16+
Пятница, 1 марта 2024
  • BRENT $ 82.02 / ₽ 7451
  • RTS1127.32
17 июня 2022, 17:14 Компании
Спецпроект: ПМЭФ-2022

Игорь Калганов, T1: «Вопросы цифровой независимости и фокуса на российских разработках возникли еще в 2014 году»

Лента новостей

По его словам, ситуация в мире создает новые точки роста и позволяет еще более стремительно занимать освобождающиеся ниши

Игорь Калганов, генеральный директор IT-группы Т1
Игорь Калганов, генеральный директор IT-группы Т1 Фото: пресс-служба

В интервью BFM.ru генеральный директор IT-группы Т1 Игорь Калганов рассказал о трендах в развитии российской IT-индустрии, о специалистах, которые перешли работать в российские компании, о преимуществах, которые они могут получить, а также об основных проблемах, с которыми столкнулась отрасль.

Группа T1 — один из крупнейших IT-холдингов в России, в общей сложности в нем 18 тысяч сотрудников, что делает вас одним из крупнейших производителей с длительной историей. Давайте обозначим, в чем ваши главные компетенции и что вы представляете на ПМЭФ?
Игорь Калганов: Группа Т1 — это диверсифицированный российский холдинг, действительно один из крупнейших. Мы растем стремительными темпами — по 50% в год. Еще несколько лет назад у нас было порядка 26 млрд рублей по выручке, сейчас это уже 87,7 млрд по итогам 2021 года. 18 тысяч человек днем и ночью создают лучшие российские продукты, отвечают за 350 наших заказчиков, за их стабильную работу, стремительное развитие. И обеспечивают весь комплекс услуг, начиная от software-разработки до работы с большими данными и облачными технологиями.
Такой кратный рост выручки главным образом происходит за счет чего? Тенденция началась не в 2022 году, когда ушли ряд международных ключевых вендоров, а еще в 2019 году. С чем это было связано?
Игорь Калганов: На самом деле вопросы цифровой независимости и фокуса на российских разработках возникли еще в 2014 году, а потом — в 2018 году. Мы этот тренд видим, мы этот тренд, наверное, вовремя поймали. И теперь активно замещаем всех зарубежных вендоров, забирая поддержку, забирая развитие и создавая собственные программные российские продукты, которые встают в одну линейку с международными конкурентами. Сейчас, когда произошли февральские события и Россия оказалась отрезана от технологий, мы видим дополнительные точки роста и продолжаем еще более стремительно занимать освобождающиеся ниши, забирать команды из зарубежных компаний, которые бросают бизнес здесь: более тысячи человек присоединилось к нам из зарубежных компаний за последние полтора месяца.
Это интересная цифра, потому что принято считать, что IT-специалисты наиболее свободны в выборе места жизни и места работы. А уж тем более если они работали в международной компании, насколько я знаю, по каким-то личным контактам, почти все компании предлагают своим сотрудникам какие-то варианты релокации. Кого же забираете вы?
Игорь Калганов: Мы забираем лучших, я абсолютно в этом уверен. Российская IT-отрасль выровнена по уровню заработной платы с международной. Мы предлагаем сопоставимые с международными зарплаты. При этом в России крайне низкая налоговая нагрузка и огромное количество льгот, которые ввели дополнительно для IT-специалистов. При прочих равных большинство остается здесь. У нас в первое время среди IT-специалистов уехали всего лишь человек 40 — из 18 тысяч. Поэтому мы оттока не увидели. При этом, наоборот, из ушедших компаний мы забрали большие, слаженные коллективы, которые сейчас работают у нас, и мы очень этому рады.
В каких отраслях IT ощущается наиболее сложная ситуация? Все-таки Oracle и SAP обеспечивали в первую очередь крупные системы. Российские разработчики больше специализировались на каких-то нишевых продуктах. Насколько, на ваш взгляд, вы или ваши коллеги-разработчики готовы заменить именно системный продукт?
Игорь Калганов: Действительно, очень много прикладных продуктов создавалось в России. И с ними совершенно никаких проблем нет, они есть, продолжают работать. В части ERP-систем, о которых вы говорите, в России есть хорошие наработки. SAP, конечно же, у нас нет, но есть 1С — огромный и один из лучших продуктов даже по мировым стандартам. Есть «Галактика», есть еще ряд компаний. И сейчас у них окно возможностей для того, чтобы занять нишу уходящего гиганта. Готовится целая коллаборация. Нам как крупному разработчику интересно принимать участие в создании подобного класса продуктов, а возможно, брать какие-то отдельные части этих задач и их реализовывать. В этом плане все компетенции у нас есть, практики есть, а по ушедшим SAP и Oracle мы обеспечиваем всю техническую поддержку для наших заказчиков. И большие команды, в том числе из данных вендоров, пришли к нам, продолжают работать с нами здесь, на российском рынке с российскими заказчиками.
Одна из специализаций Т1 — это облачный сервис. Конечно, огромное количество услуг приходилось на иностранных провайдеров. Несколько лет назад все вопрошали: где же наши облачные сервисы? Их начали создавать, но здесь нужно железо. Что мы можем сделать с этим?
Игорь Калганов: Импортозамещение в сфере облаков началось достаточно давно. Ключевое — это законы, связанные с запретом трансграничной передачи данных. И именно они обеспечили большой спрос на локализацию данных здесь, в России. И в этом плане облачная отрасль отвечает запросам, большинство данных осталось здесь. Мы видели на примере заказчиков инциденты, когда зарубежные облака отключались одномоментно и заказчики теряли не только системы видео-конференц-связи, но и накопленные почтовые архивы и другие важные данные. Это нонсенс, что критичная информация располагалась в зарубежных облаках. Железо, конечно, требуется для дальнейшего масштабирования ЦОДов, тем более мы продолжаем активное развитие всех отраслей, и IT должны выступать надежной платформой. Вопросы с железом, наверное, стоят острее всего. И здесь, на ПМЭФ, проходит много дискуссий — публичных и непубличных — о том, как импортозамещаться. Есть российские производители, здесь можно упомянуть «Ядро», IСL, «Аквариус», которые уже производят части компонентов и серверов.
Все-таки собирают?
Игорь Калганов: Собирают, частично из зарубежной компонентной базы. Заместить эту компонентную базу в моменте не представляется возможным, но, повторюсь, все внимание государства и крупнейших IT-компаний нацелено на создание производств. Невыполнимых задач нет, вопрос времени.
В поисках успокаивающих сведений мы знаем, что Россия на протяжении последних лет была одним из крупнейших заказчиков серверов, в том числе под «закон Яровой». Как мы сами рассказывали, что мы обеспечили таким заказом производителей серверного оборудования, которого никогда не было. Насколько его хватит, насколько оно рационально используется? То есть, может быть, нам нужно как-то оценить то, что есть сейчас, понять, что нам этим придется пользоваться долго, и распределить по функционалу наиболее нужным образом эти серверы, которые были закуплены в свое время?
Игорь Калганов: Кстати, по СХД — системам хранения данных, которые использовались по «закону Яровой», был большой процент импортозамещения, и в этом плане все было сделано очень правильно, и «ИКС-холдинг», который занимался данным направлением, — большие молодцы. А забрать и поделить, мне кажется, не лучший сценарий для России. Все-таки у нас нет железного занавеса. Мы же перестаем взаимодействовать только с западной частью мира. Юго-Восточная Азия огромна, она прекрасна, она достаточно позитивно настроена на работу с Россией.
Но в производстве чипов используются в основном американские и голландские технологии. Они имеют право санкционировать поставки даже произведенной там продукции.
Игорь Калганов: Совершенно верно. Однако российская смекалка никогда не покидала нас.
Вернусь к темпам роста вашей выручки: вы стали производить больше продуктов? Или же ваши продукты подорожали? Или стали продуктами другого уровня?
Игорь Калганов: Уровень информатизации серьезно вырос и растет. Мы видим наших ключевых заказчиков, видим их объемы задач и под эти объемы формируем команду в 18 тысяч человек, которой раньше у нас не было. В пике мы нанимали тысячу новых специалистов в месяц и ставили их на новые задачи по цифровой трансформации крупнейших заказчиков. И наш рост сопоставим с темпами роста российского спроса на импортозамещенные нагруженные продукты. И мы видели динамику роста бизнеса наших заказчиков. В прошлом году банковская отрасль показала рекордный объем прибыли, и пять российских банков входили в топ-10 лучших мировых по уровню цифровизации. В этом плане у нас исключительно органический рост в рамках всей экосистемы.

Рекомендуем:

Фотоистории

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию