Черноморский Ормуз. Комментарий Георгия Бовта
Россия и Украина усилили давление на морскую логистику
Лента новостей
Удары по судам и портовой инфраструктуре уже сократили экспортные возможности России и Украины и повысили стоимость перевозок. По мнению политолога Георгия Бовта, морское перемирие было бы проще контролировать, однако ни Москва, ни Киев не готовы первыми предложить его
Советник офиса президента Украины Юрий Подоляк заявил, что Владимир Зеленский предлагает РФ разные варианты перемирия: в воздухе, отказ от ударов по энергетике, а также заморозку боевых действий по линии фронта и начало переговоров. При этом Москва по-прежнему выдвигает предусловием для прекращения огня полную сдачу Донбасса. На этом фоне Минтранс России заявил, что усиливает меры по защите судов в Азово-Черноморском бассейне и разрабатывает альтернативные грузовые маршруты из-за усиления украинских ударов по судам. Каковы дальнейшие перспективы «войны на море»?
Весной 2026 года Киев, явно под впечатлением от иранского опыта давления на Ормузский пролив, решил перенести войну на торговые суда, идущие в российские порты. ВСУ начали систематические удары, поразив десятки судов в Черном и Азовском морях. 10 июля Россия остановила проход по Азово-Донскому каналу и через Керченский пролив. Вскоре закрылся порт Кавказ, где зерно перегружали с судов класса «река — море» на балкеры.
Москва развернула ответную операцию против судов, идущих в Одессу, Черноморск, Южный и Николаев. Она дала результат за две недели. С 22 июля в порты Одесской и Николаевской областей не зашло ни одного судна. В ночь на 2 августа был выведен из строя автомобильно-железнодорожный мост в Затоке — единственная железнодорожная связь дунайских портов с остальной Украиной. Удар по портам пришелся на пик уборочной. Трейдеры ограничили прием урожая и обвалили закупочные цены. Морские порты давали Украине примерно 2 млрд долларов экспортной выручки в месяц, а сельское хозяйство в первом полугодии 2026-го обеспечило около 60% всего экспорта. Выпадение 2 млрд долларов в месяц — это дыра, закрывать которую придется Европе.
Российские потери тоже велики. Через Азовское море шла примерно четверть экспорта пшеницы, ее вывоз резко упал. Есть вариант перенаправления в глубоководные порты Новороссийска и Туапсе, но там есть логистические ограничения по подвозу. Союз экспортеров заявил, что при сохранении интенсивности атак Россия может недопоставить на мировой рынок 30-35 млн тонн пшеницы, а это около 15% мировой торговли. Просели и смежные рынки: число доступных для вывоза угля балкеров в Черном море сократилось на 28% за год. Атаки дронов на танкеры у терминала Каспийского трубопроводного консорциума заставили Казахстан временно приостановить отгрузку 80% собственного нефтяного экспорта.
Российское судоходство обслуживается преимущественно подконтрольным «теневым флотом», которому можно приказать идти в рейс, несмотря на риск. Украинское судоходство почти полностью обеспечивают иностранные компании, которым так не прикажешь. У России к тому же есть Балтика, Мурманск и Дальний Восток: переориентация дорогая, но физически возможна. У Украины другого моря нет.
Ранее Украина могла рассчитывать на экспортный маршрут через Дунай и румынскую Констанцу. Мост в Затоке был единственной железнодорожной ниткой из Одессы в бессарабскую часть области. После его разрушения трасса через Маяки, где мост через Днестр уже подвергался ударам, превращается в бутылочное горлышко. Доля грузов, шедших через Затоку, составляла примерно 20% снабжения ВСУ. Фрахт барж до Констанцы уже вырос более чем вдвое, перевалка подорожала на 25-30%, сухопутные маршруты добавляют еще 30-50 долларов к цене тонны пшеницы. При нынешних закупочных ценах это съедает маржу аграриев целиком. Кроме того, Констанца обслуживает не только Украину: через нее идет зерно Румынии, Венгрии и Сербии. Балтийское направление через Гданьск и Гдыню ограничено шириной колеи и мощностью переходов. Так что маршруты через Дунай и Констанцу не заменят глубоководные порты и сделают украинский экспорт намного дороже.
Киев, конечно, может пойти на эскалацию, но украинская экономика все равно ломается быстрее российской. Интернационализация конфликта путем обращения в Совбез ООН или к Турции как гаранту свободы судоходства не сработает быстро и потребует политических решений, к которым никто не готов.
Москва же, судя по всему, считает свою позицию более комфортной. Она почти добилась морской блокады Украины, хотя рост мировых цен на пшеницу ударит по Египту и Турции, основным покупателям зерна у России. Будет наверняка усилена работа по восстановлению собственной логистики: укрепление ПВО портов, конвои в Азовском море, возврат навигации через Керченский пролив. Задача дорогостоящая, но ее выполнение определит, сохранит ли Россия позицию крупнейшего экспортера пшеницы.
К тому же Киев предлагает все же не морское, а воздушное перемирие, которое якобы уже предварительно обсуждал с Вашингтоном. Но воздушное перемирие не покрывает море. Если небо закрывается, Украина сохранит главный инструмент давления — безэкипажные катера и морские дроны, которыми она ведет блокаду российского судоходства, тогда как Россия бьет по украинским портам и судам ракетами и дронами, имея преимущество по объему и глубине поражения. К тому же короткий опыт энергетического моратория показал: верификация невозможна, и стороны быстро начинают обвинять друг друга в нарушениях.
При этом, если говорить объективно, морское перемирие содержательно перспективнее воздушного. Ущерб там симметричен и измерим: тоннаж, страховые премии и объемы перевалки верифицируются лучше, чем абстрактное «прекращение ударов в воздухе». Обе стороны несут существенные потери прямо сейчас. У него есть и внешние бенефициары, способные выступить гарантами: Турция как хозяйка проливов, Египет как крупнейший импортер российской пшеницы, Казахстан, чей нефтяной экспорт оказался заложником, Китай и даже Евросоюз или США. Однако ни Киев, ни Москва не станут выступать инициаторами: это будет означать признание собственных потерь. Если соглашение вообще появится, оно может быть оформлено как инициатива третьей стороны — по модели зерновой сделки 2022 года. Но пока этим и не пахнет.
Рекомендуем:
Рекомендуем:
