Американский переговорный трек завис в неопределенности. Комментарий Георгия Бовта
Визит Уиткоффа и Кушнера в Россию отложили
Лента новостей
Поездка Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Россию до конца августа, по данным ТАСС, вряд ли состоится. Москва и Киев публично обозначили несовместимые условия урегулирования, а возможная встреча Путина и Трампа пока остается лишь вариантом на саммите АТЭС в ноябре, отмечает политолог
Помощник президента РФ Юрий Ушаков заявил, что если Владимир Путин и Дональд Трамп будут присутствовать на саммите АТЭС в китайском Шэньчжэне 18-19 ноября, то неизбежно встретятся и переговорят. Ушаков добавил, впрочем, что от американской стороны на этот счет пока никаких сигналов не поступало. На этом фоне появилось сообщение ТАСС о том, что спецпосланник президента США Стив Уиткофф и зять Трампа Джаред Кушнер вряд ли посетят Россию до конца августа, визит отложили. Что происходит?
Владимир Путин и Владимир Зеленский обменялись заочными посланиями, из которых следует, что для новых переговоров нет никакой основы. Как известно, в конце июня Киев объявил 40-дневную кампанию давления на Россию, проводя массированные удары по инфраструктуре, логистике и нефтепереработке, — рассчитывая принудить Москву к завершению боевых действий. Срок истек 5 августа.
Путин вернулся к этой дате, назвав данную затею изначально «очередной авантюрой» Киева и его западных кураторов. По его словам, Киев «сам открыл ящик Пандоры» — а значит, получит ответ по наиболее чувствительным отраслям своей экономики. Тут все в точности соответствует логике эскалации: взаимные удары по экономике стали самостоятельным театром военных действий, и Москва считает, что запас прочности здесь у нее больше. Заодно Путин назвал «поступающие предложения по урегулированию» «экзотическими» и неприемлемыми. После этих слов визит спецпосланников Трампа действительно стал неактуальным. Тем более что они не подтвердили и свою поездку в Киев, где ни разу еще даже не были. Президент России отметил главное: рассуждать о том, что могло бы быть положено в основу договоренностей, преждевременно. Иными словами, есть не «разногласия по пунктам», а самих пунктов просто еще нет никаких.
Эти заявления Путин совместил с рассуждениями о предстоящих думских выборах, которые, по его словам, должны подтвердить способность системы противостоять внешнему давлению, шантажу и агрессии. Фраза хорошо ложится в текущий контекст: пока в Киеве спорят о легитимности власти без выборов, Москва предъявляет сам факт голосования как доказательство легитимности, а заодно как инструмент легализации присоединенных территорий, где голосование пройдет по общероссийским правилам.
У Зеленского нашелся свой «месседж». Так, он обозначил новый «коридор возможностей» для завершения войны: с декабря текущего года до конца лета 2027 года. После этого в США уже начнется новая президентская кампания. Посему дипломатия, по логике Зеленского, станет невозможной. Но ведь еще недавно он же говорил о возможности окончания войны до конца нынешней осени, привязывая это к промежуточным выборам в конгресс. Что обсуждается сейчас по существу в качестве возможного формата прекращения огня, Зеленский тоже описал: по его словам, один из вариантов, прорабатываемый с США и Европой, предусматривает взаимный отход сторон от линии фронта и создание буферной свободной экономической зоны под управлением третьей стороны. Может, оно и выглядит гладко для кого-то, но вот только Москва не готова заканчивать конфликт без выхода ВСУ из Донбасса, на что Киев не согласен ни при каком варианте.
Правда, Киев, если верить Зеленскому, готов обсуждать прекращение ударов по энергетике и аграрной инфраструктуре, но только на взаимной основе. Москва, заявил украинский президент, ранее отклонила предложение о прекращении атак на суда в Черном море, поскольку добивалась расширения такого моратория на энергетику. Официальных подтверждений именно такой постановки вопроса от Кремля не было.
Зеленский тут настаивает на симметрии: сельское хозяйство — за сельское хозяйство, энергетика — за энергетику. С российской же точки зрения симметрии здесь нет и быть не может, поскольку зерновой коридор и российская нефтепереработка — это разновесные категории, у них также разная уязвимость. Ну а поскольку обмен «отрасль на отрасль» одна из сторон всегда сочтет невыгодным, то на этом, видимо, все и застопорилось.
Зеленский вообще решил пройтись по широкому кругу обострившихся сюжетов. Так, выборы во время войны он назвал «цунами для государства, которое расколет Украину». Конфликт с экс-министром обороны Федоровым, как раз требующим выборов, он описал как чужую игру. По коррупционным скандалам заявил, что к нему лично вопросов у антикоррупционных органов нет. Заодно сообщил, что Илон Маск отказал в использовании системы Starlink над Россией, из-за чего Трамп при их недавней встрече прямо сказал ему, что тот его обманул. Все эти заявления сделаны ровно ради того, чтобы показать, что система управления все еще цела. Причем без всяких выборов.
На этом фоне в Киев на празднование Дня независимости прибыли лидеры шести балтийских стран. Они же ведущие спонсоры Киева. Однако Уиткофф и Кушнер, которые вроде тоже собирались, не приедут. Что лишний раз подчеркивает факт пробуксовки всего американского переговорного трека. Потом в календаре — относительно далекий ноябрьский саммит АТЭС в Китае, где, по словам Юрия Ушакова, Путин и Трамп «неизбежно» встретятся. Если оба будут. То есть сама по себе встреча описана как возможность, чуть ли не случайная и необязательная. А не как важный непременный судьбоносный саммит, где могли бы быть приняты некие прорывные решения. Нет для таких решений условий потому что.
При этом центр тяжести боевых действий, похоже, бесповоротно сместился в экономику, где каждая сторона считает себя относительно сильнее — Россия за счет глубины и мощи своей ресурсной базы, Украина за счет асимметричной дальнобойности по логистике и нефтепереработке. Поэтому на самом деле, чисто гипотетически, торг о взаимных мораториях мог бы стать единственным предметным переговорным сюжетом. Однако и он пока что в тупике.
Рекомендуем:
Рекомендуем:
