Дело о мошенничестве на 168 рублей (рублей, не тысяч) завели в Воронеже

Самозанятую горожанку обвинили в том, что она скрывала сверхдоходы в размере 56 рублей в месяц. Перед этим она получила социальный контракт как малоимущая, чтобы открыть бьюти-кабинет

Жительница Воронежа Елизавета Пигуль зарабатывает наращиванием ресниц. Юридический статус — самозанятая. В июне 2024 года ей как малоимущей одобрили социальный контракт на 350 тысяч рублей в соцзащите на развитие малого бизнеса. Чтобы получить социальный контракт, доход в течение трех месяцев не должен превышать 40 332 рубля. Это 13 444 рубля в месяц — уровень прожиточного минимума в регионе на момент оформления соцконтракта. По словам Елизаветы, по условиям она подходила, так ей сказали в соцзащите.

Девушка говорит, что все отчеты сдавала вовремя, претензий к ней не возникало. Контракт в соцзащите признали выполненным на 100%. Он завершился год назад, летом. А в декабре ее неожиданно вызвали на допрос, перед этим начали опрашивать по телефону ее клиентов. А еще через месяц в кабинет по наращиванию ресниц вошли двое полицейских и вежливо пригласили мастера в участок. Там выяснилось, что ее обвиняют в мошенничестве в крупном размере. По версии следствия, она не имела права на социальный контракт, потому что получала больше, чем требовалось по условиям, на 56 рублей в месяц, рассказала Елизавета Пигуль:

Елизавета Пигуль предприниматель «Мне сказали, что у них есть основания полагать, что я вообще не имела права на эту выплату. Я сразу обозначила, что я не скрывала, что я уже работаю мастером по наращиванию ресниц. Более того, на первой же консультации я сразу спрашивала, нужна ли выписка с банковских карт, на что в соцзащите мне сказали, что нет. Это мои личные данные, их интересуют документы строго по списку. После этого допроса меня отпустили. Была тишина, пока двое сотрудников УБЭП не приехали ко мне на работу. Ну и мы поехали в отдел. Меня держали примерно до 12 ночи, изъяли мой телефон. Мне в какой-то момент стало плохо, приехала скорая. На меня оказывали психологическое давление, меня запугивали, мне угрожали, говорили, что у них есть все основания полагать, что на меня будет возбуждено уголовное дело. Меня заставляли подписать показания, что я пришла в соцзащиту намеренно и ввела в заблуждение, незаконно получила выплату. Следствие установило, что мой доход превышает МРОТ на 56 рублей в месяц, то есть на 168 рублей за три месяца».

По словам Елизаветы, она успела даже провести почти сутки в изоляторе временного содержания по решению местного суда, откуда ее вызволил адвокат. На суде ей продемонстрировали аудиозапись прослушки телефона. Однако, по словам девушки, голос с этих записей был явно не ее, как и клиенты, которые обращались к мастеру по другому имени, — Мария, а не Елизавета.

Обвинение требовало в качестве меры пресечения содержание под стражей на месяц и 12 дней, но защита отстояла право Елизаветы Пигуль отправиться домой. Следствие, по словам нашей собеседницы, уже завершилось, и дело передали в прокуратуру Ленинского района Воронежа, а оттуда отправили на дорасследование. Пока это все, что ей известно.

Получение таких социальных контрактов довольно жестко контролируется, об этом важно помнить получателям, говорит управляющий партнер адвокатского бюро «Гагарин» Игорь Симонов:

Игорь Симонов управляющий партнер адвокатского бюро «Гагарин» «Я с этим не сталкивался. Есть внимание со стороны правоохранительных органов к соблюдению условий этих контрактов, и сумма, конечно, смехотворна. Здесь надо разбираться, насколько человек действительно имел умысел на хищение денежных средств. Предположить, что за такой мизерной суммой человек пойдет на такие риски… возможно, здесь есть какая-то ошибка или какое-то недопонимание. В этом надо разбираться».

В областном СК РИА Новости сообщили, что дело Елизаветы Пигуль отправили в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения. Там добавили: «В ходе следствия собрана достаточная доказательственная база, подтверждающая причастность фигурантки к мошенничеству, и она намеренно скрывала свой официальный доход за первые три месяца 2024 года». В местном управлении МВД отказались комментировать эту ситуацию, но социальные контракты после этой истории стали выглядеть несколько неоднозначно.