Верховный суд США признал торговые пошлины Трампа незаконными

— Прежде всего это моральное поражение Трампа и имиджевое поражение Трампа. Конечно, довольно унизительное при этом поражение. Не столь оно окажет влияние на экономику Америки — фондовый рынок встретил, наоборот, это с воодушевлением, и по финансам, по тратам тоже не так все просто, — сколько это именно его личное поражение и унижение. Что весьма неприятно на фоне предстоящих промежуточных выборов в ноябре, которые республиканцы, с высокой вероятностью, проиграют. Кроме того, пошлины были агитационным материалом для Трампа, который обещал, что чуть ли не начнет раздавать деньги американцам — по 2000 долларов в год — или снижать налоги на эту сумму для американцев за счет доходов от этих пошлин. Во-первых, действительно, Трамп не лишен всех полномочий. Действительно, администрация Трампа может придумать тарифы и ввести их другими механизмами, через другие агентства и полномочия и так далее — не то что он теперь полностью лишен такой возможности. Есть вопросы к тому, будет ли теперь подвергнуто сомнению торговое соглашение с Евросоюзом. Пока, видимо, нет, кроме того что Трамп может довольно быстро отыграть и ввести те же самые тарифы через другие механизмы. Есть другие механизмы, когда могут вводиться какие-то тарифы. Это довольно сложно объяснить, но еще из 60-х годов есть законодательство, которое дает такие возможности. Трамп, скорее всего, ими воспользуется хотя бы для того, чтобы утвердить собственное реноме.

— Среди тех, кто проголосовал против решения Трампа о введении тарифной политики, были в том числе его назначенцы. Можно ли это рассматривать как некий раскол среди сторонников Трампа?

— Они просто еще более привержены его же собственной правой идеологии, чем он сам. Введение этих тарифов — это не очень популярная мера, в том числе среди правых и в том числе среди республиканцев. Так что тут нет ничего удивительного.

— Трамп в связи с этим личным поражением может пойти на асимметричный шаг? Не ускорят ли это удары по Ирану, о которых говорят много в последние дни?

— Он вроде собирается выступать с ежегодным посланием конгресса 24 февраля. И выходить с кислым выражением лица в конгресс, в общем, совсем не годится, надо что-то предъявить, хотя бы какую-то победу — ему не о чем отчитываться. Поэтому, конечно, не исключено, что он может что-то придумать. Может быть, будет и иранская операция, какие-то удары, чтобы его встретили аплодисментами в конгрессе. Какие-то точечные молниеносные удары могут быть произведены, чтобы снискать аплодисменты в Америке, но не более того. Главное, он не выполнит задачу — это смена режима в Иране. Такими методами это не делается, и иранский режим не так-то просто сковырнуть.

— Я думаю, что, конечно, Трамп сейчас сдаваться не собирается. Они заявляют о том, что найдут другие способы. Но, скорее всего, это все будет довольно сложно, потому что решение Верховного суда очень четко говорит о том, что президент не обладает полномочиями в этой сфере. В целом это вопрос конгресса, а там, где конгресс, там, конечно, начинаются многочисленные побочные мотивы, не обязательно связанные с сутью обсуждаемой темы. Для Трампа это, конечно, очень неприятный сигнал. И тот факт, что Верховный суд, будучи консервативным по составу, не поддержал его, показывает, что среди консерваторов, среди республиканцев есть усталость от ураганной произвольности Трампа. И, возможно, это признак общего ослабевания его позиции внутри партии. Во всяком случае, некоторые симптомы. И ему сейчас нужно как-то обязательно добиться того, чтобы его политика была все равно реализована, чтобы показать, что он, во-первых, не сдается, во-вторых, он способен добиваться своего.

— Это решение может подвигнуть на некие действия на Ближнем Востоке, чтобы перебить один информационный повод другим?

— Мне не хочется быть примитивно линейным и увязывать такие вещи. Это получается уж очень по-киношному. Но, в общем, исключать нельзя. Трамп — человек простой, руководствуется сиюминутными порывами. Я думаю, что подготовка к удару по Ирану не связана с процессом о тарифах. Стягивание туда военной силы происходит уже не первую неделю. Общая атмосфера в регионе, несмотря на переговоры, — неформально буквально все говорят, что удар неизбежен, война неизбежна — вопрос масштаба. Поэтому могут ли тарифы стать поводом ускорить это? Наверное, хотя вторая авианосная группа туда прибудет не раньше самого конца февраля, то есть через несколько дней. По идее, до этого момента вряд ли что-то будет происходить, хотя там уже достаточно сил. Но в то же время, я думаю, пиар-эффект, поскольку для Трампа это очень важная составляющая, может толкнуть и к тому, чтобы как-нибудь произвести действие. Другое дело, что это не решит проблему, которая возникает из-за тарифов. Это уже более сложная калькуляция. Может быть, предпочтут более простую.

— Как вы считаете, это решение Верховного суда юридическое или больше политическое? И как оно отразится на дальнейших перспективах Трампа, в том числе если брать осенние выборы в конгресс?

— На таком уровне юридическое от политического отделить невозможно. Мне кажется, это политический орган, как ни крути. Это самый на самом деле влиятельный и могущественный институт Соединенных Штатов. Более влиятельный, чем президент, потому что решения Верховного суда уже не подлежат пересмотру. Но, я думаю, здесь вопрос в другом все-таки — чем руководствовались судьи, в частности те, которые обязаны лично Трампу? Я думаю, что все-таки это люди, которые считают себя и являются высочайшими авторитетами в области юстиции, и они руководствуются своим пониманием закона. О том, что действия Трампа по пошлинам очень далеко выходят за рамки любого толкования закона, говорили с самого начала. И Верховный суд не может действовать как исключительно политический инструмент, когда до такой степени противоречивое и вопиющее решение. Так что я все-таки думаю, что там аргументация юридическая, правовая и весьма обоснованная.

— Американская экономика и рынок разделились на две части. С одной стороны, главный фактор — это искусственный интеллект, который сейчас убивает целую отрасль бывших фаворитов. А с другой стороны, мы видим переток капитала из акций, связанных с IT-сектором, в акции реального сектора, в торговлю. И вот как раз те, кто занимается торговлей, компании реального сектора, будут главными бенефициарами отмены тарифов Трампа. Но, наверное, недолго, потому что у Трампа есть еще закон, о котором мы забыли, но который тоже очень серьезный, — Закон о противодействии противникам Америки посредством санкций. Закон, который Трамп подписал в августе 2016 года, в свой первый срок, тоже подразумевает вторичные санкции. Кроме того, я думаю, что сейчас его команда будет искать возможности обхода ограничений конгресса и называть эти сборы уже не тарифами, а как-то иначе. Эйфория рынка, мне кажется, краткосрочная.

— Насколько это окажет влияние на мировую экономику?

— Главная проблема для мировой экономики — экономический рост в основном базировался на росте торговли. Тарифные войны — это отказ от глобализации. И сейчас, возможно, тоже будет небольшая эйфория, вздохнут глобальные рынки, мы увидим рост валют торговых партнеров Соединенных Штатов. Но, опять же, если не вмешается геополитика, потому что, кроме чисто рафинированной экономики, как тарифы, здесь уже может вмешаться фактор, что называется, дипломатии канонерок и прочих вещей, связанных с проекцией силы.