Лукьянов: КНР и США «пытаются стабилизировать отношения, чтобы отсрочить принятие серьезных мер друг против друга»

«Для меня это большая честь. У нас были фантастические отношения, мы хорошо ладили. Когда возникали трудности, мы их преодолевали. Я звонил вам, и вы звонили мне, и когда у нас возникали проблемы, люди об этом не знали, а нам удавалось решать их очень быстро. Я уверен, у нас будет фантастическое будущее вместе. Я очень уважаю Китай, вашу работу. Я говорю это всем, вы великий лидер, люди ни о чем другом не говорят, но для меня большая честь быть с вами. Для меня большая честь быть вашим другом, и отношения между Китаем и США станут лучше, чем когда-либо. Большое спасибо».

«Смогут ли Китай и США преодолеть «ловушку Фукидида» и создать новую парадигму отношений между крупными державами, сможем ли мы вместе противостоять глобальным вызовам и обеспечить большую стабильность в мире. Сможем ли в интересах благополучия наших двух народов и будущего человечества вместе построить более светлое будущее для наших двусторонних отношений. Эти вопросы имеют жизненно важное значение для истории и всего мира. Я уверен, что обе наши страны имеют больше общих интересов, чем разногласий. Успех в одной стране открывает возможности для другой. А стабильные двусторонние отношения приносят пользу всему миру. И Китай, и США выигрывают от сотрудничества и проигрывают от конфронтации. Мы должны быть партнерами, а не соперниками. Мы должны помогать друг другу добиваться успеха, процветать вместе и находить правильный путь для сосуществования крупных стран в новую эпоху».

— Все комментаторы говорили, что наиболее чувствительный вопрос, индикатор состояния отношений — это Тайвань. Для Китая этот вопрос чрезвычайно важен с точки зрения признания США права Китая на незыблемые и совершенно не подлежащие никаким компромиссам внутренние дела. Американцы за последние годы, особенно при Байдене, довольно сильно отклонились от тех консенсусных трактовок, которые позволяли обходить этот вопрос. Для России принципиально важно зафиксировать, что это та самая красная линия, для них крайне будет неприятно, если Трамп покивает головой, вернется в США, и будет объявлен новый большой контракт на поставку оружия Тайваню. Поведение США в последние годы отошло от той осторожной линии. В Китае внимательно следят за тем, что происходит внутри США. Там ведь тоже обсуждение Тайваня достаточно неоднозначное. Сам Трамп не очень понимает, почему именно Тайвань такой значимый, он про другое больше: про коммуникации и большие деньги, которые связаны с Китаем. Тайвань важен для той части американского истеблишмента, которая жестко настроена на военно-морскую и внешнеполитическую стратегическую экспансию. Для нее Тайвань — это форпост рядом с Китаем. Хотя другие, не менее ястребиные люди, говорят о том, что именно потому, что это так близко от Китая, в случае военного конфликта крайне сложно будет что-то сделать. И китайцы, я думаю, хотят зафиксировать позицию, что если вы думаете, что мы как-то можем проявить здесь гибкость, то нет, это невозможно.

— Обязательно кто-нибудь скажет, что Трамп и Си сегодня договорились поделить сферу влияния на планете.

— То, что они пытаются, особенно с китайской стороны, как-то стабилизировать отношения, чтобы отсрочить принятие серьезных мер друг против друга, подготовиться — да. В этом смысле, когда они говорят, что 2026 год должен быть чрезвычайно значимым, чуть ли не поворотным, это речь именно об этом, что должна быть предсказуемость, чего, кстати, они от Трампа как раз опасаются, что этого не будет.

— Российские аналитики сейчас уже меньше, но каждый раз, когда кто-то из американцев появляется в Пекине, высказывают подозрения, что неким образом Вашингтон пытается говорить Пекину снизить сотрудничество с Москвой. Тут это могло проговариваться кулуарно?

— В какой-то форме, наверное. Равно как и наоборот, когда Трамп беседует с Путиным, я думаю, что этот вопрос тоже поднимается. Мне кажется, разговоры такого рода остаются разговорами. Каждая страна в этом крупном, стратегическом треугольнике исходит из своих более долгосрочных интересов. Прежде всего для них важно как-то гармонизировать меры друг против друга, снизить объем. Китаю нужно, чтобы их меньше ограничивали прежде всего в сфере высоких технологий, а США хотят быть уверены, чтобы не повторялся, допустим, эпизод прошлого года, когда китайцы ввели экспортный контроль на редкоземельные металлы, и оказалось, что заменить их чрезвычайно сложно, или, по крайней мере, чтобы этого не было в обозримом будущем. Никаких договоренностей, которые определят годы, десятилетия, на мой взгляд, сейчас невозможно даже ожидать.

— Все рынки ждали сегодняшней встречи в контексте ситуации на Ближнем Востоке. Центральное телевидение Китая сообщило, что действительно лидеры обсуждали, но, судя по всему, выхлопа никакого.

— Какой может быть выхлоп? Трамп приехал как военачальник, который развязал большую войну и теперь не знает, как из нее выпутаться, а война влияет на весь мир. Китайцы, я думаю, с некоторым отеческим порицанием на него смотрят и говорят: ну так что? Он, конечно, может призывать, может требовать, но все равно мяч-то на его стороне. Поэтому Китай, я думаю, ничего не будет делать для того, чтобы американцам как-то помогать. На словах, я думаю, он будет говорить, что мы исключительно за мир, а на деле они будут вести себя так же, как ведут себя в отношении России и Украины, аккуратно смотря на то, чтобы для них не было лишних рисков. Там, где есть возможность что-то получить за счет поддержки более близкого им партнера, будь то Россия или Иран, они с удовольствием это делают, но где нет лишних рисков.