то неожиданные отрасли, от которых этого не ждали, а они взяли и решили, что им тоже пора, и активно включились в эту игру?
Владимир Ситнов: С одной стороны, тут ничего нет неожиданного, и на самом деле лидеры в цифровизации не представители e-commerce, а все-таки финансовый сектор и телекомы. Они у нас лидируют. Почему? Потому что именно в этих секторах работа с клиентским предпочтением 24 на 7. С паттернами поведения, базами данных. Это особо чувствительная история. И именно в этих индустриях, когда ты выводишь новый продукт, твой time to market должен измеряться не годами, не месяцами, даже иногда не неделями, а часами. И, конечно, здесь это отрасли, которые в авангарде на самом деле. Вот вы упомянули сельское хозяйство, на мой взгляд, в нашей стране это одна из отраслей или индустрий, которая сейчас демонстрирует просто колоссальные шаги в своей цифровизации. Очень много повторяющихся процессов, и здесь очень хорошо цифровизуются производственные процессы. Очень много процессов, особенно в регионах, управленческих, которые еще, может быть, имеют потенциал своего развития. С точки зрения цифровизации у нас пайплайн проектов — более 250, и он такой разношерстный. То есть выкинуть эти 70% e-commerce, которые там есть, и [у нас останутся] и производители стальных дверей, и лесопереработчики, и целлюлозно-бумажный комбинат. Даже один из клиентов, который занимается перевалкой грузов, и мы ему делаем проект «цифровой порт», в общем-то, тоже востребованный. В общем, все индустрии себя находят по-разному, и я бы не сказал, что кто-то лучше, кто-то хуже. Здесь, наверное, ключевой метрикой успеха в цифровизации является не принадлежность к какой-то отрасли, а наверное, запрос на цифровизацию со стороны менеджмента компании.
Что касается диджитализации и ее темпов по остальным отраслям, о которых вы говорите, если сравнивать с темпами за рубежом?
Владимир Ситнов: Сказать, что мы опережаем, наверное, было бы самонадеянно, потому что мы все-таки не Силиконовая долина, и есть очень много авангардных решений, которые мы только догоняем, с одной стороны. С другой стороны, у нас очень много находок и очень много сервисов, где мы на самом деле лидируем. Я могу вам привести пример. Наша компания, которая занимается компьютерным зрением, — абсолютный лидер в элементах компьютерного зрения, которые они продвигают на рынке. Есть решения, связанные с геотаргетингом, пересечением с финансовыми данными, о которых мы даже не слышали за рубежом. Мы слышали о стартапах, но мы не слышали о промышленных реализациях в больших масштабах такого рода идей. Отвечая на ваш вопрос: все ситуативно, но зачастую те находки, которые есть у нас, знаете, как в свое время СМС-банкинг, который родился у нас, и мы удивили весь мир, по сути дела, эти элементы безопасности — подтверждение телефонными СМС, ровно такие же аналогии сейчас рождаются в описании того процесса, который происходит. Кто бы мог подумать, что все, что связано с компьютерным зрением и его интеграцией в сельское хозяйство, роботизированное управление комбайном, с одним простым тезисом о том, что сокращение потерь на сборе урожая монетизируется достаточно легко и быстро, получит такое широкое распространение.
Пандемия не могла не сказаться. Многие уверены, что пандемия подхлестнула развитие этих технологий, поскольку другого выхода просто не было. Но, возможно, она в чем-то и мешала. Как вы это оцениваете?
Владимир Ситнов: Естественно. Давайте не будем фантазерами. Хоть мы и говорим о цифровой трансформации, пандемия, конечно, очень больно ударила по реальному сектору. Не даже с точки зрения потребительского спроса, о котором все, естественно, говорят, а с точки зрения построений и функционирования производственных цепочек. Очень много производственных цепочек в период пандемии были серьезным образом приостановлены, где-то разорваны, где-то нарушены. Давайте возьмем отрасль строительства. Когда целые эшелоны вахтовых рабочих не могли сниматься, переезжать и обеспечивать сменность и нормальный строительный процесс, или предприятия разных регионов в панели комплектантов останавливали свои конвейеры — конечно, это непоправимый урон. Это плохая наша бытность. Хорошая новость в том, что, конечно, это подхлестнуло некоторые управленческие процессы радикальным образом цифровизовать, перевести в онлайн. Но когда у тебя завтра не вышла бухгалтерия в полном составе на работу по объективным причинам и весь документооборот офлайн встал, у тебя нет других вариантов в принципе, кроме как перейти на онлайн-обмен подтвержденными, защищенными документами. Конечно, это был достаточно радикальный вызов для того, чтобы автоматизировать именно управленческие процессы.
И многие после вывода большей части сотрудников в офлайн остались в гибридной системе или вообще просто всех увели на удаленку, хотя возможность вывести обратно есть.
Владимир Ситнов: Конечно. И жизнь уже никогда не будет прежней, как все говорят. Еще хотел сказать о том, что пандемия стала причиной радикальной цифровизации и перехода в диджитал-сферу производственных процессов. Где раньше надо было ехать, смотреть, снимать показания, с помощью бригад людей, вертолетов, — пришли дроны, пришли удаленные системы распознавания, компьютерного зрения, датчики. Это радикально изменило и бизнес-логику управления некоторыми производственными процессами, когда не по прямым, а по косвенным данным о каком-то производственном процессе достаточно достоверно — пусть не с той точностью — можно делать выводы и управлять его эффективностью. Это радикальный шаг. Это, наверное, представляет для нас сейчас максимальный интерес: диджитализация, цифровизация производственных процессов. В каждой из производственных цепочек мы смотрим, самые простые наши системы — интеллектуальные системы управления, которые тянут любой производственный показатель к среднему, смотрят отклонения, где они работают с точкой отклонения, — до сбора данных в облако и обработки данных на основе и с использованием AMA-модели, и, естественно, формирование паттернов управленческих действий для того или иного производственного процесса.
И пара слов о том, где и когда мы находимся. Мы с вами беседуем в рамках Петербургского международного экономического форума. С чем вы сюда приехали? Каковы ваши планы, ожидания, может быть, какие-то подписания?
Владимир Ситнов: У нас традиционно, наверное, план, что называется, сверить часы. Мы и в онлайне, и в офлайне видим высокий спрос на так называемую цифровую трансформацию бизнеса наших клиентов, о которой мы сегодня с вами беседуем. Безусловно, в нашем таймлайне и встречи с клиентами, и подписание соглашений о уже реализуемых проектах цифровой трансформации с вполне конкретными сроками, вполне конкретными задачами. Для нас это важно, потому что мы не просто говорим о том, что у нас есть пайплайн, 250 проектов. В банке тоже запущена своего рода цифровая трансформация, работа с этим трендом. Мы сегодня хотим стать технологическим партнером номер один наших клиентов в процессе цифровой трансформации. Мы перестраиваем даже наши службы, кто работает отдельно именно с вопросом цифровой трансформации клиентов, этих менеджеров не много, всего 33 человека на всю страну. Это люди с IT-образованием, с бэкграундом работы в IT-компаниях, которые понимают, как вместе с клиентом можно пройти весь путь от консалтинга до имплементации IT-решений в бизнес, будь то IT-решение банка или IT-решение, которое есть на рынке. Именно поэтому, в силу того, что это серьезная инвестиция в развитие и трансформацию нашего бизнеса, сегодня здесь мы еще раз хотим от наших клиентов подтвердить, удостовериться, что мы двигаемся в этом направлении, поэтому в повестке обсуждения большей части, например, моих встреч помимо финансовых вопросов, наших традиционных, как будем работать с точки зрения финансирования проекта, его поддержки, финансового обеспечения, конечно, вопрос и цифровой трансформации бизнеса клиента с точки зрения того, как клиент будет повышать эффективность своего бизнеса и как мы сможем в этом участвовать.​

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию