С чем Трамп и республиканцы подходят к 3 ноября? Комментарий Георгия Бовта

На фоне роста цен на бензин и падения рейтинга Трампа Белый дом выбирает между сделкой с Тегераном, короткой военной операцией и стратегией экономического удушения. Иран между тем не снижает своих требований, несмотря на экономические издержки от блокады Ормузского пролива и огромную инфляцию

Накануне промежуточных выборов в США пресс-секретарь МИД Ирана Исмаил Багаи заявил, что «мяч на стороне США»: никакого итогового соглашения не будет, а Ормузский пролив не откроется, пока Вашингтон не снимет морскую блокаду и не выполнит «законные требования» Ирана. При этом Багаи подтвердил, что обмен посланиями через посредников продолжается, а замглавы МИД Казем Гарибабади ездил в Доху именно для этого. Как незаконченная война с Ираном повлияет на выборы в США?Тегеран по-прежнему требует снять блокаду, немедленно вернуть замороженные активы, разрешить экспорт нефти и прекратить боевые действия на всех фронтах. Опровергая при этом сообщения о готовности вывезти в третью страну уран, обогащенный до 60%. Вашингтон хочет в первую очередь уступки по ядерной программе Тегерана — как предусловие переговоров вообще. Катар предлагает компромисс: допуск инспекторов ООН на ядерные объекты в обмен на частичное ослабление санкций. Ранее вице-президент США Джей Ди Вэнс предложил секретарю Высшего совета национальной безопасности Мохсену Резаи прямые переговоры, обещав лично возглавить делегацию. Он тоже настаивает на включении в повестку ядерной программы. Трамп, правда, сначала отрицал, что поручал Вэнсу такую миссию.

Рынок все еще сдержанно верит в дипломатию. Brent упала на 3,7%, до 109,23 доллара, WTI — до 100,14 доллара, несмотря на подрыв накануне на минах двух танкеров в Ормузском проливе. Но за октябрь Brent прибавила в среднем 13,6%. При этом в сентябре Иран не загрузил ни одного танкера с нефтью или конденсатом — впервые с 2013 года. Импорт иранской нефти Китаем упал в три раза (примерно до 590 тысяч баррелей в сутки при среднем уровне около 1,5 млн за предыдущий год), в основном идет распродажа запасов, вывезенных до блокады. Обходные каналы, включая сухопутные поставки (примерно на 250 тысяч), дыру не закрывают. К середине декабря нефтяные доходы впервые в истории могут обнулиться; сейчас Тегеран теряет от 3 млрд до 6 млрд долларов в месяц. По данным Минфина США, годовая инфляция в Иране в сентябре достигла 90% против 35% в начале 2025 года. Риал — на исторических минимумах. Спад ВВП может составить 7-8% по итогам года.

Несмотря на это, по основным вопросам Тегеран пока не уступает. Нынешнее руководство — верховный лидер Моджтаба Хаменеи и выдвинутые им люди из Корпуса стражей исламской революции (КСИР) — сформировалось уже в войну и не может позволить себе капитуляцию под санкциями. К тому же если иранская экономика теряет нефтяные доходы, то американский избиратель дороже платит за бензин, и Тегеран, судя по всему, считает, что Америка сломается раньше. Если прогноз декабрьского обнуления нефтяных доходов сбудется, то окно для неуступчивости Тегерана сузится ровно тогда, когда у Трампа после выборов откроются возможности для новых ударов.

По слухам, глава Пентагона Пит Хегсет и председатель Объединенного комитета начальников штабов Дэн Кейн представили Трампу и Вэнсу свои варианты: от нескольких дней до нескольких недель ударов, а также вариант полного прекращения конфликта. Вице-президент Вэнс и спецпосланники Уиткофф и Кушнер, а также монархии Залива выступают за снятие блокады и разморозку активов еще до получения гарантий по ядерной программе. Это снизит цены на бензин, но будет выглядеть как поражение Трампа. Другой вариант: короткая, но мощная серия ударов. Главная цель — подземный объект в горе Пикакс в провинции Исфахан, где, по данным израильской разведки, возобновлено обогащение. Главный лоббист этого сценария — Биньямин Нетаньяху. Комментатор Такер Карлсон и вовсе заявил, что речь может идти о ядерном ударе, поскольку обычные боеприпасы не пробивают около 90 метров гранита. Но доказательств не привел. Как нет доказательств, что такую толщу пробьет даже ядерный боезаряд. Третий вариант — заморозить все как есть. Это позиция Хегсета и госсекретаря Рубио, которые считают, что рано или поздно сработает экономическое давление.

Если республиканцы теряют палату представителей, а все к тому идет, то Трамп становится отчасти «хромой уткой», но освобождается от ныне сдерживающих его электоральных факторов. Временное окно — до 3 января, когда присягнет новый конгресс. Тогда уже демократическое большинство получит рычаги, реагируя на запрос Пентагона на 87,6 млрд долларов на войну, а также получив инструменты в рамках закона о военных полномочиях.

По данным соцопросов NYT/Siena, 73% вероятных избирателей не одобряют действий Трампа в отношении цен на топливо. В октябре бензин стоил в среднем на 41% дороже, чем годом ранее. По некоторым подсчетам, каждый лишний доллар на заправке исторически отнимает у президента около 10 пунктов чистого рейтинга. Этот показатель у Трампа и так в районе 30%.

По республиканцам ударила не только война с Ираном. Введенные Трампом тарифы бумерангом ударили по аграрному сектору и спровоцировали торговую войну с Канадой, что стало более болезненным именно для республиканских штатов. Жесткие рейды против нелегальных иммигрантов отпугнули умеренных. Добавим сюда еще и сокращения медицинской программы для бедных Medicaid, высокие ставки по ипотеке и автокредитам. Получается, только состоятельные успешно богатеют на акциях хайтековских компаний, остальные страдают от инфляции. Неприятный предвыборный расклад.